Урброс 2
Шрифт:
С размахом они тут отстроились. Аппаратчики, гвардейцы. Могу поспорить, у этих типов ещё и разведка с контрразведкой имеются. Как минимум, в зачаточном состоянии.
— А чем зарабатывают все остальные?
Тот на момент заминается.
— Рейды в Пустошь, внешняя и внутренняя торговля или работа на кланы.
Показательно усмехаюсь.
— Только вот рейдеры и торговцы наверняка повязаны с клановым руководством. А все остальные и вовсе на них работают. Плюс, если бы не экономическая база в виде постоянно
Безусловно, мысль о том, что где-то там есть целые цеха с роженицами, у меня в голове мелькала. Но я не думал, что ситуация настолько сурова. С одной стороны, прагматик внутри меня говорит, что иначе нельзя. При любом другом раскладе, местной власти, какой бы она ни была, подобное количество людей не прокормить. Что само собой приведёт к хаосу и борьбе за ресурсы.
Но с другой — каждые три месяца умирает энное количество двенадцатилеток, которых забивают, как скот. Расправляйся они со взрослыми — я бы ещё понял. Каждый из них сам в ответе за свою жизнь. Но детей ведь и правда растят, как скотину. Без единого шанса на спасение.
Скрипнув зубами, стараюсь успокоить бушующие в голове образы чужой памяти, которые не способствуют концентрации. И возвращаюсь к основной линии беседы.
— Раз все дети попадают туда, то как ты оказался на свободе? Вернее, почему твой дед не был принесён в жертву?
Парень снова морщится. А потом стонет от боли в ноге.
— Здесь стараются избегать слова «жертва». Вернее, о детях вообще стараются не говорить. Даже те, для кого это работа, не находят её слишком привлекательной.
Молчу, ожидая продолжения, и через мгновение он всё же переходит к сути.
— Если женщина беременеет без наличия договорённости с кланом, то у неё есть четыре варианта. Первый — сразу пойти под их крыло, на таких же условиях, что и все другие. Второй — родить самостоятельно, после чего отдать ребёнка клановым. Тогда она получит небольшую компенсацию. Условно говоря, десятую часть от награды. Третий — вырастить ребёнка полностью самостоятельно, после чего передать клановым, либо прикончить самой. Тогда размер её доли вырастает до восьмидесяти процентов.
Сделав короткую паузу, добавляет.
— Ещё есть четвёртый — внести фиксированную оплату и сохранить своему ребёнку жизнь.
Налог на детей. Вернее, в данном случае, скорее выкуп. Либо ты платишь, либо твоя плоть и кровь должна будет умереть.
— И твоя прабабка заплатила налог за твоего деда, пока тот был ребёнком?
Лучник едва заметно двигает головой в утвердительном кивке.
— Да. Поэтому, это и был риск. Война — дело понятное и на тот момент частое. Но элита всегда сражалась между собой, не трогая обычных жителей. И уже тем более не преступая основные законы. До появления текущей системы, была масса других режимов. Но принципы экономики всегда были одинаковы.
Собираюсь
— Если бы кто-то прикончил ребёнка, за которого уже внесли необходимую сумму, он автоматически бы стал изгоем. В случае везения, он мог бы получить какую-то награду и возможно выбраться отсюда. Но учитывая официальный статус деда, шанс был невелик.
Звучит, опять же, вполне обоснованно. Подозрения по поводу какого-то конкретного человека, совсем не равны уверенности. И даже если они оправдаются, награда может оказаться скромной. Тогда как проблемы точно гарантированы.
Какое-то время жду. Убедившись, что продолжать пленный не спешит, озвучиваю ещё один вопрос.
— Почему ты решил, что Владеющий не сможет забрать нас?
Тот бросает взгляд на свою ногу и кривится от боли.
— Может, вколешь уже эту дрянь? Я всё равно связан и никуда не денусь. Плюс, уже рассказал тебе много интересного.
С максимально спокойным видом пожимаю плечами
— Возможно, и так. Но что-то подсказывает, ты запросто можешь лгать.
Мгновение присматривается к моему лицу. Потом снова скалится в усмешке.
— Слушай, мне здешняя система нравится не больше твоего. Но менять её здесь некому и не на что. Единственная альтернатива — рейды или охота на стёртых. Но для такого понадобятся целые отряды вооружённых охотников. Нужно будет, чтобы все выходили из своих домов по утрам и отправлялись в Пустошь, либо вообще за её границы. Тогда у Города получится обеспечить себя нужным объёмом ресурсов.
Грустно усмехнувшись, добавляет.
— Но это утопия. Большинство прибывших сюда стараются найти работу, не связанную с риском, и не отсвечивать.
Машинально бросаю взгляд в глубину леса, за которым находится Пустошь. В моей голове слабо коррелирует факт броска через чёрную пустыню, населённую монстрами, и последующая пассивность на территории Города.
Что интересно, лучник тоже понимает о чём я думаю.
— С этого направления выходят очень редко. За всё время моей жизни, вы первые, кому так повезло. Да ещё и завалили какого-то редкого приговорённого, раз получили такой шмот.
Не ввязываясь в дискуссию по поводу «везения», напоминаю о моменте, который он так и не осветил.
— Так что не так с Владеющим? Почему он не может никого забрать отсюда?
Бросает печальный взгляд на сжатую в моей руке инъекцию. Потом опускает его на свою штанину, которая уже полностью пропиталась кровью. Вздыхает.
— У него не вышло вытащить своих родных и любимую женщину, хотя он приложил к этому все усилия. Как, по-твоему, он может выдернуть отсюда вовсе незнакомых ему людей?
Мгновение размышляю, после чего сразу перехожу к следующей ступени разговора.
— Чем занимаются Владеющие? Они контактируют с Игроками?