Уратмир

Буркин Дмитрий Олегович

Действительно, это был непредугадываемый подвиг. В финальные секунды этого момента в голове прокручивалась тысяча возможных вариантов апофеоза. Ещё ни разу не прикоснувшись к ней в своих мечтах, я уже получил сотню пощёчин в мыслях. Тянуть было некуда. Её хитрый, азартный прищурившийся взгляд ставил меня в положение: «А, ну-ка… Попробуй!». Я же не мог сделать это, не будучи уверенным в себе на сто процентов. И если бы мой поцелуй содержал хоть немного блефа или проигрышной трусости, а не мужского страха своей силы, она сразу почувствовала бы это. Но то, что она хотела проверить,

отсутствовало во мне с рождения. Любые мои действия и решения всегда отталкивались от силы, чести, мужества, отваги, воли духа. И этим я каждую секунду пытался себя утешить.

Чистая, как вода из святого источника, девица смотрела на парня, который стремился быть сильным, смелым, отважным, мудрым, справедливым, честным. Это настоящее было только наше – оно было для «нас» и ради «нас». Смертность наших тел делала это мгновение бесценным – неповторимым ни вчера, ни сегодня, а исключительно сейчас. Было так, как заслуживали мы, и для «нас» по-другому и быть не могло. Её манящий хрупкий вид обострил чувства, сфокусировал зрачки и направил меня к ней.

Протянув руку с телефоном к её плечу, не отводя глаз, я немного резко приблизил к себе тайну. Наши губы оказались на расстоянии вдоха. В ней читалось покорение моменту. Пробежавшее электричество свидетельствовало о жажде ответа. Мои напряжённые губы, словно «брёвна», тупо столкнулись с её насыщенными устами. Как бы я не был уверен в себе, как бы не подбадривал себя, всё равно, получилось хуже, чем можно было представить. Мой каменный поцелуй напоминал времена Брежнева. Да, что там! Даже поцелуй нашего генсека это высший пилотаж по сравнению с моим.

Не убедил! Это не ты… с этими словами в моё сморщенное лицо с левой стороны влетела жгучая и неприятная затрещина. В эту временную отсечку все мысли из моей головы вылетели. Я очень удивлённо взбодрился и посмотрел на расчудесницу. Этот хлопок по моей щеке привлёк внимание всех посетителей ресторана. Ещё секунда, и пока я не пришёл в себя, обворожительная красотка вцепилась в мои обмякшие губы своими. Время относительно меня перестало существовать. Голова кружилась…Манящий запах лилии, вкус корицы, страстные впивания «коготков» в затылок подбрасывали меня в небо и опять сокрушали на бренную землю. Я не чувствовал рук и не мог пошевелиться, а она была тверда в своих намерениях. Нежный поцелуй становился всё напористей. Я чувствовал страстный жар её тела.

Вовина нижняя губа отвисала до самого пола. Диковинная обольстительница потихоньку отрывалась от меня, прикусывая мою нижнюю губу, чем ещё чётче подчёркивала свой спесивый нрав.

Аууу! Зачем ты ударила меня?

Ну, я же должна узнать правду!

А пощёчина зачем?

Чтобы целовать тебя, а не комок неконтролируемых нервов.

Ну, что? Всё выяснила?

Я да, а ты?

Я тоже… Тогда идём?

Да, идём!

Надеюсь, ты на машине?

От увиденного Вова впал в пространное состояние. Я поставил на его стол бутылку вина и спешно бросился на улицу вместе с Софией.

Ммм… «Ламба»! Жёлтая?

Да! Нравится?

Хороший авто! Один мой знакомый постоянно говорит, когда видит подобную машину: «Блин, за такую

тачку я бы женился!».

Значит, чтобы выйти замуж надо просто иметь «Ламбу»?

Нет, не только. Ещё можно иметь «Азирати», «Феррари», «Настон Муэртин»!

После этого поцелуя мы стали довольно близки. Видя, как она смеётся, мне казалось, что мы знакомы всю жизнь и, как ни странно, это не отталкивало, а, наоборот, безумно нравилось.

Знаешь, но такой брак будет не очень искренним!

Зато он будет! ответил я.

Куда едем? спросила София.

Нам очень быстро надо добраться в одно место. Дорогу я буду показывать по ходу движения.

Даже сейчас у тебя тайны?!

Это не тайна. Это интрига!

Ну, тогда ладно! Что медлишь? Садись, поехали!

Резко стартонув с места, мы рванули туда, где я весь город мог положить к её ногам. Резвое, но филигранное вождение затрудняло мою штурманскую деятельность.

Что? Страшно?

Нет, просто хочется завтра проснуться дома, а не в больнице.

Скажи, а ты тоже бы женился за «Ламбу»?

Этот вопрос был из разряда «Рыба утонула!». Мы с улыбкой переглянулись.

Только если цвет будет синий!

До места мы домчали за пятнадцать минут. Выйдя на улицу, я почувствовал будоражащий запах леса. Это было мое родное место, которое я чувствовал совершенно на другом эмоциональном уровне. Теплота и шарм родных просторов всегда насыщали радостью.

Ты что, хочешь повести меня в густой лес?!

Скрупулёзный взгляд явно ожидал какого-то подвоха с моей стороны.

Я поняла ты маньяк!

Ты именно это хотела выяснить при поцелуе?

Слушай, ну, ты что, серьёзно? А моя машина? Здесь через пять минут от неё только колёса останутся, в лучшем случае!

Софии действительно было как-то не по себе от моей задумки.

Вон, видишь, небольшая насыпная дорога, которая тянется вдоль леса? Справа!

Девушка развернулась в ту сторону, куда я акцентировал её внимание.

Смотри! Видишь, к нам бежит тринадцатилетний мальчик. Его зовут Артём.

Откуда ты его знаешь?

Тёма один из тех детей, которым ты так стараешься помочь, жертвуя собой…

Артёмка с открытой и искренней улыбкой подбежал к нам.

Здорово, Уратмир!

Здорова, Тёма! Ну, как тут на районе? Всё спокойно?

Конечно. Уратмир, что ты сегодня принёс?!

Тёма настойчиво пытался забраться в сумку, которую я держал.

Тёма, ты сегодня один что ли? Где остальные?

Нет, нас сегодня семеро. Да и ты тоже не один! Это твоя машина?

С пареньком было тяжело разговаривать в силу его отчётливо цепкого интереса к сумке.

А почему они нас не встречают?

Ну, они вон там! Смотри! Видишь? Устанавливают важное бревно нашего укрытия. Сейчас все прибегут…

Тёма, ты забыл первую заповедь «шалашей»! Тайные укрытия, о которых я тебе говорил, никогда нельзя делать на видном месте. Укрытие должно быть скрыто от любых глаз и противник должен очень постараться, чтобы его обнаружить, а ещё лучше, если его вообще никто не найдёт. Эх, вы! Почему вы не сделаете его где-нибудь в лесу?