Ураган
Шрифт:
– О, Боже!
– прошептала она.
– В чем дело?
– Не понимаю. Ведь это просто облако, пар, ветер?
– Конечно.
– Нет, тогда это что-то другое.
– Что?
– Человек.. Нет , не человек. У него все другое. Но он живой, не мертвый. У него есть душа, есть воля... Ужасно: он хочет убивать. Нет, разрушать...
– Продолжай, - сухо сказал Девятый. Пальцы Джеи затрепетали над очередной фотографией. Она не успела ее коснуться, как вдруг вскрикнула, точно от сильной боли.
– Ужасно!
– воскликнула она.
–
– Дальше, - сказал Девятый. Остались последние снимки, где Урагана уже не было видно.
– Он ушел, - с облегчением сказала Джея.
– Ушел обратно.
– Рассеялся? Умер?
– Нет, он жив. Он устал и ушел обратно, в море. Он радуется, что разрушил город...
Девятый уже не слушал. Он понял все. Он сидел в оцепенении и смотрел на Джею невидящими глазами. "Да, - думал он.
– Это не конец, а только начало."
Шоссе текло навстречу как река. Солнце светило прямо в глаза, но темный щиток превращал его просто в круглое пятно. Снаружи было жарко и душно, а внутри - свежо и прохладно. Можно было расслабиться и отдохнуть, но Девятому мешали мысли. Он почему-то стал думать о предшественниках - они ездили на этих же машинах, ходили по тем же коридорам, сидели в тех же креслах. Они были ставленниками Ассора и вызывали жгучую ненависть тогда еще юных членов Организации. Впрочем и тогда, в подполье, Первый уже был Первым, а Третий - Третьим... Девятый задремал, а когда проснулся, они уже подъезжали к Губерту или, вернее, к тому, что от него осталось.
Здесь Девятому вдруг стало плохо: он почувствовал, как по краю его сознания прошла тень, и испугался, потому что чувство это было ему хорошо знакомо. Было ли это безумие или влияние какой-то реальной силы, он не знал, но чувствовал чужую, нечеловеческую волю, пытавшуюся подчинить его себе. Это началось давно, еще тогда, когда молодой исследователь вышел за грань науки и с юношеским азартом вторгся в область запретного знания, тем самым, быть может, навсегда погубив свою бессмертную душу... Тень покружила вокруг и ушла в глубины подсознания. Девятый положил под язык валидол, поднял голову и начал смотреть по сторонам: начинался Губерт.
Только здесь он понял весь масштаб катастрофы. Информация начала поступать только через несколько часов после происшедшего, и этого времени хватило Четвертому, чтобы взять прессу под контроль. Было сделано все, чтобы представить это как событие хотя и трагическое, но рядовое.
Президент выступил по радио и телевидению: его слушали прямо на развалинах. Он скорбел, соболезновал и обещал. Девятый с удивлением понял, что чувства Первого во многом искренни.
На руинах бурлила жизнь. С большим энтузиазмом работали добровольческие спасательные отряды из Этленда, мелькали их яркие куртки, производя скорее праздничное впечатление. Кроме трупов, было много раненых и просто пострадавших. Когда к вышедшему осмотреться Девятому подошел очередной оборванец с безумными глазами и что-то залепетал, тот брезгливо оттолкнул его и решил заняться делом.
– Итак, за работу, - сказал Девятый.
– Юос, мы на месте происшествия. Ты готов?
– Мне страшно, - ответил Юос.
– Послушай, - проникновенно заговорил Девятый.
– Это очень важно. Речь идет о жизни людей. Это твой долг.
– Хорошо, - сказал Юос.
– Но тогда надо ехать в другое место.
Другое место оказалось на площади перед развалинами церкви. Это была одна из свежепостроенных церквей, воздвигнутых на волне Духовного Возрождения, но из весьма некачественных материалов. "Воры", - умилился Девятый. Он полюбовался на руины, а потом сказал Юосу: - Начинай.
Юос закрыл глаза и сделал несколько неверных шагов по растрескавшимся плитам. Он делал странные движения руками и как будто что-то напевал. Девятый напряженно следил за ним. Разум Юоса должен был уйти в прошлое и установить контакт с Ураганом.
Внезапно Юос закричал, нет - заплакал, как маленький ребенок. Его плач эхом отозвался в разрушенных стенах. Потом Юос упал и забился в конвульсиях. Джея поспешила ему на помощь. Она обняла его, прижала голову к груди и зашептала молитву. Юос утих.
– Он в шоке, - сказал Девятый.
– Ариль, помоги перенести его в машину. Джея, приведи его в чувство. Мне нужна информация.
Дело шло к вечеру. Солнце садилось в багровую дымку, ветер принес с моря прохладу и свежесть. Приближающаяся ночь смягчала людскую боль. Юос заговорил:
– Это было ужасно. Я был там. Я видел Ураган. Я поймал его в паутину. Я знаю, что будет дальше.
– Что?
– Он ушел в море, чтобы восстановить силы. Скоро он придет снова. Он будет идти на восток - все дальше и дальше с каждым разом.
– Какие города на очереди?
– Барна, Сантис, потом Унев...
– сказала Джея.
– Мы выяснили это по карте.
– Но главная его цель - Локус, - с волнением произнес Юос. Повисла тишина. Потому что Локус был центром, столицей Независимого Государства, его душой, его сердцем.
Девятый молча вылез из машины и подошел к Арилю. Тот сидел на бетонном обломке и курил.
– Что ты обо всем этом думаешь?
– спросил Девятый.
– Обыкновенная грозовая туча содержит в себе энергию двух-трех атомных бомб, - Ариль стряхнул пепел, - и в этом нет ничего удивительного. Но здесь... я впервые вижу, чтобы энергия была израсходована так целенаправленно.
– Джея говорит, что Ураган живой, и у него есть душа.
– Вы знаете, - хмыкнул Ариль, - что в мистике я ничего не понимаю. Моя область - атмосфера. Должен вам сказать, что это тоже бездна тайн. Да, могут существовать сложные самоорганизующиеся структуры... В каком-то смысле они живые, хотя это, пожалуй, слишком сильно сказано.
– Может ли такая структура целенаправленно уничтожать города?
– Да, если в этом состоит жизненный цикл Урагана: зарядка разрядка.
– Не понимаю.