Упрямое сердце

Lana Grech

Когда заканчивала укладывать на тарелку нарезку из ветчины, колбасы и сыра, в кухню вошёл Рэй.

Повернула голову: - Кофе будешь?

– Буду, - уселся на то самое место у окна, что и вчера, - Ну, что говорила с братом?

– Абонент не доступен, - ответила, разливая кипяток по кружкам.

– А, так он на тренировке всегда отключает телефон. Если хотим застать его там и раскрутить на разговор по душам, то нужно поторопиться, - откусывая большой кусок от бутерброда, который только сделал, предупреждал меня Рэй.

Желание

высказать всё в лицо моему уже теперь так называемому парню, взяло вверх, и я за считаные минуты впихнула в себя бутерброд, заливая его сверху несколькими торопливыми глотками растворимого чёрного кофе.

Выскочив из-за стола понеслась в ванную, прихватив наспех подобранную одежду из шкафа. Пятнадцать минут, и я была во всеоружии готова к выходу для встречи лицом к лицу со своим обидчиком. А то, что он меня обидел, унизил и растоптал мои чувства, таким изощрённым образом, сомнений не осталось.

Пока я приводила себя в надлежащий вид, Рэй видимо вызвал такси, потому что увидела машину с надписью на боку, ожидающую нас у подъезда, когда мы вышли.

В здание клуба мы вошли беспрепятственно, стоило лишь Рэю предъявить удостоверение личности. Я стоя в сторонке наблюдала за ним с охранником. Обернувшись ко мне, позвал: - Ирин, идём.

По дороге к открытым теннисным кортам нам на встречу попался парень, с которым Рэй поздоровавшись, спросил:

– Андрюха, привет. Ты Мартина не видел?

– Ты, что не в курсе?

– В курсе чего?

– На последнем турнире в Питере, его заметили официальные представители Международной федерации тенниса. Ему предложили тренироваться и играть в высшей лиге. Вот они с тренером рано утром и улетели в Англию.

– Ты, чё правда не знал?
– удивился парень

– Знал бы не приехал бы сюда на его поиски.

– Понятно, ну, ладно бывай, - похлопав Рэя по плечу, ускорил шаг в сторону кортов.

"Он просто трусливо сбежал, не желая ничего объяснять", - мысли гудели, как пчелиный улей.

Дернув легонько Рэя, за рукав рубашки, попросила:

– Поехали отсюда

– Да, конечно. Только сначала заскочим ко мне переоденусь, а потом в парк и по мороженному. Как тебе идея?

– Отличная, идём. Схватила за руку и потянула в сторону выхода из клуба.

В их с братом съёмной квартире на кухонном столе обнаружили оставленную Мартином записку.

Братан,

Меня не будет в Москве долгое время, меня пригласили играть в высшей лиге. Если ты сейчас читаешь, эту записку, то знай, что я уже на полпути в Великобританию или даже уже ступил на её землю. В связи с этим, тебе решать, что делать с квартирой, по окончании срока аренды на неё. Как обустроюсь на новом месте звякну. Будет возможность, то свидимся через год - два.

– Н — да, теперь доподлинно известно, что он уехал на долго и не известно, когда вернётся.

– И даже ни полслова обо мне, словно я для него пустое место, - шептала

себе под нос, стараясь сдерживать так и норовящие сорваться с ресниц слёзы, - даже не удосужился позвонить мне вчера.

Крепкие мужские руки притянули меня к своей груди, окутывая всё тем же цветочно — цитрусовым ароматом парфюма. Вцепившись обеими руками в его рубашку на спине, бессовестно разревелась. Он молчал, прижимал всё крепче, едва не лишая воздуха для вдоха и нежно поглаживал по голове.

Впервые в жизни я пожалела, что влюбилась не в того человека, но разве можно убедить в этом упрямое сердце, которое не хочет ничего ни слышать не видеть. Сейчас моя боль и обида на этого индивида - Мартина, рвала мне сердце на куски, выплёскиваясь наружу через слёзы.

"Пусть он горит в аду, а я обязательно буду счастлива, назло ему", - такие коварные мысли проносились в моей голове.

Время, словно замерло в этой комнате лишь для нас двоих. Я страстно желала, вычеркнуть Мартина из своего сердца, но лишь время — великий лекарь, сможет мне в этом помочь. Я забуду его. Нет, я должна забыть, чтобы начать свою жизнь с чистого листа.

глава одиннадцатая

Рэймонд

Сколько вот так обнявшись мы простояли никого из нас не интересовало. Вскоре Иришкины всхлипы сошли на нет и она, оторвав свою голову от моей груди посмотрела на меня. Не знаю, какой чёрт меня дёрнул, но я наклонился и коснулся своими губами её губ.

Странно, но она не отстранилась, осмелев, углубил поцелуй, видимо подсознательно ожидая, что именно она сейчас разорвёт поцелуй и отвесит хлёсткую пощёчину. Ожидания не оправдались.

Вместо этого она прильнула ещё ближе к моему телу, наверное, пыталась раствориться во мне. Не знаю, как ещё назвать наше с ней состояние, видимо от всей этой ситуации с моим братом нам с Иришкой основательно снесло крышу.

Наши жаркие объятия и поцелуи не заметно для нас самих перешли в горизонтальную плоскость, казалось, что в этом мире кроме нас двоих нет ни одной живой души. Мы наслаждались друг другом, не давая нашим раскалённым страстью или скорее похотью телам остыть. Тяжело дыша лежали молча обнявшись, какое — то время.

Иришка медленно провела пальцем по моей груди и упираясь ладошками в неё же села. Я поспешил встать. Собрал разбросанную по полу одежду. Отдав ей её вещи, сам же покинул гостиную со своими вещами, сообщив:

– Душ можешь принять в комнате Мартина.

Она кивнула.

Стоя под летними струями воды, не мог поверить, что мы это сделали. Хотя чувство вины с моей стороны напрочь отсутствовало. Назойливый вопрос:

"И что теперь?", - сверлил мозг.

Покинул ванную комнату с одной мыслью, будь что будет. Нам давно не семнадцать, а посему отпущу тормоза и позволю нашим отношениям развиваться, как им хочется. Только вот, что о случившемся между нами ранее думает Иришка.