Упасть в небо
Шрифт:
Хочу. Посмотреть на Аса. И узнать, как там остальные? Только мне не повернуться — сил нет совсем. А ещё страшно. Вспоминались торчащие вывороченные осколки рёбер… а если теперь Асова спина, да и моя тоже, похожи на Луну после метеоритного дождя? Где одни бугры да впадины?
«Ну и воображение у тебя, — Шон мотнул встрёпанной головой. —
Тогда ладно.
А на Аса, если повернуться не могу, можно в зеркало поглядеть. Главное — не заорать с перепуга, случайно увидев собственную физиономию. Всё же Шоново описание меня насторожило. Осторожно пошевелила рукой. Двигается, хорошо. Потянулась к пальцам Шона, прикоснулась. Бережно, невесомо, как к сидящей на ветке птице, которую страшно спугнуть…
Показалось, что Шон чуть напрягся. Понятно, сейчас отодвинется. Но он не стал. А вместо этого заговорил:
«Хочешь ещё новости? Ну, слушай. Арнегастхольма больше нет — есть две квадратные лиги гладкого, как стол, расплавленного камня — память и предостережение всем, кто даёт слово, не думая его выполнять, или мечтает о лёгкой добыче на южных берегах. Ульхдаттвар больше не верховный конунг. Викинги даже хотели его в змеиную яму бросить — больно осерчали, что из-за него их драккары пожгли — но на конунгово счастье ямы тоже уже нет. Власть перешла к сорокалетнему мужику Зигурду Мудрому, с ним тебе впредь и вести дела. Астер лично поприсутствовала на тинге, где того выбирали, и устроила показательную лекцию на тему „Кто такой Хашург, и почему не стоит с ним связываться“.
Викинги прониклись. Элию с трудом, но нашли. Как мы и думали, та оказалась подчинённой. Когда печати сняли, выяснилось, что последнее, что девочка помнит, как вышла из ратуши в Китовом Киле, побежала по большой улице на запад, а потом зашла в трактир».
Вот правильно я
«Мы отправили её в Синтан, от побережья и Китового Киля подальше. На самом деле там всё не так просто… Сирота-то она сирота, но отец был родом с Восточных островов, и все живые родичи — оттуда же. Будем за ней приглядывать. Что ещё хочешь узнать?»
О Волне с Прибоем.
«Те здесь. В доме хорошая конюшня и при ней — большой загон. Гуляют, ждут вас… — Шон хихикнул: — Ты б видела, как радовался Сианург, когда я их забрал! Всё порывался мне пожать руку!»
Я захихикала тоже, представив картину.
Потом всё же спросила:
«А Кай?»
«Ну, Кай кается. Только что башкой об стену не стучит. Парень не злой, просто слабый и воспитан неправильно — слишком много о деньгах думает. Тиану кое-что с ним сделал — влез в голову и подправил характер. Мы однажды так из конокрада сотворили честнейшего малого! Магии у этого Кая всё равно кошкины слёзы… Но Астер сказала, что если ты захочешь, то лишит его Дара совсем».
Не знаю. Я подумаю. Потом. А сейчас я всё же хочу увидеть Аса…
Хотя зачем видеть? Протянуть назад руку, дотронуться — он же рядом! Да, вот, тёплый и дышит. Ну и хорошо… Можно засыпать снова.
Только ещё один вопрос…
«Хочешь спросить, как вышло, что защитный щит Аскани не сработал? Да, я тоже на эту тему голову ломал. И пока ответа не нашёл. Точнее, нашёл частично. Понял, что в заклинании почему-то перестала действовать часть, связанная с человеческой магией. Если принять за факт, что сам Аскани щит не снимал, выходит, это сделал кто-то за него. Похоже, есть ещё какая-то сила, которая играет не совсем чтоб на нашей стороне. Но гадать без точной информации, кто это, — тыкать пальцем в небо».
«Тыкать пальцем в небо…» — повторила я про себя за Шоном. Что-то в этой фразе есть…