Уно
Шрифт:
– Ты ничего не знаешь? Где ты был?
– В Соединенной Империи, а что случилось?
– Хвала небесам! Ты жив!
– Хэл, что произошло? – от плохого предчувствия кожа Уно стала белеть.
– Безумные Таггеры напали на нас, все произошло в считанные часы…
Оглушенный Уно смотрел на изуродованный ствол клена, после сорвался с места и бросился домой. В доме все было разгромлено. Зачем-то аккуратно переступая через разбитую посуду и разорванные вещи, Уно медленно ходил из комнаты в комнату. В спальне, у перевернутой
– Уно! – ветка Хэла постучала в уцелевший осколок стекла. – Уно, как ты там?
– Все в порядке, – Уно вышел из дома. – Что с остальными, знаешь?
– Мне отсюда мало что видно.
– Я пойду, посмотрю. Пока, Хэл.
Не оглядываясь, он быстро пошел по петляющей меж деревьев тропинке. Деревья молча провожали его взглядами, тихо вздыхая вослед. Уно направлялся к центральной поляне, его кожа белела все сильнее и сильнее. То и дело попадались трупы и разрушенные дома, около разрубленной в щепки Ели он нашел Тори и Миру. Даже издалека Уно видел, что они мертвы…
Он шел все дальше и дальше, в надежде найти хоть кого-то живого. Весь лес замер, глядя на Уно, и эта звенящая солнечная тишина была страшнее всякой пытки.
– Эй! – послышался чей-то слабый хриплый крик.
Вздрогнув, Уно бросился на звук.
– Где Вы? Отзовитесь!
– Тут я! – крик доносился из помойной ямы. – Спасите! Помираю!
– Сейчас! Я уже иду! – Уно затормозил на самом краю ямы и глянул вниз. Среди отбросов, кто-то копошился. – Держитесь! Сейчас я Вас достану!
Он взлетел в воздух и стал спускаться в яму, стараясь не зацепить крыльями ее осклизлые стены. Дотянувшись до копошащегося бедолаги, Уно схватил его и вылетел обратно. Очистив страдальца от отбросов, Уно увидел, что это попугай Брамс.
– Уно! – простонал он. – Это ты! Родной! Спаситель!
– Ты цел, Брамс? Дай-ка я тебя осмотрю.
Уно уже неоднократно приходилось лечить и вправлять все, что только могли повредить себе его собратья.
– Кажись, цел я, только крыло вывихнуто… Ой! Как больно!
– Брамс, будь мужчиной. Я сделаю это аккуратно, я уже сто раз вправлял крылья и лапы.
– Да, но ты вправлял не мои крылья! Не мои лапы!
– Хорошо, оставайся так, мне некогда с тобой возиться, надо пойти посмотреть, может, еще кто-нибудь уцелел.
– Ладно, вправляй.
– Теперь мне понятно, Брамс, почему от тебя все три жены ушли.
– Не три, а две, от третьей я сам сбежал. Ну, что же ты, я жду! Ты уже вправляешь? – Попугай закрыл глаза, и надрывно застонал.
– Еще нет, так что замолчи. – Уно еще раз осмотрел крыло, и одним точным движением поставил его на место. Попугай громко хрюкнул, и открыл круглые желтые глаза.
– Все, можешь падать в обморок, – сказал Уно, выпрямляясь.
– Ты уже вправил? – удивился Брамс. – Серьезно?
– Да. Теперь подожди меня вот у этого пня, я скоро
– Куда ты? – запаниковал попугай. – Не оставляй меня тут одного!
– Поищу живых, а ты сиди здесь и никуда не уходи.
– Учти, Уно, ты мне обещал! Я буду ждать! – Попугай заковылял к пню, на ходу избавляясь от остатков помойки, а Уно отправился дальше.
Все что он видел, ужасало… В глазах Уно потемнело, когда под рухнувшей сосной он увидел Кеолу. Она еще дышала.
– Кеола! – бросился к ней Уно. – Ты жива!
Пантера с трудом приоткрыла мутные глаза.
– Уно… – прохрипела она, – это ты…
– Не трать силы, я сейчас вытащу тебя, подожди немного…
– Стой, Уно, не трогай это дерево, я не хочу умирать еще мучительнее. Все мои кости превратились в песок…
– Кеола, не говори глупостей, я вытащу тебя!
– Не трогай, умоляю, не трогай, – Кеола закашлялась и на траву стекла тонкая струйка крови. – Безумные Таггерры… они уничтожили все. Не знаю, откуда они появились… их было много, очень много… Вечный Грот взорван, под обломками погребен весь клан львов… Кто-нибудь выжил? Ты видел?
– Пока нашел только попугая Брамса, – прошептал потрясенный Уно.
– Значит, все погибли… – с трудом прохрипела Кеола. – Таггерры настоящие чудовища, от них нет спасения… Уходи отсюда, Уно, уходи, Таггерры вернутся, теперь это их земля… Уходи как можно дальше отсюда, хотя, боюсь, скоро некуда будет идти… Таггерры не остановятся, они будут захватывать новые земли, новые Королевства… спасайся, Уно…
– Я не оставлю тебя, Кеола! Все будет хорошо!
– Я знаю… – глаза Кеолы остекленели.
– Нет! – Уно попытался приподнять огромный ствол сосны. – Нет! Кеола, нет!
– Ты ей уже ничем не поможешь, – прошептал колючий кустарник, росший неподалеку. – Ты должен подумать о тех, кто, быть может, еще жив.
Уно молча погладил безвольно повисшую голову пантеры, и пошел дальше. Вокруг была одна и та же картина – трупы и разрушенные дома.
– Есть кто-нибудь живой?! – кричал Уно, чувствуя, как его глаза колют слезы. – Кто-нибудь, отзовитесь!
Он остановился, прислушиваясь к тишине, и услышал чей-то тихий плач. Уно замер, стараясь понять, откуда доносится звук. Кто-то плакал в глубине полуразрушенного дома.
– Все в порядке! – крикнул Уно, подбегая к дому. – Я здесь! Все хорошо!
Он принялся разгребать доски и солому.
– Где ты? – Уно отбросил в сторону обломки стола. – Кто ты?
– Я здесь, – всхлипнул некто. – Это я, Конти.
Из посудного шкафчика выбрался маленький лисенок.
– Уно! – воскликнул он, и бросился к нему, спотыкаясь о щепки и осколки. – Уно, это ты!
– Конти, малыш, – Уно подхватил его и прижал к груди. – Ты цел? У тебя где-нибудь болит?
– Нигде не болит, – Конти всхлипнул и потерся мордочкой о свитер Уно. – А где все? Где мама с папой?