Unknown
Шрифт:
Логичнее затаиться и дождаться, когда с наксидами расправится Флот.
Но Сула не хотела прятаться. Даже когда она просто смотрела на текст, призванный обернуть смерть заложников на пользу лоялистам, кровь закипала от ненависти к наксидским палачам.
Она встала из-за стола, приказала настенному экрану включиться и стала смотреть канал, транслирующий казнь. Пятьсот жертв быстро не убьешь, поэтому передача все еще шла. К пустой тюремной стене сгоняли торминелов, терранцев, креев, даймонгов и лайонов, а потом раздавались залпы автоматического оружия, и жертвы падали, истекая кровью.
Можно было рассмотреть и палачей:
Все палачи были терранцами. Наксидам даже не пришлось выполнять грязную работу - они нашли тех, кто охотно сделает ее.
И если палачи нервничали, бледнели и просто пытались исполнять служебные обязанности, то с офицером все было иначе. Глаза горели, в громком голосе слышались истеричные нотки. Сула поняла, что он упивается происходящим. Это был его триумф, возможность учинить расправу перед лицом всей планеты. Он выдавал сам себя, периодически заглядывая в камеру, словно хотел удостовериться, что минута славы еще длится.
Когда пулеметы смолкли, офицер медленно прошелся между трупов, добивая выживших из пистолета. Он вышагивал, гордо выпятив грудь, наслаждаясь собственной важностью, ощущая себя звездой.
"Извращенец, - подумала Сула.
– Чего только люди не делают, лишь бы попасть на экран."
Дверь открылась, и вошла Спенс, как раз тогда, когда раздалась новая очередь. Она вздрогнула и прошла по комнате, стараясь не смотреть на дисплей.
– Слышала о заложниках?
– спросила Сула.
– Да. Только о них и говорят.
– Проблемы с выездом из Верхнего города?
– Нет, - Шона напряглась, когда офицер прокричал, чтобы трупы грузили в машину. Она сжала губы.
– Мы ведь достанем этого ублюдка, да, миледи?
– Да, - сказала Сула, тут же принимая решение.
К чертям предосторожности.
Сердце Сулы пело от неудержимого чувства вседозволенности. В её полной опасностями жизни эта затея станет самой безумной.
Она не знала ни имени офицера, ни места проведения казни. Ясно было лишь одно - это тюрьма где-то на планете Заншаа. Сула сосредоточилась, начала смотреть гораздо внимательнее и вскоре была вознаграждена: над тюремной стеной мелькнули барочные украшения башни Апсзипар, значит, все происходило где-то в юго-западном районе города.
По картам в базе Управления госрегистрации выяснилось, что в этой части Заншаа находится лишь одна тюрьма - так называемые Синие Решетки; там же нашелся список служащих.
Начальником числился старший комендант Лораджин, и с фотографии в его удостоверении на Сулу смотрело худое лицо того самого офицера, который даже сейчас, когда по его приказу убивали группу торминелов, не переставал радостно щериться. Лораджину исполнилось сорок шесть лет; восемнадцать из них он был женат на пухленькой миловидной учительнице младших классов. Типичные представители среднего класса, живущие с тремя детьми в районе Нижнего города среди людей своего уровня.
"Иногда убийство является потребностью", - подумала Сула.
Макнамара вошел, когда она, узнав адрес Лораджина, на всякий случай просматривала планы его дома. Гэвин поставил пакет с бутылками сивушного ярогута на стол
– Наш следующий?
– спросил Макнамара.
– Да.
Молодой человек ответил кратко:
– Хорошо.
Он забрал бутылки и отправился на кухню.
"Этот старший комендант ездит домой на общественном транспорте?
– подумала Сула.
– Или у него машина? Подловить бы гада на остановке, когда он из трамвая выходит, и пристрелить. Немудрено, но эффективно."
У Лораджина был автомобиль, по записям - лиловый семейный седан марки "Делвин". Ездит ли он на нем на работу? Оказалось, у жены водительских прав нет, а вот у Лораджина имеется парковочный пропуск в Синие Решетки.
Сула встала из-за стола, потянулась и пошла на кухню, где Спенс и Макнамара болтали, выливая ярогут в раковину и наполняя воздух резкой травяной вонью.
– Расправимся с ним сегодня, - сказала она.
– Пока к нему охрану не приставили.
Шона с Гэвином удивленно переглянулись, а потом Макнамара рассмеялся. Глаза Спенс зажглись диким огнём. Они оба заразились ее куражом.
К черту предосторожности.
Так как во время первой операции распределение ролей сработало, они решили, что стрелять опять будут Сула и Макнамара, а Спенс станет наблюдать. Гэвин достал из тайников оружие, почистил, собрал и зарядил его; Шона по подложным документам взяла на прокат серый шестиколесный грузовой фургон. Пока не улеглось общественное возмущение, Сула отредактировала и разослала третий выпуск "Сопротивления", а потом принялась изучать найденные в компьютере Управления госрегистрации планы Синих Решеток и окрестностей.
Была проблема с фургоном: его бортовые компьютеры регулярно отсылали информацию о местонахождении в Управление цензуры. Так что, если сообщалось о преступлении, легко было выследить любой автомобиль.
Когда Команду 491 снаряжали, им достался седан "Ханхао", в котором эта функция отключалась. Он был идеальной машиной для бегства, и Сула берегла его на этот случай, поэтому не взяла для убийства.
Все надели перчатки, чтобы не оставлять отпечатков пальцев. Спенс отдала фургон Макнамаре - он водил лучше всех, а сама повела "Ханхао" по шоссе к башне Апсзипар и припарковалась в четырех кварталах от тюрьмы. Там она запрыгнула в фургон, в котором уже сидела Сула с оружием, и автомобиль остановился на безопасном расстоянии от лазурных стен тюрьмы.
Во время нападения на Макиша Команда 491 была на взводе. Сейчас они вели себя спокойнее, почти весело. Они явно заразились сумасшедшинкой Сулы. Два убийства за сутки - почему бы и нет? Первое тщательно готовили, на второе отправились вообще без плана. Отбросили все, чему учились в течение долгих месяцев, и свобода пьянила, как вино.
У тюрьмы царило столпотворение: там беспокойно метались безутешные родственники, ожидая возможности забрать тела. Сула сразу же отметила расположение широких главных ворот, большого гаража и отделенного от него бетонированной площадкой здания администрации. Фургон подъехал к толпе, и Спенс вышла, тут же смешавшись со скорбящими. Макнамара повел автомобиль дальше и припарковался там, где можно перехватить Лораджина по пути домой. Открыв окна, они устроились на передних сиденьях и стали ждать, изнывая от жары.