Уничтожить
Шрифт:
— Ох, ты не представляешь, Жак, как мне уже надоело, что отец безвылазно живёт на этом своём острове!
— Пани, — робко перебил её охранник. — Это для его же безопасности, да и дела оттуда вести легче. Ваш отец всего лишь хочет, чтобы вы получили лучшее образование, затем научились вести дела, и только после этого…
— Ой, и ты туда же со своими нравоучениями, Жак! — фыркнула девушка и вновь скинула платье, заставив охранника в очередной раз смущённо отводить взгляд.
— Но, пани…
— Оставь, Жак! — Няша забежала в ванную комнату и через секунду выглянула так, чтобы Жак смог лицезреть её соблазнительный изгиб бедра уже без какого-либо
От такого неподобающего поведения своей госпожи у всегда невозмутимого Жака подпрыгнули брови, и он невольно выдохнул:
— Чего?!
Арина только расхохоталась и скрылась в ванной. Через секунду оттуда послышался плеск воды и повалил пар.
— Тьфу ты! Дурная девка! — пробубнил телохранитель, в который раз уже становясь жертвой её розыгрышей, и вышел за дверь.
Арина же стояла под горячими струями душа с улыбкой до ушей.
И чего это у меня такое хорошее настроение? — на секунду отвлеклась она и попыталась вспомнить вчерашний веселый вечер на даче с друзьями. — Ох, неужто я вчера выпила, и мы снова устроили оргию… Хотя нет, мы её и без выпивки устраиваем регулярно. Надеюсь, мы хотя бы предохранялись?..
Она невольно скользнула пальчиками вниз по своему плоскому животику, силясь вспомнить, что вообще вчера происходило. Но в голове гремела лишь пустота. Пожав плечами, она быстро привела себя в порядок и уже через полчаса выбирала новое платье.
— Я готова! Пошли!
Жак был готов к внезапному появлению этой озорной девки, но она снова удивила своей прытью и выскочила из своей комнаты неожиданно даже для него. Однако он мог простить ей все её шалости, лишь взглянув на красотку в изумительном белом платье. Оно обтягивало её фигуру, но было удобным, если судить по тому, как она в нём двигалась. В девчачьих причёсках телохранитель не понимал ровным счётом ничего, кроме «волосы тёмные» и «волосы светлые». Опустив взгляд ниже, он усмехнулся пренебрежительному отношению его госпожи к обуви. Она щеголяла в обычной спортивной обуви, брезгуя каблуками. Её платье, причёска и запах явно контрастировали с такой обыденной обувью, но таковой уж была Юсупова Арина.
Не оборачиваясь, девушка посеменила к любимому месту отца, в котором он проводил больше всего времени, когда приезжал, — в приусадебный дендрарий. Она предпочитала не заморачиваться с таким названием и не ломать себе язык, поэтому говорила проще — сад. За что её постоянно и пенял отец, называя «непутёвой шери» и призывал соблюдать этикет, присущий кисенам, разговаривая грамотно и высоко, а не как золотые.
Четырёхэтажная усадьба за чертой города располагалась недалеко от обрыва таким образом, что из окон открывался изумительный вид на озеро. Оно, как и смешанный лес вокруг усадьбы, принадлежали семье Юсуповых и хорошо охранялись. Усадьба выросла прямо на пути бурного потока, берущего начала из гор в десятке километров южнее. Её бурные воды выделяли много энергии в небольшой гидроэлектростанции, тем самым обеспечивая всю территорию необходимой энергией. Дальше из-под усадьбы стекали по красиво уложенным природным ступеням потоки воды и обрушивались вниз с высоты в триста метров, попадая прямиком в озеро.
Мельком глянув в сторону обрыва, огороженного сеткой, Арина чуть ли не вприпрыжку помчалась к саду. Дендрарий состоял из самых разнообразных деревьев, кустарников и садиков. Последние часто включали в себя какие-нибудь экзотические и редкие растения и были окружены небольшой и весьма красивой оградкой. Сквозь
Но на прогулки у Арины не было никакого желания, и она стремительно неслась по тропинке к тому месту, где обычно мог пропадать её отец, не замечая времени. Чинид молчаливой тенью следовал за ней на приличном расстоянии, и не терял бдительности. Приезд таких важных гостей может сопровождаться разными сюрпризами, и Жаку не хотелось отвечать и позориться перед всей общиной чинидов Евразийского региона. У их общины свои негласные правила и законы. Иногда — весьма и весьма жёсткие.
— Папка! — взвизгнула Арина, повиснув на шее мужчины средних лет. Виктор Степанович Юсупов хмыкнул, и улыбнулся своей доброй улыбкой. Несмотря на свой престарелый возраст в 49 лет, высокий мужчина выглядел крепко и в его фигуре чувствовалась сила, даже несмотря на то, что он носил привычный строгий костюм, как и Жак. Это было обусловлено не этикетом или модой, а бронёй, скрытой под одеждой. Помимо нанодоспеха, костюм тоже был бронированный. И хотя костюм не выдержит автоматную очередь в упор, сдержать пистолетную пулю сможет, хоть и не полностью. Висков Виктора Степановича уже коснулась седина, но это не согнуло его прямую спину. В одной руке он сжимал вогнутые кусачки для ветвей, а рядом с бонсаем, над которым он и был сосредоточен до этого момента, лежали ножницы.
— Так и знала, что найду тебя здесь! Ты просто обожаешь свой бонсай. Даже больше меня! — надула губки Арина, смотря на отца исподлобья.
В ответ Виктор рассмеялся и поцеловал дочку в макушку.
— А ты спи подольше, потом и к Минхао ревновать начнёшь.
Усмехнувшись, Виктор Степанович повернулся к названному телохранителю-азиату и передал тому инструменты. Минхао был на двадцать лет старше Жака и отличался серьёзным опытом и впечатляющими навыками. Иначе бы не охранял одного из самых влиятельных и богатых людей Евразии. При появлении Жака, он поприветствовал своего брата по общине их особым жестом. Поскольку чиниды часто видели друг друга возле своих патронов, подойти и поздороваться за руку у них не было возможностей. Вместо этого они показывали друг другу открытые ладони и загибали большие пальцы внутрь.
От Жака не укрылось, что азиат шире его в плечах и даже двигается куда более уверенными и отточенными движениями, в отличии от него. Это немного уязвило молодого телохранителя. Хоть он и был лучшим в своём возрасте, у Жака даже не возникало сомнений в том, что в схватке Минхао без особых усилий скрутит его в бараний рог.
Надо бы провести с ним пару спаррингов… — подумал Жак, уже просчитывая свои действия как с огнестрельным оружием, так и в рукопашной схватке.
— Ну, папа! — хохотнула в ответ Арина и Жак вдруг сообразил, что пропустил часть диалога мимо ушей. — Рассказывай, чего ты так долго? Что случилось? Ты редко покидаешь свой остров.
— Сперва скажи, хорошо ли ты учишься? Что говорит твой учитель, как его… Глебов, так?
— Нормально я учусь! Не заговаривай мне зубы! — затопала ножками Арина.
— Врушка! — засмеялся отец, щёлкнув дочку по носу. — Мне Глебов уже обо всех твоих «успехах» доложил. Ты моя маленькая врушка!
И вместо того, чтобы отчитывать дочь, крепко обнял её, из-за чего Няша сперва засмущалась, а потом расхохоталась.
— Дела у меня, — уже серьёзнее ответил Виктор. — С коллегами посовещаться надо.