Уничтожение
Шрифт:
Окончательное прозрение наступило только через несколько минут – если вокруг действительно была радиация, то самое безопасное место находилось именно здесь, в герметично закрытом отсеке. И выходить из него было попросту нельзя.
Когда еще через час на пороге возник помятый десантник, сообщивший что все обвинения временно аннулируются, а бывшей заключенной нужно пройти обследование в госпитале, Розмари устроила настоящую истерику, категорически отказываясь покидать место своего заключения.
– Ну и сиди здесь, тупая дура, –
Когда шаги солдата окончательно стихли, девушка осторожно закрыла дверь, после чего вернулась на свою кровать, на всякий случай спрятавшись под двумя одеялами.
Рэй Гивен, младший лейтенант, пилот. 7211
Рэй заставил себя отодвинуться от койки, на которой лежало тело его напарника. Затем медленно дошел до выхода и покинул медицинский отсек. Травм во время только что произошедшей непонятной стычки он не получил, но стены предательски двоились и расплывались перед глазами.
– Вам помочь, сэр? – Рядом, видя его неважное самочувствие, остановился десантник. – Врачи рядом, вас проводить?
– Нет, спасибо, – Гивен постарался улыбнуться сквозь слезы. Получилось наверняка очень жалко и неубедительно, но ему было плевать. – Я только что оттуда, солдат. Друг погиб.
– Ясно, сэр. Извините, сэр, – десантник выпрямился, отдал честь и быстро скрылся из виду.
Постояв немного на одном месте, лейтенант упрямо мотнул головой, а затем отправился разыскивать ближайший ведущий к верхней палубе трап.
Наверху было тепло и мокро. Яркое солнце обнимало корабль своими лучами, быстро испаряло остатки воды и превращало все окружающее пространство в некое подобие влажных тропических джунглей. Воздух пах как-то странно и незнакомо – Рэй так и не решил, приятный этот запах или нет. Впрочем, сейчас ему меньше всего хотелось об этом думать.
Пилот окинул хмурым взглядом летную палубу.
Во время произошедших событий он находился во внутренних помещениях корабля и ровным счетом ничего не знал о происходящем, но сейчас начал хотя бы приблизительно понимать весь масштаб трагедии.
Потери авиакрыла оказались ужасающими. Размещенные на палубе самолеты и вертолеты исчезли бесследно. А это означало что отряд лишился как минимум половины своей техники. И людей.
– Да что это вообще было…
Поблизости ожила зенитная установка. С немыслимой скоростью провернувшись во всех возможных плоскостях, она неожиданно замерла и с оглушительным треском выпустила куда-то вдаль длинную очередь.
С досадой тряхнув звенящей от шума головой, Рэй глянул в сторону едва видневшегося среди волн острова. Никаких врагов там не оказалось – он увидел лишь несколько деревьев, срезанных шквалом разогнанных до космических скоростей снарядов и медленно валившихся на камни.
Обычная проверка вооружения.
Зенитка подняла стволы вверх, а
До Рэя уже дошли слухи о том, что основные события пришлись как раз на долю ракетчиков – они по кому-то отстрелялись, кого-то даже сбили… Никто, правда, не знал, кого именно.
Жара заметно усилилась и пилот недовольно обернулся, ища причину дискомфорта. После чего замер, широко открытыми глазами уставившись на горизонт.
Оттуда медленно поднимался исполинский сияющий диск второго светила.
– Я, наверное, сплю…
Механик Джон Картер. 7211
Джон был в ужасе. Иррациональная паника длилась уже почти двадцать минут – с того самого момента, когда выяснилось, что из-за недавних взрывов и болтанки температура во втором реакторе начала повышаться.
Картер не знал почему защищенное сверх всякой меры устройство дало сбой, но думать об этом хотел меньше всего на свете. Он просто смотрел на пульт управления, чувствуя, как его самые страшные ночные кошмары начинают воплощаться в жизнь – и боялся.
Хорошо еще, что температура росла не так стремительно, как во снах. Показания приборов выходили далеко за границы нормы, но до того момента, когда адская машина должна была растечься потоками радиоактивного металла, оставалось еще несколько часов.
Спустя несколько минут Джону все же удалось взять себя в руки. Он изо всех сил постарался абстрагироваться от своих фобий, а затем переключился на поиск путей решения проблемы, одновременно с этим проклиная расписание, благодаря которому все случилось как раз во время его дежурства.
После того как механик взглянул на ситуацию более-менее беспристрастным взглядом, она оказалась далеко не такой пугающей, как раньше. В конце концов, реактор можно было просто остановить, задействовав некстати вышедшую из строя систему замедлителей.
Он перешел к соседнему пульту управления и нажал несколько кнопок, вызывая меню самодиагностики.
Пульт испустил струйку дыма и ударил человека длинной синей искрой.
– Ах ты…
Дуя на пострадавший палец, Джон обошел массивный стальной шкаф и сразу же обнаружил причину всех проблем.
Здоровенный красный топор, обычно висевший на противоположной стене вместе с остальным пожарным инвентарем, невесть каким образом переместился за пульт. И теперь острый конец металлической хреновины торчал в оплетке выходившей из устройства трубы.
Джон долго, затейливо и с чувством выругался. Внутри гибкой гофры находилась целая связка различных кабелей и разбираться в их хитросплетениях, выясняя что именно повредил чертов топор, было крайне сомнительным удовольствием.
За спиной послышался хриплый голос Диллинджера: