Улыбка Цезаря
Шрифт:
– Извините, меня внезапно вызвал эмир. Как Ваше здоровье, как Ваши дела, уважаемый Вик?
Следующие 5 минут мы обменивались любезностями. Потом наслаждались угощениями. Альмас с интересом расспрашивал нас о путешествии, я изворачивался и уводил разговор в сторону. В свою очередь я интересовался обстановкой в стране. Разговаривали мы через переводчика. Чернявый парнишка, вероятно грек, очень хорошо говорил на славянском.
– Вик, я очень благодарю тебя за тот подарок, что ты привёз моему правителю. Очень вовремя я вручил его эмиру. И сейчас я, по его поручению, хочу договориться об обмене миссиями. Мы с удовольствием примем купцов
Вот это попадос. Доигрался дорогой в свою дипломатию, ну и как выкручиваться теперь. Блин, не поймут же отговорок. Если только надавить на религию, типа вера не позволяет, как-то так.
– Уважаемый Альмас-ходжа. Боюсь, что это трудно будет сделать. Дело в том, что мой дож и датский конунг властвуют в морях. Считается, что вы используете труд христиан-рабов и вера запрещает нам торговать напрямую с мусульманами.
Фух, вроде выкрутился.
Вельможа задумчиво перебирает можжевеловые чётки.
– Да, да, я слышал об этом. Жаль.
– Уважаемый Альмас-ходжа. А какой товар вас интересует, может быть, я могу помочь?
– Не знаю, впрочем. У нас есть всё, со всего мира к нам приходят караваны. Арабы с юга привозят серебро и специи. С Востока фрукты и ткани. С севера железо, рыбий зуб и меха. У нас есть всё. Но мой эмир хочет получить канал снабжения вашими зеркалами. Это чудо он готов покупать за любые деньги.
– Понимаешь, Вик. У нас на Востоке очень важно владеть статусной вещью. Ну которая есть только у тебя. Мой эмир подарил нашему правителю чудесное зеркало. Многие важные люди поразились ему и хотят иметь такое у себя. И они очень настойчиво ищут, где их купить.
– Ясно, я понял Вас, уважаемый. Тогда мне нужно знать какие размеры и какой оклад для них сделать. Ну рамка бронза, серебро или золото.
– Вик, нам главное само стекло, обрамление сделаем любое. У меня несколько ювелирных мастерских.
– Тогда может нам возить только стекло, а потом у Вас делать оклад конкретно для человека. И здесь я, наверное, могу помочь. У моего отца стеклодувная мастерская и он может понемногу снабжать нас.
Мой собеседник прямо расцвёл, вот что делает возможность хорошо погреть руки на госзаказе.
В течение полу часа мы обсудили количество, размер и оплату поставляемой продукции. Я обещал вернуться в начале осени.
Под конец я преподнёс ему подарок зиповскую зажигалку. В городе попался мне сувенирный магазин, где продавали фирменные зажигалки в эксклюзивном исполнении. Так и эта, была с позолотой и растительным орнаментом. Я показал, её работу. Собеседник только засверкал глазами и с восхищением крутил её в руках. Вручил также бутылочку с бензином, показал, как и когда доливать.
Отдарился тот роскошным ожерельем для моей спутницы. Круто, драгоценные камни на золоте. Примерил девушке, поблагодарил и мы расстались. Тот же паланкин ждал нас на выходе. Только охрана сменилась, другие нас сопровождают.
Фух, устал от этих экзерсисов. Я погладил Анну по руке, она мучалась в непривычном одеянии. Зато на груди роскошное ожерелье.
Когда пересекли уже в темноте границу внутреннего города, внезапно, мы полетели на землю. Я запутался в тряпках и в своей сабле. Дело то швах, снаружи слышен звон оружия, хриплые крики и чей-то стон. Прямо перед моим носом свистнула сабля и прорезала ткань нашего транспортного средства. Затем в разрез сунулась усатая страшная
Чёрт, Аня. Я рывком доломал носилки. Резанная, глубокая рана в районе ключицы, много крови. Сорвал пояс и туго забинтовал, подложив платок на рану. Девушка без сознания, я положил голову себе на колени. Слава богу, кто-то бежит. Из переулка выбежало трое стражников. Сразу кинулись к нам. Что бы не вышло недоразумения, выпростал с шеи охранный фирман, ну что получил в прошлом году от Альмаса.
– Альмас-ходжа, Балезин, – повторил я несколько раз. Дошло, один убежал, двое стали переворачивать тела.
Через пол часа нас доставили в дом купца. Я сам нёс Анну на руках. На вопросы отвечал потом, всё потом. Только Никандру скомандовал тащить мой походный рюкзак и приготовить горячую воду. Встревоженного Балезина попросил выделить мне чистую комнату со столом и побольше света. Нам показали комнату рядом с кухней. Знаком попросил помыть с мылом большой стол. Анечка очнулась и смотрела с беспокойством за моими приготовлениями.
– Вить, что там у меня?
– Резанная рана, сейчас посмотрю. Но мне кажется – не тяжёлая, кровь я остановил. Пока девки шустрили с мытьём, Никандр принёс мой рюкзак. Я достал плотный пакет с походной аптечкой. С последнего раза он увеличился в размерах. Мои женщины научили меня оказывать минимальную скорую помощь, в том числе зашивать раны, ну теоретически, конечно. Дрожащими руками потрошил содержимое. Умница Рита разложила по назначению лекарства. Вот пакетик с надписью её красивым подчерком – "при ранениях". Так, что тут у нас. Антисептики, антибиотики, понятно. Одноразовые шприцы и местная анестезия. В стерильных пакетиках медицинские иглы и шовный материал. Так, надо успокоиться.
Наконец тётки свалили, мне принесли горячую воду. Я с Никандром устроил Аню на столе. Вся красота наряда испорчена. Блузка в крови, пришлось срезать. Роскошное ожерелье, подаренное Альмасом, разрублено и держится на ниточке. Да и бог с ним, красивее куплю. Намочил тряпочку спиртом и начал протирать место ранения. Рана кровоточит, блин, ну я же не хирург. Руки начинает потрясывать. Попросил принести стакан вина. Подложил Ане под голову валик. Приподняв ей голову, стал заливать вино. Аня кривится, но пьёт. Хорошая девочка.
– Вить, я вижу, там ничего серьёзного. Завяжи потуже и всё.
– Аня, тогда останется широкий в палец толщиной шрам. Да и может загноиться. Ты не бойся, я буду очень осторожен.
– Никандр, помоги помыть руки. Помыл сам и заставил его. Разложил инструменты. Кетгут положил в спиртовой раствор йода. Иглу тоже туда. Так, как учила Валя. Сначала промыть рану.
Оголил левое, пострадавшее плечо. Закрыл её грудь, что бы не смущала. Растолок две таблетки антисептика в стакане воды, попробовал промывать, но Аня зашипела.