Улыбка Цезаря
Шрифт:
– Вить, дай поспать. Оставь бедную девушку в покое, у меня там всё болит ещё, – и она упёрлась мне в грудь ладошкой. Мягкое и тёплое движение остановило мои фривольный мысли. Я перевернулся на спину и стал лениво размышлять. Именно вот это последнее движение женщины показалось мне важным. Мне оно показалось очень доверительным и близким. Поэтому я счастливо улыбнулся утру и встал, готовить завтрак. Обжарил на глубокой сковородке немного лука и кубики варёной колбасы. Потом взбил четыре яйца с молоком и смесь вылил в сковородку. Через десять минут закрыл крышкой и уменьшил огонь. Приготовил
Сам вышел на улицу, проведать Пробоя. Он спокойно стоял у загородки. Освежил воду в ведре, подсыпал корма в корыто. Смесь ячменя и кукурузы. Сена было достаточно в углу, осталось от козы.
Сзади меня обняла Рита:
– Давай я его покормлю.
– Ну уж нет, у него всё есть. Сейчас я тебя буду кормить, а потом у нас катание на лошадях.
Девушка, взвизгнув от моего шлепка по попе улетела домой. Не торопясь, позавтракали, я рассматривал уже по-новому свою даму. Ещё вчера она была девушкой, которую я сильно хотел. Я сейчас моя женщина.
Но, чёрт побери, я не знаю, что делать сейчас со своей любовью.
Переодевшись и взяв тормозок, мы выехали по дороге. Вернее, ехала Рита, а я вёл коня за уздечку. С утра было свежо, и я шёл быстро. Добрались до леса, свернули на проторенную трактором лесную дорогу. Я так же вёл коня, оглядываясь на девушку. А она подняла руки на затылок и с закрытыми глазами раскачивалась в седле. Только по лицу пробегали тени, когда проезжали под ветками. Через пол часа попытались сесть вдвоём. Не очень удобно, но можно. Я пристроился сзади. Естественно, прижимался к подруге. От этого монотонного покачивания я возбудился, обнимая девушку. Соскочив с коня, осторожно снял Риту, привязал повод к дереву. Мы опять накинулись друг на друга. Что бы не уколоть её, я посадил девушку сверху. Наконец-то можно рассмотреть её при ярком свете. Приняв груди в свои ладони, я помогал, двигаясь навстречу. Потом она лежала на мне без сил и нам было так хорошо и спокойно. Только Пробой пофыркивал укоризненно. Домой вернулись под вечер. Есть особенно не хотели, не давно умяли бутерброды. Поэтому сидели с кружками чая на лавке под окном.
– Вить, а ты когда уезжаешь? спросила она с серьёзным лицом.
Я задумался, планировал завтра, но как её оставить.
– Я не знаю, малыш. Скажи, ты видишь как-то наше совместное будущее?
Девушка, подумав, кивнула.
– Понимаешь, у меня от тебя крыша едет. И я хочу, чтобы мы жили вместе. Но это приведёт к изменению планов. Поэтому мне нужно время, привести в порядок свои дела. Для этого мне нужно отъехать.
– Ты меня будешь ждать?
Вместо ответа она пересела ко мне на колени и прижалась. Я чмокнул её в макушку. Тогда в кроватку, завтра мне надо пораньше встать.
Утром позавтракали.
– Рита, я уеду на Пробое. Машина останется здесь, вот деньги на всякий случай. Я планирую вернуться через несколько дней. Отдыхай пока. Если что-то случится, можешь взять мою машину.
Посмотрев на Риту, удивился что её глаза на мокром месте.
– Вить, ты будто надолго прощаешься. И почему на лошади ты уезжаешь? Ты мне ничего не хочешь сказать?
– Так, моя женщина, перестань разводить сырость.
Что бы не терять время вывел коня и вскочил в седло. Нагнувшись, поцеловал в губы и дал посыл – вперёд. Через полчаса я уже был дома.
Однако меня не встречают, только собаки выметнулись навстречу.
– Ой, Витя вернулся, это Аза закричала. От реки подошли мужики.
Поздоровавшись, Степаныч начал торопливо говорить:
– Витька, тут Уго пропал. Ушёл вчера на охоту после обеда и пропал. С ним был Цезарь.
Ёшкин кот, вот где не ожидал проблем.
– Думаешь, ушёл.
Вряд ли, нет. Думаю, что-то случилось. Хотели взять Норда, поискать их. Так он же кроме тебя никого не слушает. Вот, мы сейчас лодку готовим, пройти вниз по реке.
– Ясно, только какой смысл, надо найти их следы в лесу.
– Значить так, Никандр, вооружайтесь, одевайте брони. Идёте втроём в лодке. Я собаками лесом. В какую сторону он пошёл? Туда, ладно разберёмся. Так, Валя еды на несколько дней в лодку. Сами сидите в доме и вооружись карабином. Если что, валите всех.
– Степаныч, бери мой карабин. Запас патронов, захвати мою броньку и рогатину. Я с автоматом налегке по следам.
Так, только спокойно. Я достал из ящика один из автоматов. Торопливо раскидал, протёр тряпкой снимая солидол. Снарядил два магазина, пару сотен патрон в рюкзак. ПММ под мышку, нож всё готов.
Значит мужики, я собаками по следам. Вы идите вниз по течению потихоньку, ждите от меня вестей. Всё ходу.
Так бойцы по коням, одевать собакам защиту некогда. Кивнул Никандру, что бы отнёс в лодку. Забежав в соседний дом, увидел зарёванную Яну с Дилей.
– Так, Яна дай одежду Уго не стиранную, ну чтобы его запах остался.
Дав понюхать Норду, я подождал пока он переварит вводную:
– Норд, ищи, ищи.
Покрутившись на пятачке, собака уверенно побежала к лесу. Хорошо сухо, но прошло уже 16 часов. Норд уверенно вёл по следу, мы с Зевсом рядом. Автомат хлопал по спине, пришлось остановиться и отрегулировать ремень. Так бежали больше часа, периодически выходили к реке, и я кричал Никандру и показывал рукой направление.
Наконец Норд заскулил и остановился. Передо мной лежал труп собаки. Две стрелы попали Цезарю в бок и грудь. На морде кровавая мешанина, добивали дубиной. Следы борьбы, еще сломанная стрела, уже моя, которая была у Уго. Крови больше не вижу.
Взяв Норда за ошейник, притянул к себе:
– Ищи, дорогой, ищи. – Следы привели к реке. На берегу следы от тяжёлой лодки и отпечатки обуви нескольких человек в грязи. Через пять минут подошла лодка.
– Так, Никандр, собаку убили. Уго забрали с собой. Куда они могут пойти?
– Только вниз по течению.
– Они нас опережают на 15 часов. До заката у них было часа 4. И сегодня с утра 3. Итого 7 часов. Мы сейчас вышли в Пижму. Здесь по прямой 85 км. Можем перехватить, если повезёт и они не свернут в боковую протоку. После собак я запрыгнул в лодку и оттолкнулся. Расправив парус, мы пошли в низ. Ещё двое помогали на вёслах.