Улыбка бога
Шрифт:
– Нет. Не знаю, где он, и знать не хочу.
Распрощавшись с женщинами и пожелав им приятно провести время, Лямзин ушел.
Из разговора выходило, что мужа Натальи Ивановой в Москве нет и с женой он не живет. Но, чтобы подстраховаться и проверить ее слова, Эдуард поднялся на пятый этаж к квартире сто двадцать восемь и позвонил в дверной звонок. В ответ заливисто зашлась лаем собачонка. Соседняя дверь тут же приоткрылась, и рыженькая конопатая женщина с прической типа «заросший пудель» стрельнула глазками и сообщила:
– А она внизу, в сто восьмой сидит. Вы на третий
– А что муж ее, давно не объявлялся?
– Муж? – У рыжей маленькие поросячьи глазки моментально стали вполлица. – А у нее и муж есть?!!
– Ой, простите, я, наверное, ошибся, – мысленно посмеиваясь, «доверительно» сказал Лямзин. – Это же квартира Львовых, Людмила Сергеевна здесь живет? У нее еще муж и пятеро детей.
Блеск в зеленых глазках моментально потух, рыжая постно скривилась:
– Не-а. Даже не слышала про такую. Здесь Наташка Иванова проживает, в одиночестве. Вон, собака, да она, вся ее семья.
Несколько соседей, к которым он под тем же предлогом обратился, подтвердили: Иванова живет одна. Итак, пусть и с отрицательным результатом, но просьбу Кирилла он выполнил.
В кабинете на Петровке Лямзин разложил листы со списком всех телефонных звонков Ильи Захарова за месяц до его гибели и принялся их изучать. Отметив несколько наиболее часто повторяющихся, он поднял базу данных и узнал, кому принадлежат номера. Самый последний звонок Ильи перед гибелью был Оксане Козловой, секретарю. Предыдущий – оператору в банке, Алле Крюковой. Перед ним входящий – звонила секретарь, Оксана.
Лямзин решил начать с нее, по логике вещей ему показалось наиболее простым и вероятным сразу найти ее. Телефон фирмы Александры Эдуард знал наизусть, так что бодро набрал его и тут же услышал ответ Зины.
Девушка на том конце провода немало удивилась, когда голос Эдика Лямзина – а она конечно же узнала его! – попросил не Александру Ильиничну к телефону, а Оксану Козлову.
– А кто это? – от растерянности спросила она.
– Секретарь вашей фирмы. Думаю, предыдущий.
– Ах, да, – спохватилась она, – Оксана работала до меня, это точно. Но я ее не застала, потому узнать не успела. Извините, не сообразила сразу, что вы спрашиваете о ней.
– А как можно ее найти? Мне очень нужно.
– Ну-у-у, – Зина замялась, подбирая слова, – боюсь, это будет сложно.
– Ничего, мы трудностей не боимся. Диктуйте номер.
– Понимаете, Эдуард Петрович, – вздохнув, сказала Зина, – я пришла на место Оксаны, потому что она умерла. Погибла, попав под поезд.
– Когда?
– Еще полтора года назад. Там такая ужасная история... Оксана торопилась домой к больному ребенку, отпросилась пораньше с работы. Увидела свою электричку и побежала через пути. Хотела к приходу врача успеть, боялась опоздать. А с другой стороны – тоже поезд... В общем, хоронили ее в закрытом гробу.
После столь неудачно закончившихся поисков секретаря, энтузиазм Лямзина немного поугас. У него была такая примета: если сразу
«Впрочем, так, чтоб все время везло, не бывает. Должны же существовать и проколы», – думал он.
Алла Крюкова, оператор, звонившая Илье Захарову в день гибели, разумеется, в банке уже не работала.
– Кто бы сомневался, – буркнул Эдик, кладя трубку. – Раз уж с начала не задалось, то теперь быстрого результата не будет.
Однако удача все-таки улыбнулась ему, и вскоре удалось выяснить домашний адрес Аллы. Оказалась она жительницей подмосковного Чехова, и Лямзин, не раздумывая, поехал туда.
По дороге заскочил к Александре.
– Не хочешь со мной прокатиться? – предложил он.
– Ой, – она растерянно оглянулась на приготовленный пакет с продуктами и плюшевую игрушку, – а я к Насте с Лизой собралась...
– К Насте, значит, – он задумчиво посмотрел на часы. – В принципе, нас никто не торопит, даже лучше, если во второй половине дня приедем. Ну что, рискнем?
– А, давай, – она засмеялась.
Настя выскочила навстречу им, порхая от счастья.
– Все нормально! Сделали бронхоскопию, вытащили эту циркульную штучку, так что обошлось без операции. Лиза сейчас спит, еще не отошла от наркоза.
– Насть, ты героиня, столько вытерпела, – Александра обняла ее и прижала к себе.
– Да что там я,? отмахнулась Настя. – Тут детки лежат с такими проблемами! У нашего соседа по палате пуговицу вытащили, у второго – колпачок от ручки. Маленький такой, который скручивается. Но самое ужасное, что они с этим оба полгода жили! Я просто в шоке. И мамы забеспокоились, только когда от кашля детей вылечить не смогли. Ребенок кашляет и кашляет, уже все что можно перепробовали, а толку нет. И выяснилось, что там ужас просто. Ну ничего, вытащили, гной вычистили, теперь поправляются.
– Я бы точно от ужаса померла. Поцелуй от меня Лизу, как проснется, и передавай ей большой-большой привет! Пусть никогда ничего в рот не засовывает.
– Хорошо, передам. Спасибо за игрушку, Лизка будет довольна.
– Когда вас обещают выписать? – спросил Лямзин.
– Вроде бы завтра. Я очень надеюсь на это, тут все-таки тоскливо.
– Ты обязательно позвони, если выпишут. Договорились, Настя? Я приеду и тебя с Лизой заберу, – сказала Александра.
– Ой, да мы сами! – Настя смущенно улыбнулась и махнула рукой.
– Только попробуй! Я обижусь и вообще больше никогда к тебе не приду. Слышишь?
Настя засмеялась:
– Хорошо, мой капитан. Слушаюсь! – Она, дурачась, козырнула.
– Вот то-то же. – Александра опять поцеловала ее и они с Лямзиным ушли.
Аллой Крюковой оказалась миловидная симпатичная шатенка с аккуратно подстриженными прямыми волосами. Она пригласила Александру с Лямзиным в дом и, поставив на печку чайник, села за стол.
– Нам сказали, что вы уже не работаете в банке, да и в Москве не проживаете, – начал Лямзин, – иначе бы мы не стали набиваться в гости.