Уля
Шрифт:
Уточнив по поводу хищника Уля узнала, что кастрировать его Норд не стал, но ветеринару отволок, глистов вывел, блох тоже, новый шикарный ошейник купил, как впрочем и специальный корм для восстановления организма. Возраст зверя угадывался в три — четыре года, но из-за чуда природы точно понять спец не смог. Полу уличный, полу домашний с Зайрой тот поладил сразу, Норда как кормильца признал, а участок считал своей территорией задолго до появления людишек.
Уля уезжала понимая, что благодаря жильцу и его энергии это место изменилось. Пропала сильная и мощная тень брата, да память осталась, но
На этой же волне девушка решилась на наведение порядка в последнем месте. Месте куда когда-то не могла войти, в гараже брата.
11
Зима прошла под эгидой наведения порядка в гараже при доме, куда Норд решил не соваться, точнее вяло текущих попыток там разобраться. Уля время от времени приезжала туда и разбирала «личный уголок» брата. Старые тетради с расчетами, мелкие деньги в разных местах памятные сувениры вроде подарков с моря и… маминой янтарной подвески, которую он носил на брелке на удачу. В тот день ее с ним не оказалось. Глупость, но…
Уля тут же забрала ее себе.
Еще одной сомнительной радостью оказался самогон в бутылях из-под воды и двух бочках. Бочки Уля честно оставила, а бутыли предложила забрать желающим. Настоянный пять лет напиток вызвал определенный интерес и некоторое опасение, но первая же дегустация напитка в гараже из одноразовых стаканчиков дала высокую оценку качества. А потом волей- неволей вызвала правильный ассоциативный ряд — вспомним молодость и питье сомнительных жидкостей среди разного хлама…
Большая часть добра оказалась именно хламом, с некоторой помощью Норда началось сожжение мусора, сдача металлолома разной ценности и выброс на помойку всего остального. Последней категории оказалось чрезвычайно много. Уля как приличная выносила это на свежий воздух, а Норд понемногу подбрасывал в мусорки. Часть старой мебели, невесть зачем привезенной сюда, пришлось пилить, рубить и колоть.
Ценного не нашлось ничего, зато времени на перебор и освобождение немаленького пространства потратилось масса.
Уже зимой, в середине декабря переворачивая эту страницу, девушка поехала на кладбище, попрощаться. Она, наконец, должна отпустить брата в свободное посмертие и не цепляться за него, как за якорь. Да, больно, нечестно и несправедливо, но так случилось, Колька умер. Умер, так же как и жил. А ей пора начинать свою жизнь…
Как-то так вышло, что суета с домом, с гаражом и привычная безопасная гавань собственного дома позволила отвлечься от бега в колесе и задуматься. Над жизнью, временем, будущем, не сложившимися мечтами и нереализованными планами.
Норд, своим появлением и привычной для него суетой, показал чего именно она лишилась. Не только воспоминаний о замечательном, самом лучшем и любимом брате, но и массе злых слов, неприятным моментов и круге общения, типичном для таких людей. То от чего в юности хотелось выть в голос. Теперь просто избежать подобного любой ценой и формой.
Бедняга мог спать спокойно, Уля не собиралась покушаться на его одиночество и кошелек. Такой радости ей хватило за предыдущие десять лет жизни…
Странное дело, но времени съездить в гараж никогда не хватало, вот почему-то
Хотя оплата за передержку компенсировала все и даже большее. Поэтому не покривив душей девушка предложила обращаться по мере необходимости. Галина, покивав согласилась…
Очередной рабочий день, все как обычно с поправкой на работы в доме и головную боль с бывшей мастерской Кольки. Появился покупатель, это плюс, но цену, предложенную за строения вместе с барахлом очень невысокая. Точнее сами гаражи она может и оправдывает, но стоимость автохлама точно нет. А кроме него там имелась тьма инструмента, куча материалов для ремонта и даже еще какая-то мебель, надежно упакованная в сто слоев пленки и поднятая на второй этаж, поэтому пропущенная в прошлый раз. С этим надо было разобраться и что-то решить, поэтому Уля поставила себя в план на неделю заняться активно и с усилием.
Лера озадаченная долгим отсутствием после обеда, точнее после очередного привоза товара, удивилась просьбе поработать, но, услышав причину, поддержала такое начинание и даже заверила в готовности оставаться до пяти до прихода Скрепки. Уля, собрав все ключи поехала изучать территорию, заодно созвонившись с Лехой и Никиткой, теми друзьями брата, кто занимался автотехникой до сих пор и мог поучаствовать. Оба обещали на днях подъехать и посмотреть еще раз. Встреченный на дороге в гаражах дядя Вани тут же подтолкнул к нужному выводу.
— Добрый день.
— Добрый Улечка, добрый. Снова дорогу срезаешь?
— Нет, решила в гаражах разобраться, покупатель вроде как появился.
— И к тебе ироды приходили? Они тут многих нашли, — начал вдруг ругаться тихий алкоголик.
Спустя пять минут местный алкаш поделился подслушанным или придуманным знанием о выкупе гаражей и сараюшек для строительства новых домов. Недалеко от центра. Почти сухая низина, речки давно отвели, а ручьи пересохли. Эта часть обособлена и сделать так можно. Гаражи здесь старые и не слишком удобные, выкупить реально. Как все это дело пропустит экология вопрос иной.
Уля добралась до мастерской и задумалась, с этого угла ее строения первые, поэтому и мастерскую тут сделали. Если она не продаст дальше будет более чем сложно. Вывод? Цену надо ставить более чем существенную. А пока можно позвать дядю Ваню и предложить подработать, разбирая завалы.
Несколько боксов, склад, жилые комнаты на втором этаже и отдельный гараж, забитый всякой всячиной.
Дядя Вани, как ни удивительно, сам организовался, Уля без проблем разрешила сдать ему макулатуру и бутылки. Металлолом она вывезет лично, заодно избавится от номеров, пока вспомнила.