Ультиматум Борна
Шрифт:
– Ты предлагаешь… контракт? На Симона – на Вебба?
– Нет, – ответил мафиози, медленно качая головой, – на персону по имени Джейсон Борн. Лучше убить того, кто уже мертв, правда?.. А так как мы только что сохранили для тебя полтора «лимона», цена контракта составит пять.
– Пять миллионов?
– Стоимость устранения проблем среди больших рыб высока. А опасных рыб – еще выше. Пять миллионов, Альби, половина, как всегда, задатком в течение двадцати четырех часов.
– Это
– Тогда откажись. Но когда придешь снова, цена будет уже семь пятьдесят; а придешь еще раз – в два раза больше. Пятнадцать миллионов.
– А какие гарантии того, что вы его хотя бы найдете? Ты слышал, что сказал Де Соле? Он проходит под грифом «четыре нуля», а это означает, что он недоступен, находится в надежном укрытии.
– Ну так мы его откопаем и спрячем сами.
– Каким образом? Два с половиной миллиона – за одни только обещания это немало. Как?
Снова ухмыльнувшись, мафиози залез в карман и вытащил маленький блокнот, который ему вернул Де Соле.
– Близкие друзья – лучший источник информации, Альби. Спроси тех негодяев, которые царапают колонки светских сплетен. У меня есть два адреса.
– Да ты к ним на километр не подберешься.
– Эй, перестань. Думаешь, тут перед тобой старые чикагские братки? Сумасшедший Пес Капоне или Нитти-Трясущиеся-Пальцы? Сегодня на нас работают профессионалы. Гении. Ученые, молодые талантливые электронщики, доктора. К тому моменту, когда мы закончим с привидением и вонючкой, они даже не поймут, что произошло. А мы узнаем, где Джейсон Борн, которого как бы и не существует, ведь официально он мертв.
Альберт Армбрустер кивнул и молча отвернулся к окну.
– Мы закроемся на шесть месяцев, сменим название, потом начнем новую рекламную кампанию в журналах, перед тем как открыться вновь, – сказал Сен-Жак, стоя у окна, пока доктор колдовал над его зятем.
– Все уехали? – спросил сидящий в халате на кресле Борн и вздрогнул – канадец затянул последний шов на его шее.
– Как бы не так. Остались все семь чокнутых канадских парочек плюс мой старинный приятель, который в данный момент тычет тебе в глотку иглой. Нет, ты представляешь, они хотели организовать отряд, чтобы отыскать этих сволочей.
– Это была идея Скотти, – мягко уточнил доктор, сосредоточиваясь на ране. – Я не в счет. Я слишком стар.
– Он тоже, только не знает об этом. Потом он решил объявить о награде в сто тысяч за любую информацию, которая помогла бы, ну и так далее! В конце концов мне удалось его убедить, что чем меньше будет рассказано, тем лучше.
– Лучше всего, если вообще никто ничего не будет рассказывать, – добавил Джейсон выразительно.
– Это немного трудновато, Дэвид, – отозвался Сен-Жак, не понимая, почему Борн так красноречиво на него смотрит. – Извини, но это так. На все вопросы местных мы отвечаем неправдоподобной историей
– Ты сказал про вопросы местных… а что там с внешним миром? Оттуда что-нибудь поступало?
– Еще поступит, но не будет связано с Транквилити. Скорее, с Монтсеррата, и новость займет колонку в лондонской «Таймс» и, возможно, дюйм-другой в газетах Нью-Йорка и Вашингтона, но не думаю, что это как-то коснется нас.
– Кончай темнить.
– Поговорим об этом позже.
– Говори, что хочешь, Джон, – вмешался доктор. – Я почти закончил, так что все равно почти не слушаю, а даже если и услышу, у меня есть на это полное право.
– Расскажу вкратце, – произнес Сен-Жак и обошел кресло справа. – Ты был прав насчет королевского губернатора, во всяком случае, я так полагаю.
– Почему?
– Известие пришло, пока ты был занят. Обнаружили яхту К.Г. – она разбилась о самые опасные рифы недалеко от Антигуа, на полпути к Барбуда. Никто не спасся. В Плимуте полагают, что это был один из тех грозовых шквалов, которые иногда налетают с юга, но в это верится с трудом. Вернее, шквал вполне мог налететь, но это еще не все.
– То есть?
– С ним не было еще двоих членов команды, с которыми он обычно выходил в море. Губернатор отпустил их еще в яхт-клубе, заявив, что хочет поплавать на яхте один, хотя Генри он сказал, что собирается в море за большой рыбой…
– А это значит, что ему обязательно понадобилась бы команда, – перебил канадский доктор. – Ой, простите.
– Да, именно так, – согласился владелец «Транквилити Инн». – Невозможно одновременно ловить крупную рыбу и управлять яхтой – во всяком случае, это задача не для К.Г. Он от карты-то всегда боялся глаза отвести.
– Но он разбирался в них, не так ли? – спросил Борн. – Он понимал морские карты?
– Ну, конечно, он не был таким навигатором, как капитан Блад, плававший в Тихом океане по звездам, но вполне мог избежать неприятностей.
– Ему велели выйти в море одному, – произнес Борн. – Приказали встретиться с другим судном в таком месте, где ему действительно пришлось не отводить глаз от карты.
Тут до Джейсона неожиданно дошло, что проворные пальцы доктора больше не касаются его шеи; вместо этого на шее появилась повязка, а доктор стоял рядом и поглядывал вниз.
– И как у нас дела? – поинтересовался Борн, взглянув вверх, и скривил рот в подобие благодарной улыбки.
– Мы закончили, – ответил канадец.
– Что ж… тогда, полагаю, нам лучше встретиться попозже и чего-нибудь выпить, что скажете?
– Как можно, вы же как раз добрались до самого интересного места.
– Это неинтересно, доктор, совсем неинтересно, и я буду очень неблагодарным пациентом – а я им не являюсь, – если невольно позволю вам услышать вещи, которые будут вам неприятны.