Улица разбитых грёз
Шрифт:
Женя и Аня, как и другие дети, взращённые в Доме, большую часть времени были предоставлены сами себе. И если Женя, общительный от природы, стойко выдерживал невнимание матери и тянулся к своим сверстникам, то Аня, замкнутая и робкая, старалась держаться подальше от дворовых потех. Соседские детишки, численность которых превышала три десятка, пугали её. Аня отличалась от них всем – и внешностью, и характером, и поведением. Но самым главным отличием между ней и уличными ребятами было понимание правильного и неправильного. Нежная и восприимчивая Аня откуда-то знала, как поступать можно и как – нельзя. В её маленькой умной головке,
Женя, в отличие от сестры, подобными рассуждениями не заморачивался. Он преспокойно жил своей подростковой жизнью и, как водится в его возрасте, нарушал установленные правила (разумеется, тайком от матери). Женя лазил по деревьям, прыгал по гаражам, воровал яблоки и вишню из ближайшего сада. Он делал всё, чтобы доказать – он ничем не хуже других. А Аня, по обыкновению, пряталась за его спиной и исподтишка наблюдала за играми других ребят.
Вот и в этот раз, стоя в тени брата, девочка следила за играми ровесников. Несмотря на стойкое отчуждение и неприятие, она испытывала неотвратимое желание присоединиться к их играм. Она уже знала всех ребят по именам. Чернявый, смуглый мальчик со странным говором и жестокими хитрыми глазами – Амин. Айше, его сестра – бледнокожая, растрёпанная, с выступающим подбородком. Их старшая сестра Сафия – полноватая, черноволосая, выкрикивающая ругательства всем подряд. Высокая худая Арина в выцветшей футболке и коротких шортах – ровесница Ани. Маленькая темноволосая Лена – единственная, с кем Аня уже успела познакомиться и даже поиграть в камень-ножницы-бумагу.
– Долго она будет с нами торчать? – хмуро спросил один из дружков Жени, взирая на Аню сверху вниз. От него пахло потом и сигаретами, и девочке он никогда не нравился. – Прогони её нафиг.
– Да пусть стоит, – добродушно ответил другой. Он был неплохой, однажды даже поделился с Аней конфеткой Тик-Так. – Она нам не мешает.
У Жени был хмурый вид: он сначала задумался, не стоит ли врезать первому или хотя бы заткнуть его для порядка. Но затем он спросил:
– Ань, ты не хочешь поиграть с ребятами?
Аня усиленно покачала головой. Мысль о том, чтобы присоединиться к ним, и соблазняла, и пугала её. Ей уже было привычно играть в одиночестве: она прыгала на скакалке, забавлялась в Классики, собирала красивые листья для гербария или просто читала. А игры ребят Аня откровенно не понимала. Они то по очереди пинали мяч в стену и называли это «Козёл» («плохое слово, мама не разрешает его говорить»), то кидали в землю ножик и вскрикивали, когда он оказывался слишком близко к ногам.
– Пойдёмте за гаражи, – вдруг предложил один из друзей Жени. – У меня через час родаки с работы вернутся. Надо будет успеть проветриться.
Ребята с удивительным единодушием согласились. Мысль остаться здесь в одиночестве напугала Аню – она-то прекрасно знала, что брат не возьмёт её «за гаражи». Это было тайное место, предназначенное только для взрослых – таких, как он. К тому же, мама строго-настрого запрещала туда ходить (Женю, однако, это не останавливало).
– А что там,
Ребята переглянулись. Разумеется, эти взрослые лбы не собирались распространяться о своих тайных делах. Аня бы рассказала об услышанном маме, а та, в свою очередь, вполне могла донести и их предкам. Лишние проблемы ребятам были ни к чему.
– Мы там… читаем, – пояснил Женя. И тут же добавил: – Только маме не говори. Ясно?
Аня понимала, что маме как раз стоило бы об этом знать. Но, с другой стороны, не послушать брата она не могла. Ему наверняка достанется, если всё вскроется. Врать маме было неправильно, но вредить брату – ещё хуже. И потому девочка решила смолчать.
Ребята ушли, переговариваясь. Стоило им скрыться из виду, из кучки шумных ребят вышел один – Амин. Ане он сразу не понравился. Что-то в нём отталкивало её и пугало, но что – она пока не знала. Белозубая улыбка на смуглом коричневом лице походила на акулий оскал.
– Ты чего за нами следишь, а? – бросил он так громко, что все обернулись. – Иди отсюда! Не то мы тебя побьём!
Аня уставилась на него с прищуром. Её можно было назвать скромной, тихой и застенчивой, однако трусихой она никогда не была. Врождённое упрямство и чувство собственного достоинства не позволили ей испугаться.
– Никуда я не уйду, – заявила она воинственно. – Где хочу, там и стою! Сам иди отсюда!
Амин даже оторопел от подобной наглости. Он-то надеялся легко припугнуть эту робкую малявку. Он бы посмеялся, если бы она испугалась и убежала в дом сверкая пятками. А сейчас и друзья, и сёстры смеялись над ним самим. Глаза мальчишки засверкали гневом.
– Я тебе сейчас покажу! – свирепо вскинулся он и замахнулся.
– Амин! – крикнула Айше сквозь смех. – Ты совсем дурак? Видел, какой у неё брат большой? Старше тебя! Он же тебя побьёт!
Слова надоедливой сестры заставили его задуматься. Он был рад преподать урок этой малявке – для него она была бы «лёгкой добычей», только и всего (по крайней мере, он так думал). А вот с её старшим братцем связываться было бы глупо: Женька, конечно, добряк, но рука у него тяжёлая.
– Ладно, живи, – позволил Амин. И тем самым спас жизнь себе.
Ещё в тот день между Аней и Амином зародилась стойкая неприязнь. И с каждым днём она только крепла.
Разумеется, будучи ребёнком, она не могла бы дать логическое объяснение возникшему острому чувству. Она ещё только приспосабливалась к этому миру и училась в нём жить. Ребёнком Аня в основном руководствовалась чувствами и инстинктами. Она определяла для себя, кто хороший, а кто – плохой, тянулась к первым, а от вторых старалась держаться подальше.
– Ой, смотрите! – закричала белокурая Арина, тыкая пальцем в землю. – Какая огромная!
Айше, стоявшая ближе всех, громко вскрикнула.
– Ай! Она похожа на змею! Я видела такую же змею у реки!
Аня, заинтересованная, подобралась к столпившимся ребятам. Громко переговариваясь, они окружили красивую зелёную гусеницу длиной с детскую ладонь. Гусеница неторопливо жевала зелёный лист и нисколько не озаботилась таким вниманием.
– Вау! Я никогда не видела таких больших! – с видом эксперта сказала Лена.
– Смотрите, как она ест! Она и нас может сожрать! А-а-а! – с истерическим восторгом воскликнула Айше. Было непонятно, пугает это её или веселит.