Улица Райских Дев
Шрифт:
Ввели бледного человека в рваной одежде, сильно прихрамывающего. У Амиры замерло сердце. Возлюбленный ее любимой внучки!
Лицо Мансура было покрыто ссадинами, некоторые уже загноились. Когда он заговорил, она увидела, что у него выбиты два зуба.
– Саида Амира, – сказал он хриплым голосом, – благословение Божье да сопутствует вам. Ваш приход – большая честь для меня.
– Вы знаете меня? – спросила она.
– Да, я знаю вас, саида. Камилия говорила мне о вас. И она похожа на вас – такой же властный,
– Как ужасно они с вами обошлись!
– Простите меня, а как Камилия? Что вы знаете о ней? Освободят ее?
– Моя внучка – в тюрьме Эль-Канатир. Мы добиваемся ее освобождения.
– Как они с ней обращаются?
– Она пишет, что хорошо.
В голосе Якуба Мансура Амира услышала искреннее беспокойство за Камилию, его мягкие манеры и душевное спокойствие импонировали ей, в глазах этого человека, подвергшегося пыткам, светилась доброта. Она увидела воспаленный кружок на его запястье… наверное, прижигали зажженной сигаретой – Амира слышала о таких пытках. Вокруг багрового пятна виднелись следы татуировки.
– Ваша внучка – смелая и умная женщина, саида, – сказал Якуб Мансур. – Она хочет уничтожить несправедливость, царящую в мире. Она не могла молчать, хотя знала, что подвергает себя опасности. Я люблю вашу внучку, саида. Мы с Камилией хотим пожениться. Как только…
– Вы хотите предложить моей внучке жизнь, полную опасностей, постоянного страха, беспокойства? К тому же вы ведь – христианин, мистер Мансур, а моя внучка – мусульманка.
– Я знаю, что ваш сын женился на христианке.
– Да, это так.
Он поднял голову и посмотрел на нее грустными, близорукими глазами.
– Ваш Пророк Мухаммед, саида, говорит об Иисусе Христе в Коране. Он рассказывает о непорочном зачатии Девы Марии, Богоматери. Если вы верите своей Священной книге, Корану, то вы должна знать, что Мухаммед верил в пришествие Мессии – Христа.
Она помолчала, прислушиваясь к звукам, наполняющим тюрьму, – звон ключей, шаги, отдаленный крик. Потом Амира посмотрела в глаза Мансура и сказала:
– Вы правы, мистер Мансур.
Взволнованная Дахиба мерила шагами маленькую камеру– Камилия еще не вернулась.
За дверью раздался звон ключей, и вошла надзирательница, но не та, что повела в больницу Камилию, а другая.
– Что с моей племянницей? – нетерпеливо воскликнула Дахиба.
– Собирайте вещи, – флегматично ответила женщина в форменной одежде.
– Куда меня переводят?
– Никуда не переводят. Вас освобождают.
– Как? Я арестована по приказу президента Саадата! Женщина воззрилась на нее удивленно.
– Да вы ничего не знаете! Президент Саадат убит пять дней назад. Вас освобождают по приказу президента Мубарака. Он объявил амнистию всем политическим заключенным.
Дахиба
– Тебя отпустили из больницы? Слава Аллаху. Что сказал доктор?
Камилия уставилась на узел в руках Дахибы.
– Зачем это, тетя?
– Нас выпускают! Идем скорее, а то еще окажется, что это ошибка!
Вся семья ждала у ворот тюрьмы. Апофеоз трехнедельного ежедневного ожидания разрешился восторженными криками, слезами и объятиями.
– Хаким! – вскричала Дахиба с радостными слезами на глазах.
Амира обняла Камилию, шепча: «Хвала милосердному Аллаху». Потом к матери кинулась Зейнаб, но Дахиба остановила ее:
– Постой! Не подходи пока к маме! Она больна, ее сначала надо показать доктору!
– Нет, я здорова! – восторженно воскликнула Камилия. – Я беременна! Умма, врачи ошиблись – у меня будет ребенок!
Толпа женщин оцепенела, все глаза устремились на Амиру. Она подошла к Камилии, обняла ее и прошептала:
– Да будет воля Бога, внучка моего сердца! Он каждому назначает судьбу, да будет так!
– Умма, ты знаешь, Якуб Мансур…
К тюрьме подъехала машина Ибрахима, и вслед за ним из машины вышел похудевший, с отросшей бородой Якуб Мансур, и Камилия кинулась к нему, смеясь и плача:
– Ты здесь! Какое счастье!
– Если бы твой отец не вызволил меня из тюрьмы, я бы погиб…
– Мы поженимся, умма! Мы поженимся! – закричала Камилия.
Все начали поздравлять ее и Мансура, а Амира, снова нежно обняв Камилию, думала о второй своей внучке Ясмине и желала ей тоже обрести счастье и любовь.
ЧАСТЬ СЕДЬМАЯ
1988
ГЛАВА 1
Новенькая «тойота лендкрузер» лихо катила по пыльной улице, тянущейся вдоль канала, распугивая коз и кур и поднимая облако красной пыли. Женщины, отполоскавшие белье, с мокрыми узлами на головах оборачивались на знакомую машину с блестящей дощечкой организации Тревертонского фонда на дверце. «Да он может разбить машину доктора», – думали они, глядя на беспечную улыбку ливийца Насра, сидевшего за рулем «тойоты».
Доктор Деклин Коннор, принимавший больных на веранде небольшого помещения клиники, услышав шум подъезжавшей машины, поднял голову – он как раз кончил бинтовать ногу больного. «Тойота», взревев, остановилась около них, и осыпанный пылью из-под ее колес феллах воскликнул:
– Бог велик! Этот парень, видно, торопится попасть в рай! Отчаянный у вас помощник, уважаемый доктор!
– Самолет сейчас прибудет, саид! – прокричал из машины Наср. Черное, потное лицо его блестело на солнце.
– Тогда давай скорее на взлетную полосу, Наср! Чтобы никто не притронулся к грузу!