Улей 2
Шрифт:
В их классе, да и во всей школе, Макс действительно был изгоем. Из-за того, что ходил в обносках и имел специфическую внешность, которую к какой только национальности не причисляли. Даже учителя, невзирая на выбивающуюся из средней массы сообразительность парня, относились к нему весьма предвзято. Халюков едва окончил девять классов. Нижайшие баллы ему типа «подарили», об этом во всеуслышание не припомнила разве только техничка.
Титов пожимает плечами.
— Не
— Нет, Тит. Не пытайся сейчас сделать вид, что тупо игнорировал меня. Мы оба помним, как ты разрешал мне оставаться ночевать на Балковской, когда предки особо зверствовали. Ты отдавал свои вещи, когда у меня, бл*дь, не было куртки или теплых штанов, — глаза парня наполняются жгучей влагой. Он и сам не ожидал, что разворошит то, что до сих пор причиняет боль. — Давал мне деньги на еду, когда я ходил голодный…
— Короче, Халюк, — резко и чрезвычайно грубо, обрывает его Адам. — Чего тебе надо, а?
— Просто, для ясности, я должен знать. Почему ты это делаешь?
— Я что, мало тебе плачу? Хочешь больше? Так скажи, сколько?
Хочет обидеть. Вот только у Мексиканца за годы знакомства против этого выработан стойкий иммунитет.
— Просто скажи мне, и мы больше никогда не вернемся к этому.
Заканчивая предложение, замечает в глазах Титова помимо злости то, чего не видел никогда там прежде. Растерянность, сомнения и… уязвимость.
— Из-за Евы.
— Спасибо, Тит, — поспешно благодарит, чувствуя признательность за выказанное доверие.
Титов уводит взгляд в сторону. На самом деле, он так и не научился доверять людям. Из всей цепочки — кто-то обязательно продастся, стоит только надавить на нужные точки. Но Адаму плевать. Он не исключает потерь, он к ним готовится. В затеянной им войне его главная цель: дойти до конца плана. Потому и действует так стремительно и беспардонно. А дальше, как Бог даст.
До конца установки последнего драйвера остается меньше пятнадцати секунд, когда система выдает ошибку.
— Сука… — выдыхает едва слышно Титов.
— Что там? — отзывается из стереонаушников Мексиканец.
— Выбило. Отказано в доступе.
— Создай «зеркало». Помнишь, как?
— Уже, — растягивает слово. — Создаю.
Долгие секунды эфир занимают лишь звуки быстрого клацанья клавиш.
— Готово.
— Теперь запусти систему, чтобы она начала дублировать туда все имеющиеся файлы. И не забудь установить обновление, как минимум — раз в двадцать четыре часа.
— Нужно время на копирование. Сука, шестнадцать минут пишет.
— Тит,
— «Снимешь» повторно внешнюю камеру. Я успею.
— Них*ра, Тит! Зачем так рисковать? Оставь все, как есть. Если сбоя не случится, загрузка закончится и без тебя. Остальное я смогу подправить из дому. Даже висящие окна закрыть и удалить историю операций. Чтобы этот гнилой майор нос свой не всунул. Он же думает, тебе какая-то конкретная информация нужна, а не вся система.
— А если загрузка оборвется?
— Нет времени, Тит. Выходи. Если что — завтра…
— Завтра будет поздно. Нужно сегодня.
Взгляд Титова цепляется за висящую на плечиках у высокого светлого шкафчика парадную полицейскую форму, и в голове моментально зреет идея.
— Тит, твою мать, выходи!
Связь прерывается, когда Адам отключает свой микрофон. Снимает с лица маску, оставаясь лишь в тени капюшона. Как ни странно, не испытывает никакого чрезвычайного волнения, учитывая предстоящий риск. Сердце в груди стучит так тихо и равномерно, словно отрегулированный механизм.
Дожидаясь загрузки драйверов, проверяет работоспособность файлов. Устанавливает режим обновления. Запускает кодированный протокол. Чистит историю операций. Выключая ноутбук, закрывает крышку. И только после этого встает с кресла. На ходу стягивает куртку, тонкий свитер и джинсы. Упаковав снятую одежду в найденный под столом кожаный портфель, подходит к «майорским погонам». Надевает темно-синие брюки и голубую рубашку. Неторопливо завязывает галстук, контролируя процесс в слабом отражении зеркала. Стягивает широкие плечи тесноватым кителем. Медлит, прежде чем водрузить на голову фуражку, всматриваясь в свое бесчувственное лицо.
В душе все так же напрочь отсутствуют переживания. В голове шибко тихо, все мысли разбрелись по углам и притаились до востребования.
«Добро пожаловать в джунгли».
Надвигает козырек, оставляя холодный взгляд открытым и, подхватив портфель, выходит в коридор. Спускается на первый этаж. Пересекает полосу света у стола дежурного на проходной.
— Засиделись… — подрывается тот на ноги.
Сонно моргая, пытается инициировать личность Титова.
— Дел много накопилось. Конец года, все-таки… «Глухари» разгребаем.
— Правильно, — все еще растерянно поддерживает короткую беседу полицейский.
— Ну, что ж, как говорится, неспокойного дежурства.
— Спасибо… И доброй ночи.
Титов надвигает козырек перед тем, как открыть дверь и спуститься вниз по небольшой лестнице.
Проходит ворота, когда за спиной раздается громкий окрик.
— Эй… Стой!
Поздно. Темная фигура скрывается в салоне подъехавшего автомобиля.
Глава 29
— Почему я из прессы узнаю, что мы покупаем Припортовый? — ступив в кухню, Терентий Дмитриевич взбудораженно смотрит на снующего у плиты сына.