Укушенная

Жугинская Инна

— Нет.

— Да, — протянула Софи. — День полон неожиданностей.

— Почему? Подожди. Кто тебя пригласил на свидание?

Улыбнувшись, подружка мечтательно ответила:

— Крис Грант.

— Гонишь! — воскликнула я, улыбнувшись.

— Не-а, — покачала головой Софи.

— Стоп. Он же дружок Энди?

— Угу, — кивнула подружка, продолжая улыбаться как не нормальная.

— Ты что, реально с ним пойдешь?

Я немного удивилась тому, что так грубо спросила её об этом.

— Да, — твёрдо ответила Софи, и с подозрением спросила. — Неужто ты мне завидуешь?

Я закашлялась, поперхнувшись

собственной слюной. Да у меня в мыслях такого не было.

— Ты рехнулась? Какая зависть? Ты слышишь себя? — меня разозлили её слова. — Энди и его дружки — мои враги. О какой зависти ты мне говоришь?

— То, что парень пригласил меня на свидание.

От абсурдного заявления я готова была покатиться со смеху. Держась из последних сил, чтобы не расстроить ещё больше нашу с Софи дружбу. Хотя, должна согласится, пригласил бы её кто-то другой, не из футбольной команды, а, к примеру, из авиамодельного класса — восприняла бы не так бурно.

Софи должна понять, что они столько пакостей наделали мне. Как издевались, насмехались, пинали, бросали в меня бумагой и едой. Похоже, она вмиг позабыла, когда к ней заговорил футболист. Понимаю. Кому нужна подруга лузер с большой буквы Л?

— Ты дура, — выдохнула я, положив голову на подушку.

— Что ты сказала? — сердито переспросила Софи, подавшись ко мне.

— Ты дура, — повторилась я.

Поднявшись, Софи готова была вцепиться в меня за нанесённые ей оскорбления. Сев на край кровати, я посмотрела на неё снизу вверх, ожидая, что она предпримет.

— Отвечаешь за свои слова? — спросила она.

— И не подумаю их забрать обратно, — ответила, зная, что именно в этой ситуации права я.

Софи предавала меня, находясь рядом с этим Крисом Грантом — красавчиком-футболистом. Она поспешно отступила от меня, покачивая головой. Осмотрев с ног до головы, произнесла одну не очень хорошую речь:

— Мне тебе жаль Карли. Ты погрязла в себе, как в дерме, и не желаешь изменяться. Эгоистка!

Дверь за Софи громко захлопнулась. Ещё несколько минут я слышала по коридору её удаляющиеся шаги.

— Да, — всё, что смогла произнести в тот момент.

Я не собиралась извиняться. За что? То, что она всё видит в розовых очках. Я сняла их давно, навсегда позабыв, что такое быть беззаботным тинейджером. Я мечтала о красивых вещах: походам по магазинам, о классных друзьях. И что получила в результате?

Ненависть бабушки, насмешки учеников и постоянные издевательства. За что так меня ненавидели, я не знала. Это самое наихудшее из всего вместе взятого.

Теперь ещё и Софи. Единственный человек во всём мире, который, хоть немного, но понимавший меня, предал и отвернулся. Мне ничего не оставалось, как смериться. Но не могу же я хвостиком бегать и просить выслушать. Нет, я не такая. Пусть буду плохой, черствой и равнодушной, только верной себе.

Глава 2

«Интересная новость»

Ещё когда я шла по коридору в сторону аудитории, ощутила что-то странное. Все таращились на меня и шептались, посмеиваясь. Такое происходило всегда, но сейчас попахивало неприятностями. Точно что-то произошло,

и, как всегда, я оказывалась в центре событий.

Прижимая к себе книги, я, переведя дыхание, вошла в шумный класс. Как только моя нога переступила порог, воцарилась гробовая тишина. Десятки пар глаз уставились на меня, будто на кинозвезду, из-за чего я машинально пригладила рукой свои волосы до плеч. Провела по воротнику клетчатой рубашки и спустилась ниже к тёмно-синим джинсам. Я оглядела всех присутствующих: они неотрывно смотрели на меня, когда первой зашевелилась Ширли Бенсон — темноволосая подружка Энди Мартина. Она начала негромко напевать песню Мадонны о девственности. Спрыгнув со стола, она села на стул и отвернулась. Я глядела на неё, не понимаю, что же происходит.

— Привет, Карла! — ко мне обратился Энди, улыбаясь.

— Привет, — ответила, направляясь к своему месту.

Софи немного испуганно бросала в мою сторону косые взгляды. Я хотела спросить, в чём дело. Только не сделала это, помня вчерашнюю сору.

Все снова оживились и принялись за свои дела.

Оглядев своё место, я не понимала, откуда ждать подвоха. Положив книги на стол, я заметила лист бумаги, оторванный из записной книги. Наклонившись, я подняла его. Моё сердце бешено заколотилось. Я знала этот прямой почерк, и он — мой. Двойными красными полосками подчёркнута фраза: «Мне уже почти девятнадцать лет, и я понимаю, что девственность — это, как болезнь»

Всё вмиг поплыло перед глазами. Мне становилось плохо с каждой прочитанной строчкой. Строчкой из моего дневника. Как он оказался у них?

В тот момент я слабо соображала, чтобы найти виновника. Но он там был. Среди всех тех уродов. Сжав в руке листок, я, схватив свои книги, поспешно покинула класс, слыша в след громкий смех.

Меня всю трясло, как в лихорадке, когда я искала дневник. Кто мог так со мной поступить? О нём никто не знал. Даже Софи, а моей девственности и подавно.

Сев на кровать, я громко зарыдала и плевать, что могут услышать. Как теперь быть? Я не смогу и носа сунуть в аудиторию, боясь того, что ещё может всплыть на всеобщее смотрение. Там писалось не однократно, как я их ненавижу.

Мне конец!

Поднявшись на ноги, я заметалась по комнате, как загнанный зверь. Кто? Я знала, зачем они украли его, чтобы насолить. Только кто узнал и нашёл его? Софи! У неё имелись на то причины.

Нашла я подружку в кафетерии. Сидя в компании Марии, нашей общей соседки по комнате. Я раньше не замечала, что они могут так сблизиться в плане дружбы. Меня это удивило и подтвердило подозрения. Сначала — неожиданная новость о свидании с Крисом, теперь — общество Грейвуд.

Они так и не заметила, когда я подошла к ним ближе. Меня распирало от гнева и негодования. Плевала я, что на нас могут смотреть все те, кто находился в тот момент за соседними столиками.

— Я не думала, что ты такая же, как и они! — громко произнесла я, хлопнув Софи по плечу. Вздрогнув, она испуганно посмотрела на меня.

Мария резко поднявшись и прихватив поднос, сказала:

— Мне пора. Ещё увидимся Софи.

Под моим тяжёлым взглядом она поспешно отвалила. Как только она отошла, я села на её место напротив немного ошарашенной подруги.

— Как же я тебя ненавижу! — процедила я сквозь зубы, глядя подруге в глаза.

— Карла, я…

— Я тебе верила, а ты…