Укус
Шрифт:
Мы скоординировались в направлении фургона и пошли — Кэт прямо, я — спиной вперед, пятясь.
— Она легче, чем ты, — заметил я.
— Я такая толстуха.
— Ты аппетитная.
Она усмехнулась.
— А то.
— Я просто хотел сказать, ее нести легче, чем тебя.
— Ты уже задвигал Снегу шуточки про то, как кошмарно много я вешу.
— То не были шуточки. По ощущениям ты была тяжелее. Гораздо тяжелее, чем можно предположить, глядя на тебя.
—
— Наоборот, набрать бы немножко. Ты худовата.
— Секунду назад я у тебя была аппетитной.
— Ты такая и есть.
— Аппетитная, но ядовитая.
— Лучше не есть?
— Это шутка, Сэм.
— В каждой шутке…
— В дверь не врежься, умник.
Я посмотрел через плечо. Пассажирская дверь фургона была распахнута настежь, и я собирался вписаться в нее спиной. И вписался-таки — дверь захлопнулась. Открылся зато хороший вид на Снега Снеговича, стоящего за фургоном и косившего на нас лиловым подбитым глазом. Его руки все еще были связаны, веревка висела вяло до самого бампера.
Он ничего не сказал. Только таращился на нас.
С руками, связанными перед собой, мощный, голый до пояса, с развевающимися белыми волосами, в кровавых потеках, наш пленник напоминал викинга-берсерка.
С трудом верилось, что мы одолели этого громилу.
Он выглядел поверженным. Сломленным.
— Я лучше пойду первая, — сказала Кэт. — Или развернем ее?
— Нет, так нормально. Давай.
Я отошел, освобождая пространство для маневра Кэт. Она осторожно сдала назад и ткнула дверь локтем, раскрывая пошире. Запрыгнув на ступеньку, она задрала ноги Пегги следом — я отступил от фургона, чтобы чуть-чуть выпрямить тело девушки. Кэт пробралась за пассажирское кресло, и я вскоре поднялся следом за ней.
Сгибая, приподнимая и ворочая тело Пегги, мы в итоге смогли протащить его в проем между сидений, за раздернутые занавески в обжитой отсек фургона. Как Кэт и предполагала, внутри было жарко, как у черта в парилке.
Нутро фургона выглядело как спальня неряшливого ребенка. Две кровати — в полнейшем беспорядке. Постельное белье помято, одежда разбросана повсюду, в том числе и моя с Кэт — Снег, видимо, распотрошил наши сумки.
Мы опустили Пегги на одну из кроватей.
Кэт протиснулась мимо меня и поспешила наружу.
Я остался внутри и осмотрелся. Наши ледоруб и лопата лежали на полу между кроватями крест-накрест. Рядом — домкрат и молоток, там же, вкруг — и аптечка, и освежитель воздуха, и заправка для зажигалок; резиновые перчатки, влажные салфетки… почти все, что Снег забрал из машины Кэт.
Если не считать пары бутылок с водой, вся еда, взятая Пегги, пропала.
Я вышел наружу, в свет дня.
Снег Снегович все так же стоял позади фургона — поверженный викинг с отсутствующим взглядом.
Я отвернулся от него. Кот, впереди,
— Подержишь? — спросила она.
— Конечно.
— Машине моей, видимо, уже ничего не светит.
— Похоже на то.
Кэт передала мне бутылку, заглянула в салон и открыла перчаточное отделение. Оттуда она достала карты и какие-то бумаги — может, регистрационные.
— Вот и все, — сообщила она. — Можно, конечно, потом попробовать вызвать эвакуатор, но что-то я сомневаюсь, что он сюда проедет. Так что просто возьму все, что можно взять.
— И все то, что не хочешь потерять навеки, — заметил я. — Эти пустыни, как выяснилось — такие оживленные места. Когда мы отбудем, сюда могут набежать какие-нибудь мародерствующие чудики и уволочь твою машину для украшения своего сада камней.
— Думаешь?
— Почти уверен. Пустынные крысы обожают необычные украшения жилищ. Скелеты динозавров, остовы автомобилей, шахтерские динамитные шашки…
Мы пошли к фургону.
— Не возражаешь, если я поведу? — спросила Кэт.
— Нисколько. Снега так и оставим на привязи?
— Определенно. — Она повысила голос: — Ты же не будешь против, седина? Не возражаешь, если я буду рулить в этот раз?
Он не ответил. Стоял — и смотрел.
— Я постараюсь вести неспешно и безопасно, — заверила она его и полезла внутрь.
Я взобрался на пассажирское сиденье и захлопнул дверь. За моей спиной Кэт складывала в мешок спасенное из своей машины. Горловину мешка она закрутила, чтобы ничего не выпало при езде.
Пегги вытянулась без чувств на кровати. В тенях, царивших в фургоне, она выглядела просто спящей.
Кэт втиснулась между сидений и села за руль.
Ключ ждал ее, все еще в замке. Она повернула его. Мотор ожил, утробно чихнул и заработал, заставив весь фургон мелко дрожать.
Положив руку на рычаг передач, она улыбнулась мне.
— Что?
— Посмотри, что впереди.
Там, разумеется, была ее разбитая машина.
— Нам придется сдать назад, — объявила Кэт, выжимая обратный ход.
— Но там, сзади, Снег…
— Надеюсь, он быстро бегает.
46
Кэт нажала на педаль.
Фургон дернулся назад.
— А-ааааа!.. — завопил Снег Снегович.
Прислонившись к двери, я выглянул в окно и посмотрел назад.
Застигнутый врасплох, он даже не успел развернуться — и теперь бежал задом наперед, пока фургон надвигался на него.
— Стойте! Стойте! — кричал он.
— Что он делает? — спросила Кэт.
— Бежит спиной вперед.
— Прямо за нами?
— Ну практически.
— Жаль, мне не видно!