Укус скорпиона
Шрифт:
– А это что? – спросил он, кивая на экран.
Я подошел ближе и уточнил:
– Что именно?
– Эта штуковина.
– А-а, – протянул я. – Это фрезер. Агрегат для быстрого замораживания.
– Можете показать?
– Пожалуйста.
Я достал фрезер и, оглядевшись по сторонам, увидел початую бутылку «пепси» за стеклом его конторки.
– Можно ваш напиток?
– Зачем?
– Вы же наверняка потребуете, чтобы я продемонстрировал работу прибора.
Молодой человек недоверчиво поглядел на меня, но достал бутылку.
Я установил фрезер на минимальную мощность и направил
– Вот здорово, – пробормотал таможенник. – Это опытный образец?
«Нет, это я опытный», – подумал я, но вслух произнес:
– Что вы! В любом магазине бытовых приборов продается.
– Да? – удивился таможенник, ставя печать на бланке. – Что-то я раньше не обращал внимания на такую вещицу. Как вы говорите, она называется?
– Фрезер, – ответил я без тени смущения, уже давно поняв, что таможенник – не юзер, и компьютерными играми не интересуется, иначе так просто он бы меня не отпустил.
Опять повезло. Что ж, в жизни случаются и светлые полосы…
Я взял такси, назвал нужный адрес и, мурлыча веселенькую песенку, принялся разглядывать суетность лондонских улиц. Впрочем, это занятие мне вскоре прискучило и я, откинувшись на спинку сидения, задумался.
«Почему во мне такая радость от предвкушения встречи с Сюзан? Сердце так и поет, и хочется кричать на таксиста, потому что он ведет свою колымагу, как черепаший наездник, разве что не спит за рулем. Но и подгонять я его не хочу… Что, если Сюзи давно забыла про меня, я ведь ни разу не позвонил ей с тех пор, как мы с Бруно выбрались из той передряги. Как это было давно и… совсем недавно.
Хотя, конечно, я не виноват. Не имел я права звонить, потому что для нее это могло быть опасно. Думаю, на английских АТС отслеживаются звонки из Лэнгли, должны, по крайней мере, отслеживаться. Но я мог позвонить из Вашингтона, был же там пару раз. Но не позвонил…»
Вот и знакомый дом, возле которого арестовали Бруно, арка, откуда я вел огонь по группе захвата, подъезд, где живет Сюзан. Сердце замерло, когда я, перепрыгивая через две ступеньки, поднялся на четвертый этаж и нажал на кнопку звонка…
Прошла минута, потом еще две. Я вновь надавил на кнопку. Бесполезно. В этот час она, наверняка, на работе.
А потом внизу скрипнула входная дверь и тут же тишину подъезда разорвал женский крик. Сломя голову, я бросился вниз и увидел Сюзи, бледную и испуганную. Она стояла, прижавшись к стене, и расширенными от ужаса глазами смотрела на что-то, скрытое от меня лестницей.
– Сюзан! – крикнул я, преодолевая последние ступеньки, но тут же уловил краем глаза какое-то движение…
Под лестницей, шипя и щелкая клювом, сидела та самая шипастая тварь с десятком кожаных крыльев, которая напала на меня в туннеле. Нет, понятно, что не та самая, но такая же.
Сказать, что я был потрясен – это ничего не сказать. Каким образом эта уродина попала в реальность? Не могла же она сама, без всякого оборудования путешествовать между мирами. Это нонсенс. Чудес на свете не бывает – в этом я был твердо убежден. Впрочем, размышлять было некогда.
Я выхватил из сумки фрезер и выстрелил. Потом повернулся к Сюзи и пробормотал:
– Ну-ну,
Сюзан бросилась ко мне, обхватила руками, прижалась из всех сил.
– Ты… Ты, – шептали ее губы. – Вернулся! Я так ждала тебя…
– Ну, успокойся, милая, успокойся.
Я гладил ее волосы, а сам все думал о чудище, ледяной горкой застывшем у меня за спиной.
Неужели не только люди могут ходить в ВР, но и виртуальность способна просочиться в нашу жизнь? Нет, это бред, это невозможно просто физически. Значит, где-то есть открытый канал, который не контролируется? Стоп, что это я такое измыслил? Существует только два способа проникновения физических тел в виртал: с помощью шлема и «саркофага», оборудованного биоэнергетическим преобразователем. Или я не во всем осведомлен? А с чего это я решил, что знаю все? Как раз наоборот, я уже ни черта не знаю! Разве только то, что опять стал свидетелем чего-то невероятного, события, осмыслить которое до конца мне еще только предстоит…
Я обнял Сюзан свободной рукой, и мы начали подниматься по лестнице. Уже на третьем этаже я вспомнил, что забыл сделать нечто важное, попросил Сюзи подождать секундочку, сбежал вниз и каблуком разбил ужасную «статую».
Что б ей пусто было.
Когда я проснулся, уже смеркалось. Сюзан тихо посапывала рядом, устроив из моей руки подушку. Я осторожно высвободился и, обмотавшись простыней, прошлепал на кухню. Покурить. А заодно и подумать.
У меня не было никаких сомнений, что замороженная мною шипастая гадость была точной копией той, в туннеле. Да и на виртуальной «мусорной куче» я видел нечто подобное. Куда же выбрасывал меня компьютер оба раза? Может, это была вовсе не виртуальность? Но что тогда? Параллельный мир? Или нет, не так – виртуальный параллельный мир, созданный иной цивилизацией…
Я усмехнулся. Бред, конечно, полный. А ответ, хочешь – не хочешь, надо найти. Я подсознательно чувствовал, что от него зависит очень многое.
Вернувшись в комнату, я включил компьютер и забрался в сайт хакеров, чтобы найти там страничку новостей.
Так и есть – хакеры гудели об участившихся сбоях систем, о какой-то пакости, пробивающейся иногда в программы даже защищенные секретными кодами. В общем, взволнованы они были не на шутку. Там же я отыскал адрес их чата или, проще говоря, «комнаты для болтовни», которая была подсоединена в Internet Relay Chat, и теперь мог беседовать практически со всем миром при помощи программы-клиента, имеющей прямой выход на целую цепочку серверов.
Но сперва у меня затребовали E-mail адрес, реальное имя, прозвище и адрес. Над прозвищем я долго ломал себе голову, потому что в Интернет-чате могут находится одновременно до ста тысяч человек, но при этом нельзя, чтобы кличка повторялась, иначе сообщения будут приходить не на мой компьютер. Да и не только в этом было дело. Кличка становилась моим лицом здесь, и именно по ней в первый момент будут судить обо мне диалоггеры, так как ничего другого о моей личности знать не будут.
Я сидел возле компьютера, с зависшими над клавиатурой пальцами, минуты три, пока наконец не отпечатал: «Растерявшийся».