Укус пары
Шрифт:
Он ненавидел вырываться из ее жара, но знал, что так продолжаться не может. Он обнял ее за талию и медленно поменял их положение, пока не оказался сидящим в ванне, а она на нем. Он погладил ее живот, наслаждаясь тем, как быстро он смог увидеть признаки их будущего потомства.
Она повернулась боком, чтобы взглянуть на него.
— Мне жаль.
Он нахмурился, почувствовав исходящую от нее легкую грусть.
— За что?
— За то, что не доверяла тебе раньше. — Она склонила голову ему на грудь.
— Что заставило
— Касс. — Она встретилась с ним взглядом, взяла его руку, лежавшую у нее на животе, и поднесла к губам, целуя его пальцы. — Когда она сказала то, что сказала, я поняла, что уже доверяла тебе. Я не хотела этого признавать, но я это сделала. Я всегда знала, что ты не такой, как большинство мужчин. И это одна из причин, по которой я люблю тебя.
Его грудь расширилась от эмоций. Она любила его. Он видел это в ее глазах. Услышал это в ее голосе. И более того, почувствовал исходящую от нее сладость.
— Мне жаль, что тебе было больно от того, что ты видела в прошлом, любимая. Но я обещаю тебе вот что: я никогда не буду лгать тебе. Я никогда никого не поставлю выше тебя. И я всегда буду здесь, когда ты будешь нуждаться во мне.
— Мне жаль, что все получилось так, как получилось с Касс. — У него заныло в груди, когда ее улыбка померкла.
— Все в порядке. Она работала с этими людьми, чтобы навредить нашей семье. Она должна была понести ответственность за то, что сделала. Твой отец был гораздо добрее, чем я думала, что он будет с ней.
Его отец отослал Касс с предупреждением, что если она когда-нибудь вернется, ее посадят в тюрьму за то, что она сделала. Стражи порядка стаи Вульф отвезли ее домой и сообщили волкам «Золотого ручья», что за ней следует следить.
— Я клянусь, что дальше все будет только лучше, милая.
Ее улыбка чуть не прикончила его из-за больших слез, наполнивших ее глаза.
— Я знаю. Я тоже здесь ради тебя. Всегда. Я обещаю.
Она подняла голову, приблизив свои губы к его губам, чтобы подсластить сделку. Не то чтобы что-то могло заставить его отказаться от женщины, которую он любил. Или жизни, которую он хотел разделить с ней. Ничего.
Эпилог
— Что за черт? — Карла открыла дверь и обнаружила дорожку из лепестков роз, ведущую от входа в гостиную. Она с широко раскрытыми глазами смотрела на множество свечей, покрывавших каждую поверхность. Кто-то прочистил горло, и она дважды взглянула на диван прямо перед собой.
— Нейт?
Он ухмыльнулся. На нем были пижамные штаны и больше ничего. Она чуть не проглотила язык, наблюдая, как напряглись его мышцы, когда он встал, чтобы подойти к ней.
— Что, эм, что происходит? — Она подавила желание наброситься на него и стала ждать ответа. Ее гормоны внезапно взбесились, и она превратилась в нимфоманку. Не то чтобы он, казалось, возражал.
— Я
Он вытащил из кармана листок бумаги и протянул ей. Это была рекламная листовка для клиентов. Вверху было переименование бара Нейта с «Жаждущий Вульф» на «Нахальный Вульф». Под ним предлагалось фирменное блюдо под названием «Шоколадное соблазнение Карлы».
Она подняла глаза, чтобы встретиться с ним взглядом.
— Почему ты это сделал?
— Это больше не мой бар. Он наш. — Он обнял ее за талию, прижимая к себе.
— Что заставило тебя выбрать название «Нахальный Вульф»? — Она облизнула губы, ее сердце сильно колотилось в груди.
— Это одно из слов, которые приходят мне на ум, когда я думаю о тебе. Дерзкая, сексуальная и красивая. Ты все из вышеперечисленного. Кроме того, — он погладил ее по щеке, — «Жаждущий Вульф» был больше похож на меня. Я хотел, чтобы теперь это было больше о нас. И твое нахальство делает меня счастливым.
— Но почему ты добавила мой напиток? В этом не было необходимости.
Его глаза сияли любовью.
— Я хочу, чтобы все знали, что стряпня моей подруги — это наше фирменное блюдо.
У нее перехватило горло.
— Почему?
— Все просто. Я люблю тебя. Я хочу, чтобы ты была частью всего, что я делаю
— Спасибо звучит недостаточно громко за все эти прекрасные вещи, — пробормотала она и наклонилась, чтобы поцеловать его в губы. — Я люблю тебя.
Он встретил ее на полпути, коснувшись губами, и как раз в тот момент, когда она собиралась углубить поцелуй, он отстранился.
— Придержи эту мысль. У меня есть еще кое-что на подходе.
О, черт.
— Что?
Он обернулся, и она действительно чуть не набросилась на него. Большая татуировка с изображением волков и детенышей покрывала его спину. Там не было имен, но она знала, что это значит.
— О, Нейт! — она ахнула. — Это прекрасно.
Он снова повернулся к ней лицом.
— Я знаю. — Он притянул ее в свои объятия, обхватив руками за талию. — Я даже думаю, что тебе следует сделать татуировку с моим именем.
Она в шоке уставилась на него.
— Нет.
— Ты знаешь, что хочешь этого.
Она боролась с ухмылкой, угрожающей раздвинуть ее губы, но не смогла сдержать смешок от его маленького детского выражения.
— Нет. Никакой татуировки. Я оставлю это сексуальным, твердым телам, таким как твое.
Ей нравился тот факт, что чернила Нейта были прекрасными произведениями искусства, которые она могла видеть вблизи и трогать, когда хотела. Ее предыдущим любимым блюдом была племенная фигурка волка. Она нашла замысловатый узор из черных линий и петель, превратившихся в воющего зверя, завораживающим. Но теперь ее любимым произведением искусства была его татуировка их семьи.