Укротители велосипедов

Иванов Стас

– Почему боксёрами? – удивился Артём.

– Трое из напавших на нас – спортсмены. Главный – уровня действующего КМС, двое остальных, которые набросились на меня, – ближе к любителям и давно не в форме, но ещё что-то могут.

– Я тоже понял, что те парни – не балерины, но как ты определил их уровень и форму? – спросил Клясов.

Дима пожал плечами.

– Я видел несколько боёв и видел типичное телосложение боксёров. А ещё я запомнил все движения, стойки и удары. Двое нападавших были медленными, передвигались, как по учебнику,

и почти секунду готовили свои удары и серии – поэтому я легко уклонялся от них. А вот Василий был намного раскованней, не пытался принять стойку, очень быстро выкидывал руки и на автомате перемещал свой вес. Вам повезло, что он не бил в полную силу и старался вас не травмировать. Если бы он не сдерживался, у вас обоих сейчас было бы сотрясение мозга.

– И откуда ты можешь всё это знать?

Дима снова пожал плечами.

– Просто я вижу силу, выносливость и скорость людей.

– Артём, он серьёзно или придуривается? Как такое возможно? Он что, человек-рентген?

Обернувшись, Артём с улыбкой сообщил:

– Ещё как серьёзно, я проверял. Я специально включал теннисные матчи, а Дима после нескольких подач предсказывал, кто победит. За десять игр он ошибся всего один раз.

– Я не говорил ничего конкретного по поводу той игры, – проворчал Дима. – Противники были в одинаковой форме. Я не мог знать, что один умнее второго и что он будет проводить такие сложные комбинации. Вдобавок очень трудно по картинке с телевизора определить настоящие спортивные возможности человека.

– Вы ведь прикалываетесь? – спросил Клясов. – Да, точно прикалываетесь. Кончайте нести бред, лучше подумайте, как нам избавиться от гопников. Пока что они от нас отстали, но вряд ли это надолго.

– Ну... у меня есть пара идей, – стараясь выглядеть серьёзным, сказал Артём.

– Выкладывай.

– Хм, хорошо. Во-первых, можно отнять у Васи и его дружков кепки. В кепке гопника заключена вся его жизненная сила, и если гопник лишится своей кепки, то он быстро ослабеет, а затем умрёт в страшных муках. Также есть поверье, что в кепке скрыта некая магическая сила, и с её помощью обычный человек перевоплощается в гопника. Нет кепки – нормальный парень, одевает – тут же тупеет и начинает вести себя агрессивно.

– Дебил, – кинул Клясов, которого, похоже, всерьёз занимала проблема взаимоотношений с местными.

Ухмыльнувшись, Артём продолжил лекторским тоном:

– Ладно, если не нравится эта идея, перейду к следующей. А именно к основной пище гопника – семечкам. Если у нас получится скупить все семечки, тогда гопникам станет нечего есть, они передохнут от голода или мигрируют в края, где семечек в избытке. Правда, есть большая вероятность того, что в своей гопотачке они возят стратегический запас сёмок, достаточный, чтобы продержаться две зимы, поэтому этот план не слишком надёжен.

– А если серьёзно?

– А если серьёзно, то лучше всего воспринимать местных как неизбежное зло, – ответил Артём. –

Они будут к нам приставать, докапываться и стебать, и с этим ничего не поделать – мы не такие, как они. Поэтому, Вадим, смирись...

Откровение

На следующий день ближе к вечеру четвёрка гонщиков карабкалась вверх по извилистому горному серпантину за скутером Ежова, нагруженном бачками с водой и обвешанному запасными колёсами. Сам Ежов, в расстёгнутой гавайке, открывавшей тощую волосатую грудь, внимательно следил за своими подопечными в зеркало заднего вида и время от времени подгонял их в мегафон, висящий на перекинутом через плече ремне.

На этой тренировке Диму освободили от необходимости кататься по горам, и он отправился на трек в Сочи, так что Артём снова был последним, из последних сил удерживаясь на колесе идущего перед ним Чавина. Стеклянным взглядом он пялился в спину товарища, хватал открытым ртом воздух и молился, чтобы этот подъём наконец закончился.

– А не крутовата горка, Костя? – натужным голосом спросил едущий первым Клясов. – Почему мы не поехали по вчерашнему маршруту?

Схватив выносной микрофон на проводе, Ежов проорал через динамик своего мегафона:

– Нормально! На ней всего два километра с градиентом под двенадцать! Остальные пять были не больше пятёрки! И у нас будет два-три маршрута разной степени сложности! Чтобы ваши ноги, не дай бог, не привыкли к одной определённой нагрузке!

– Чёрт, хочу обратно в Питер...

– Не ной, жаловаться будешь, когда поедем к Домбаю! А сейчас я не заставляю никого гнать на полную, просто заедьте на вершину! До неё всего метров пятьсот! Давайте, даже любитель сегодня справляется! Ну же, раз-два, раз-два!..

– Заткнулся бы ты, – пробормотал Клясов и сосредоточился на педалировании.

Ближе к вершине спортсмены нагнали ещё одного велосипедиста на горном байке. Вместо шлема, на его голове красовалась плоская кепка, а на спине висел пухлый рюкзак. Когда велосипедист обернулся на жужжащий позади скутер, все гонщики, за исключением Ежова, узнали в нём «мускулистое лицо».

– О, педики тренируются! – в качестве приветствия прокричал Кеша.

Направив динамик мегафона в сторону Кеши, Ежов рявкнул:

– Ты кто такой, придурок?! Не мешай нам тренироваться!

Кеша прочистил мизинцем ухо и, поморщившись, спросил:

– Чё ты такой резкий, дед? И чё ты такой громкий?

– Свали в сторону и дай проехать или быстрее крути педали!

– А нормально говорить не можешь? Я сейчас оглохну.

– Свали в сторону или я сам тебя подвину! – потребовал Ежов. – Ты сбиваешь нас с темпа!

– Ладно-ладно, – пробормотал Кеша и, вильнув и прибавив скорости, поехал рядом с Ежовым. – Попробую-ка прокатиться с, типа, профи. Посмотрим, что вы можете.