Укротители демонов
Шрифт:
Стоит сказать, что демоны, помимо разделения по категориям в зависимости от силы, классифицируются еще и по, если можно так выразиться, «специализации». Одни склонны тупо убивать все, что им не нравится, другие любят рушить здания и устраивать громадные костры на месте городов, третьи развлекаются разного рода шутками, самой безобидной из которых можно считать изготовление украшений из тщательно обглоданных костей.
Разумеется, человеческих.
Так вот Арс в силу какой-то ошибки при вызове (неправильно помещенный символ, неверная интонация в
Принадлежащие к этой категории обитатели Нижнего мира считались наименее предсказуемыми.
— Я, — нашел-таки силы выдавить из себя Топыряк.
— Спасибочки! — промолвил демон и вдруг потянулся неимоверно удлинившимися руками к горлу Арса. Рожа его, зеленая и зубастая, оказалась совсем рядом. Неправильно нарисованный круг никак не мог удержать воняющее серой чудище.
«Вот и все! — успел подумать Арс. — Хорошим заклинателем демонов мне уже не стать! Стану хотя бы мертвым!»
Замелькавшие перед глазами картины из прожитой жизни он решительно отодвинул в сторону, потратив последние мгновения на то, чтобы не опозориться, испачкав штаны. Закрыв глаза, Топыряк сжался, ожидая жуткой кончины. Щеки коснулось что-то влажное, у ног щелкнуло.
— Беги, дурак! — сказал в самое ухо приторный голос. Испуганные вопли донеслись из-за спины.
— Не подходи! — орал Лянов. — У меня нож, ты должен мне повиноваться! Ты должен служить делу Геволюции!
— Ага, разбежался, — ответил демон, судя по всему, прошедший мимо (МИМО!) Арса. — Мне нет никакого дела до этой рыголюции… Давненько я не выбирался на отдых, и теперь оторвусь!
Что означало последнее слово, страшно было даже думать.
Арс открыл глаза, взгляд сам собой опустился. Цепь ножных кандалов оказалась аккуратно перерезана.
Демоны тоже умеют быть благодарными.
По крайней мере, некоторые.
Повернувшись, Топыряк увидел отрадную картину. Демон, орудуя ручищами, точно хоккейными клюшками, загонял верещащих революционеров в угол. На торчащие в теле арбалетные стрелы и на машущего мечом Спартака он внимания не обращал.
— Уходим! — крикнул Арс застывшим в ошеломлении товарищам.
Глаза Рыггантропова, вытаращенные, как у жабы, у которой пучит живот, медленно наполняло осознание того, что в окружающем мире происходит что-то странное и, возможно, опасное.
Тили-Тили действовал куда быстрее.
— Кьяяяяя! — дикий вопль, вырвавшийся из утробы йоды, на мгновение перекрыл все другие звуки. Прочнейшая на вид цепь, сковывавшая хрупкие руки, разлетелась, точно гнилая веревка. Погнутые и покореженные фрагменты посыпались на пол.
После второго вопля, от которого у Арса заложило уши, схожая участь постигла и ножные кандалы.
— А? Чего? — открыл рот Рыггантропов, который один оставался скованным.
Йода одним прыжком оказался рядом с ним. Издав сдавленное сипение, он ребром ладони перерубил цепь на руках товарища.
— Ничего себе! — сказал Арс. — Ну ты даешь, Трали-Вали! А теперь убегаем!
— Куда? — до Рыггантропова доходило хуже, чем до жирафа.
— К двери! — Топыряк был краток.
Брошенный в сторону демона взгляд показал, что преследовать беглецов пока некому. Пришелец из Нижнего мира, выпуская из пальца тонкую струйку пламени, подпаливал усы Джугову. Тот хрипел и дергался, но сжатый мощной демонской дланью, убежать не мог.
Прочие революционеры в страхе забились в угол, боясь даже дышать.
— Товагищ демон, немедленно пгекгатите антигеволюционную деятельность! — раздавался откуда-то из их кучи полный гнева голос Лянова. — Как вы смеете гаспускать гуки в тот момент, когда миговой пголетагиат стонет под игом безжалостной эксплуатации!
— Быстрее, а то этот лысый и демона уболтает! — испуганно выкрикнул Арс.
Йода, первым выскочивший в дверной проем, судя по выкрикам и звукам ударов, разбирался со стоящей там охраной. Когда Арс и Рыггантропов нагнали товарища, то тот задумчиво потирал поцарапанную щеку, стоя над тремя поверженными воинами. Мечи их были безжалостно погнуты, а стоны звучали вполне натурально.
— Так, куда теперь? — Арс выхватил из кольца на стене факел.
Уходящий налево коридор вел в ту самую камеру, где их держали. Возвращаться туда почему-то не хотелось. Тот, что шел вправо, мог таить опасности, но мог и вывести на свободу.
— Ты иди первым, — опасливо вглядываясь в царящую впереди темноту, сказал Арс.
Йода не возражал.
Он бесшумно скользил впереди, точно маленькое темное облачко, и иногда Арсу казалось, что он вообще летит. Позади, сотрясая пол, точно тролль, тяжело шагал Рыггантропов.
— А, мы типа убегаем! — сказал он, когда беглецы ступили на уходящую вверх узкую лестницу. — Я понял этот прикол!
— Лучше поздно, чем никогда, — проворчал Арс.
У самого верха лестницы, которая выводила в обыкновенный погреб, они вновь столкнулись со стражей. На этот раз революционеров было пятеро. Расположившись на мешках с овощами, они что-то увлеченно обсуждали.
— И тут товарищ Лянов прищуривается и говорит печнику, — рассказывал один из них, — а не пошел бы ты…
Тили-Тили выскочил в погреб, точно намазанная жиром молния. Его руки и ноги молотили во все стороны.
— Ой! — только и успел сказать один из охранников, прежде чем потерять сознание. Прочие так и остались лежать на мешках.
— Впечатляет, — проговорил Рыггантропов, почесывая затылок в районе макушки.
Из подпола, как и положено, вела лестница, упирающаяся в люк. Ступеньки противно поскрипывали под ногами, когда Арс решил доверить себя их хлипкой опоре, зато люк распахнулся так легко, словно последние часы только и ждал, когда его откроют.
На выскочивших из-под земли студентов изумленно воззрилась пожилая женщина благообразной наружности.