Укрощение строптивой... ведьмы
Шрифт:
Я оказалась не готова к тому, что меня самым наглым образом обнимут, прижмут спиной к стене и крепко поцелуют. Настойчиво и властно, так, что не отказаться, не оттолкнуть и не остаться равнодушной. Что-то внутри откликнулось, опалило чувственной вспышкой, потянулось навстречу, и прежде чем смогла сообразить, что вообще происходит, подалась вперед и ответила. Правда, сначала чувствительно прикусила наглую губу, посмевшую без моего разрешения позволить себе такие вольности, и немедленно получила за вредность. Пальцы Алекса зарылись в мои волосы на затылке, сжали пряди и слегка оттянули, заставив выгнуться навстречу, язык решительно проник в рот, и мой протестующий возглас так и остался невысказанным. На меня как права заявляли, не давая возможности вздохнуть, и последние остатки упрямства превратились в пепел под горячим ветром
— Ты так и не сказал, зачем следил за мной, — чуть хриплым голосом произнесла я, будто ничего и не случилось.
Хотя тяжелое дыхание выдавало с головой. Но черта с два я буду млеть всего от одного поцелуя, тем более когда меня не спрашивали, хочу или нет целоваться с демоном посреди улицы!
— Приедем ко мне, расскажу. — Ох, совершенно неожиданно от низких, рокочущих ноток в голосе Алекса у меня коленки подогнулись.
Какой, однако, сексуальный голос, кто бы мог подумать! На свою беду я посмотрела ему в глаза… и пропала в завораживающей бездне цвета пережаренного кофе. Там медленно кружились в хороводе огненные всполохи, утягивая за собой и отключая разумную часть сознания. Каким-то непостижимым образом меня тянуло к демону, и обрывки мыслей оформились в единственную, но четкую и однозначную: я его хочу. Пусть хотя бы на одну ночь, но хочу. Больше, боюсь, будет для меня слишком опасно… Я не была бы ведьмой, если бы так сразу сдалась на милость инстинктов, и потому упрямо и насмешливо ответила:
— Ты так уверен, что после одного поцелуя я все брошу и пойду с тобой? Однако…
И снова я не договорила. Второй поцелуй смял губы, стал жестче, грубее, и что удивительно, завелась я от него гораздо сильнее, чем от предыдущего. Низ живота моментально скрутило в узел, кости расплавились, а между ног знакомо заныло. Алекс впился в мой рот, будто душу хотел выпить, перехватил руки, и они оказались за спиной, а я — в совершенно беспомощном положении. Еще несколько упоительных мгновений я находилась где-то не в этом мире, позабыв и про гордость, и про характер — целовался Ружинский, надо признать, качественно, с гарантированной отключкой способности здраво мыслить. Интересно, он со всеми женщинами такой… напористый или я удостоилась особой чести?..
— Угроза насчет плеча остается в силе, — выдохнул он мне на ухо, оставив наконец в покое мои дрожащие и горящие от всплеска страсти губы. Жаркое дыхание, обжегшее шею, вызвало приступ головокружения. — Машина недалеко стоит. — Алекс бесстыдно прижался к моим бедрам, дав почувствовать силу его желания.
Поскольку на мне были джинсы, я оценила и невольно вспомнила слова бабули, отчего лицо вспыхнуло от стремительно прилившей крови. Ч-черт, я не рассчитывала на такое быстрое развитие событий!
— Ярка, мы же оба этого хотим, что за детский сад? — с хрипловатым смешком произнес Алекс, и так чувственно у него вышло, что я беззвучно охнула от могучего всплеска страсти, испарившего кровь.
Одежда стала тесной и неудобной, и то, с какой небрежной нежностью Алекс обозвал меня, вызвало новую волну бодрящих эмоций, от которых напрягшиеся нервы чуть ли не искрили. Действительно, демон прав. Ломаюсь, будто у меня никогда не было случайного секса после первой же встречи. Был, и не раз. И в некоторых случаях я даже оставалась довольна. Вопрос верности Колину не волновал вообще, ибо жили мы раздельно, и нас связывал только секс, больше никаких обязательств. Но если узнаю, что затащить меня в постель и было заданием Алекса… Я не знаю, что с ним сделаю, и бабулю подключу — месть дело благородное.
— Лучше бы твое желание имело естественные причины, а не подкреплялось авансом и последующей круглой суммой на счету, Сашка, — шепнула я в ответ, подавшись вперед, и несильно прикусила мочку Алекса.
Он фыркнул мне в ухо, отпустил руки и отошел, но только затем, чтобы ухватить ладонь и потянуть за собой.
— Я не соблазняю женщин за деньги, — весело
До его машины, темно-фиолетового «ситроена», мы почти бежали, и меня то и дело пробивало на нездоровый смех. Как студенты, честное слово. Тем не менее дверь мне Алекс все же открыл. Едва я устроилась на сиденье, он одним гибким движением скользнул на водительское место, и я мявкнуть не успела, как снова оказалась прижата сильным телом, на сей раз к сиденью. Очередной сумасшедший, жаркий поцелуй выбил все мысли из головы, я и не заметила, как мои руки оказались на плечах Алекса, прижимая ближе, а его ладонь проникла под пояс джинсов. Только почувствовав горячее прикосновение пальцев к пояснице, от которого по коже стрельнуло во все стороны острыми иголочками удовольствия, осознала, что, кажется, у кого-то терпение совсем на исходе. И судя по тому, как приглашающе изогнулось мое тело без всякого контроля с моей стороны, таких в салоне двое…
— Знаешь, вот экстремального секса в машине у меня еще не было, — хрипнула я, с некоторым трудом заставив Алекса дать мне возможность говорить. — А у тебя салон маленький и неудобный. Может, все же до постели доберемся?
Не сумела сдержать ехидные нотки, ну очень уж хотелось хоть как-то поддеть Ружинского. Где-то на самой границе сознания теплилось опасение, что из нас двоих лучше контролирует ситуацию он, а не я, и данный факт слегка напрягал. Ровно до того момента, как меня в очередной раз не награждали поцелуем. Черт, в самом деле опасный тип.
— Доберемся, — уверенно заявил Алекс, и его ладонь совершенно неожиданно провела по моей щеке медленно и нежно, вопреки тому огненному урагану, который я видела в его взгляде.
После чего он отстранился, завел машину, и через несколько мгновений мы неслись по ночным улицам Лондона, а я могла думать только о том, как же прозорливо утром надела любимый кружевной комплектик. Кстати, черного цвета. Интересно, Алекс заметит или, как большинство мужиков, проигнорирует, что надето на женщине, в стремлении добраться наконец до желанного тела?..
ГЛАВА 4
Я не успела спросить, куда именно меня везут: минут через десять лихой езды Алекс свернул на тихую улочку с двумя рядами аккуратных домиков, и я поняла, что мы уже не совсем в центре, хотя и не покинули еще Лондон. Да какая, в конце концов, разница где, взбудораженные эмоции не давали сосредоточиться ни на чем, кроме жарко пульсировавшего в теле желания, отдававшегося в висках барабанным стуком крови. Усидеть спокойно становилось с каждым мгновением сложнее, как и не коситься на профиль Алекса. Сплошь неприличные мысли тревожили фантазию, пустившуюся во все тяжкие, я превратилась в сгусток напряжения, который тронь — сыпанет искрами, как оголенный провод.
«Ситроен» остановился перед одним из домов, мне снова любезно распахнули дверь, и едва я вышла, меня в буквальном смысле распластали на капоте, пришпилив руки к теплому гладкому металлу. А колено самым наглым образом настойчиво раздвинуло мои ноги…
— Эй!.. — возмутилась я, а у самой сердце подскочило к самому горлу, сбивая и так неровное дыхание. — С-с-сашка!.. — прошипела почти в губы демону, и это последнее слово, которое мне удалось выговорить.
Поцелуй вышел неожиданно для меня нежным и аккуратным, Алекс погладил мои запястья, пощекотал середины ладоней, и я длинно выдохнула, позабыв про возмущение. Эмоции опять качнулись в сторону удовольствия, мой случайный — или нет? — соблазнитель обнаружил одно из моих слабых мест. Язык демона между тем погладил мои губы, и они послушно раскрылись, позволив ему проникнуть внутрь. Наши пальцы переплелись, я слегка выгнулась, отдавшись на волю ощущений, сознание поплыло, и стало все равно, что лежу на машине посреди улицы. Прерывать поцелуй не хотелось, хотелось наслаждаться им дальше, делить одно дыхание на двоих, плавясь в жарком мареве желания. Черт возьми, любовников, от которых у меня настолько отказывали тормоза уже при первых поцелуях, можно перечесть по пальцам одной руки. И Колин к ним не относится… Я вообще крайне редко теряла голову от страсти так, чтобы страдать еще и провалами памяти. Как мы оказались в доме Алекса, не расскажу и под дулом пистолета, реальность сузилась до его губ, рук, гладивших мои плечи, спину, поясницу и то, что ниже. Когда он успел открыть дверь, при этом не отпуская меня ни на минуту, тоже осталось загадкой.