Украденное счастье
Шрифт:
– Постой, ты хочешь сказать, что Анжела должна занять твое место? Но ведь она совсем не создана для этого, никогда не училась банковскому делу…
– А я на что?! Я, со своим опытом, знаниями, связями? Чем я не учитель для своей дочери?
Макс пожал плечами:
– Возможно, ты и прав… В нашем возрасте уже пора думать о том, какое наследство достанется нашим детям после нашей смерти. Разумеется, ты передашь банк и свой нефтяной бизнес дочке. Но ведь сама Анжела не сможет вести дела, ей все равно понадобится управляющий.
Реакция Анрэ удивила и даже испугала адвоката. Он весь побелел и вдруг закричал, срываясь на высокие ноты:
– Не говори мне о зяте! Этого русского я просто ненавижу, ненавижу! – и с такой яростью сжал бокал, что тот треснул. По ладони Анрэ полились струйки крови, перемешанные с вином.
– О господи! – вскричал Макс, бросаясь другу на помощь.
– Не надо, оставь, – махнул рукой Анрэ и замотал рану носовым платком.
– Я даже не предполагал, что все так серьезно… – ошарашенно сказал Макс, глядя на набухающий кровью платок.
– Более чем серьезно! – ответил Анрэ. – Он забрал не только дочь, он забрал всю мою жизнь! Вернее, ее остатки. Теперь вокруг меня пустота, полный вакуум. Мне вообще незачем жить.
– По-моему, ты несколько преувеличиваешь, – осторожно заметил Макс. – Что, собственно, такого произошло? Ну, вышла твоя дочь замуж за парня, который тебе не нравится. Но это ведь обычное дело.
– Обычное дело? Я на склоне лет потерял все, чем дорожил, а ты говоришь – обычное дело! – возмущенно парировал банкир.
На минуту в комнате воцарилось молчание. Макс мучительно вникал в то, что услышал от Анрэ, но по-прежнему ничего не понимал.
– А что ты, собственно, хочешь? – спросил он наконец.
– Я еще не решил, – глухо ответил Анрэ. – Но если ты мне друг, ты должен помочь.
– Я готов. Только скажи, в чем я должен тебе помочь? В том, чтобы убедиться самому и убедить тебя, что у дочки твоей все в порядке, что у нее хороший муж и любимые отец и мать? В этом я готов тебе помочь, – по выражению на лице друга Лиса-Макс догадался, что тот хотел услышать нечто совершенно другое. – Что-то не так?
– Я хочу его уничтожить, – холодно и как-то отстраненно сказал Анрэ. – Хочу оставить от него мокрое место. И сделать так, чтобы Анжела больше никогда не вспоминала о нем!
– Да что ты такое говоришь! – ахнул юрист. – Ты – любитель искусства, ценитель живописи, музыки и прекрасных женщин – и вдруг такие слова! Даже слушать странно. Понимаю еще, если бы речь шла о врагах, конкурентах… Но муж любимой дочери! Которого она, к слову сказать, обожает, и об этом знает весь город. Послушай, а какие у тебя есть конкретные претензии к зятю?
Анрэ уже собирался ответить, но Лиса жестом остановил его:
– Подожди. Я имею в виду: помимо того, что он тебе неприятен. Какие у тебя есть факты?
– Да какие тут нужны факты?
– Погоди-погоди, не торопись. Позволю себе усомниться в твоих словах. Насколько я знаю, ты ничем ему не помогаешь. Не забывай, что я в курсе всех их дел, поскольку сам составлял им брачный контракт. Никаких денег зять от тебя не получил и не получает. Они живут в его доме, на его заработок. Да, зарплату ему платишь ты, поскольку он служит в твоем банке. Но это ничего не значит. Во-первых, будь на месте Владимира любой другой специалист такого уровня, ты платил бы ему столько же, если не больше. Во-вторых, если бы парень работал в каком-то другом банке, у него была бы такая же зарплата…
– Да кто бы его взял в другой банк! Кому он нужен, русский, без образования, без опыта! Это я, сентиментальный старый дурак, пожалел его, принял к себе. И вот, как выяснилось, пригрел змею на груди…
– Возможно, раньше все так и было, я не в курсе всех ваших дел и спорить не буду. Но теперь все изменилось. У него репутация настоящего профессионала. И реши он сменить место службы, его возьмут куда угодно. Ты же знаешь – специалисты, прошедшие твою школу, очень ценятся, и не только в Лугано, но и за его пределами.
– Ты не о том говоришь!..
– А о чем? О том, что Владимир рассчитывает на наследство? Но он же умен и не может не понимать, что ты еще полон сил, энергичен и не собираешься покидать этот мир еще как минимум пару десятков лет? Или ты предполагаешь, что он замышляет убить тебя и сделать свою супругу богатой наследницей?
– От него всего можно ожидать!
– Опять голые эмоции, дружище, опять эмоции! Знаешь, я за свою долгую жизнь научился худо-бедно разбираться в людях… Поверь мне, Владимир – совсем не тот человек, не интриган и не альфонс. Тем более что Анжела…
– Он не может любить ее! Я ему не верю!
– Постой, дай мне закончить мысль. Ты утверждаешь, что интерес Владимира к твоей дочери носит исключительно корыстный характер. Но разве ты не противоречишь сам себе? Разве Анжела не очаровательная молодая женщина, не умница, не красавица с чудесным характером? Разве она не может привлечь мужчину ничем, кроме денег своего отца?
– Да именно ее характером, ее доверчивостью этот подлец и воспользовался! Он обманывает ее!
– В чем именно? – поднял брови юрист.
– Да во всем!
– Дружище, повторяю еще раз, это все одни эмоции, а не факты. Какие у тебя есть доказательства? Или хотя бы подозрения? Он что – изменяет Анжеле или проворачивает какие-то незаконные махинации? У него есть какие-то тайные грехи или пороки? Он азартный игрок, сексуальный извращенец, бешеный ревнивец и домашний тиран, в конце концов? В чем конкретно ты его обвиняешь?
– Пока ни в чем… – пробормотал Анрэ. – Ничего конкретного у меня против него пока нет. Но появится, уверяю тебя!