Украденная память
Шрифт:
– Хочешь, я расскажу тебе сказку? – Ангелина внезапно остановилась, уселась на бортик бассейна, свесив ноги вниз. Вытащила из кармана сигареты, прикурила и с наслаждением затянулась. – В некотором царстве, в некотором государстве жила-была маленькая принцесса. В своем крошечном королевстве она была счастлива. Ее окружали любовь и нежность, она не знала слез и разочарований. Когда принцесса выросла, она встретила прекрасного принца. Они были двумя половинами одного целого. Яблока или, скажем, сердца. Или души... – Ангелина мечтательно закатила глаза к потолку и стряхнула пепел от сигареты
Ангелина легким движением поднялась с места, скрылась на секунду из поля зрения и тут же вернулась с бутылкой вина и двумя бокалами в руках.
– «Каберне» урожая 1969 года, – прочла она на этикетке. – Стоит несколько твоих зарплат, вместе взятых.
Она разлила вино, нагнулась и вставила в Катины негнущиеся пальцы бокал.
– Попробуй. Божественный напиток, ты, наверное, в жизни такого не пила. Я всегда говорила Королю, что ты ничтожество, – сказала Ангелина и залпом осушила свое вино.
Королю! Это интимное «Королю» резануло слух. Жаркая волна бросилась Кате в голову. Она разжала пальцы. Бокал с грохотом упал на камни и разбился. Красное, как кровь, вино ручейком устремилось вниз и вскоре смешалось с водой, придав ей розоватый оттенок.
– Экая ты неловкая, милочка, – усмехнулась Ангелина, снова устраиваясь на бортике бассейна. Бутылку с «Каберне» она поставила рядом с собой. – Ну не хочешь, дело твое. Как говорится, не жили богато, нечего и начинать.
– Это ты убила его? – хрипло спросила Катя.
– Кого? Кого ты имеешь в виду?
– Моего Костю.
– Твоего Костю? Твоего? Ты, видимо, шутишь. Нет, дорогая, я его спасла. Вырвала из твоих липких цепких ручек.
– Так он что, жив? – прошептала Катя. В памяти всплыла Костина фотография из альбома девочки-ангела. Или, вернее, девочки-демона. Ведьмы.
– Я столько сделала, чтобы разрушить злые чары, которыми ты околдовала его, – мрачно произнесла Ангелина, так и не ответив на Катин вопрос. Глаза ее затуманились, на веках заблестели слезы. – Я зажгла жертвенный огонь. В огне особая, очистительная сила. После него остается только пепел, прах. А значит, ничего. Ничего из прошлого. Я стерла его память, чтобы выкинуть тебя из его сердца. Но я не знала, что его сердце уже было украдено.
Катя вдруг осознала, что Ангелина не в себе. Ее бессвязная речь была похожа на бред сумасшедшей.
– Люка, опомнись! – предприняла Катя отчаянную попытку достучаться до Ангелины. – Отпусти меня, я тебе помогу.
– Ты? – расхохоталась Ангелина. – Ты мне поможешь? Спасибо, ты уже однажды помогла мне, разрушив мою жизнь. Забрав у меня единственного родного человека, оставшегося на этой земле.
Вода неумолимо приближалась. Она уже достигла Катиных вытянутых ног. Катя инстинктивно вжалась в стену, подтянув колени к подбородку. Запястья ныли, а вывернутые плечевые суставы не покидала резкая боль.
– И поэтому ты мучаешь меня? – с дрожью в голосе спросила Катя.
– Разве это мучение? – откликнулась Ангелина. – Я просто хочу, чтобы ты хотя бы некоторое время побыла в моей шкуре.
Внезапно Катя вспомнила,
– Я всегда удивлялась, что он в тебе нашел? – презрительно глядя на Катю, процедила Ангелина. Слезы высохли, и теперь ее взгляд полыхал ненавистью. – Ни рожи, ни кожи, ни характера. Ни-че-го! Полный ноль. Я просила его, умоляла быть со мной. Ведь в конце концов я осталась жива только благодаря своей любви к нему. Если бы не он, я была бы сейчас на небесах вместе с мамочкой и папочкой. Что ты с ним сделала? Приворожила?
Ангелина подняла с пола бутылку вина и прямо из горлышка сделала несколько внушительных глотков.
– Все так удачно совпало, что ты сама позвонила мне сегодня, – заплетающимся языком пробормотала Ангелина. Она пьянела на глазах. – Если бы не позвонила, я приехала бы за тобой после спектакля. А ты сама все сделала, молодец! Знаешь, почему именно сегодня? Сегодня ровно двадцать пять лет с того момента, как я впервые увидела Костю и поняла, что мы с ним созданы друг для друга. А ты, тварь, все разрушила, – прошипела вдруг Ангелина, размахнулась и запустила в Катю бокалом на элегантной ножке. Бокал врезался в стену в нескольких сантиметрах от Катиной головы и разлетелся на мелкие кусочки. Один из осколков острием угодил Кате в руку и застрял в нежной коже. Катя как завороженная уставилась на алую кровь, выступившую вокруг тонкого стекла.
– Все, ты мне надоела. – Ангелина с трудом встала, пошатываясь, подошла к дверному проему и нажала какую-то кнопку на электронной панели управления. Из отверстия на противоположной стене весело, с сильным напором хлынула вода. Бассейн стал угрожающе быстро заполняться и спустя несколько секунд бурлил и пенился где-то в районе Катиных лодыжек.
– Постой! Подожди! – в отчаянии вскричала Катя. Она испугалась, что из-за шума льющейся воды Ангелина ее не услышит. Но нет. Та снова нажала на кнопку, и все стихло. Вода резко остановилась и опять стала прозрачной.
– Что еще? Я ждала слишком долго. Хватит уже, пора.
– Скажи мне только одно. Он действительно жив?
– Ну, хорошо, – легко согласилась Ангелина. – Я подарю тебе еще немного времени, расскажу тебе все. Я так поняла, что ты ознакомилась с моим альбомом? Так ведь?
Катя кивнула. Перед мысленным взором промелькнула галерея лиц, населявших странный альбом в плюшевом потертом переплете.
– Это Книга мертвых, – торжественно произнесла Ангелина. – Книга мертвых в назидание живым.
– Что? Все эти люди на фотографиях мертвы?
– Естественно. Иначе что бы им там делать.
– И Марина тоже?
– Надеюсь, что она уже вовсю жарится на сковородке, – усмехнулась Ангелина.
– Но за что? – простонала Катя.
– Видишь ли, дорогая, однажды ее идиот-муж встретил нас с Костей в супермаркете и не нашел ничего лучшего, чем шантажировать меня. Тупица! Требовал кучу денег за молчание. Я один раз заплатила, второй. А потом мне надоело.
– И ты лишила его памяти, – тихо сказала Катя.