Уилт непредсказуемый
Шрифт:
– Но у нас тогда не было зубов, – продолжала Саманта.
– Нет, дорогая. Вас соединяли с мамой специальные шнуры, которые называются пуповиной. И все, что мамочка кушала, проходило к вам через эти шнуры.
– Через шнур ничего проходить не может. Шнур – это веревка, – сказала Джозефина.
– Ножик может пройти через веревку, – сказала Саманта.
Ева посмотрела на нее с восхищением.
– Да, милая, ножики могут… Дискуссию прекратил Баггиш.
– А ну заткнись и прикройся! – крикнул он и швырнул в Еву
– Каким образом, если у меня связаны руки? – спросила Ева, и тут зазвонил телефон. Чинанда снял трубку.
– Переговоры закончены. Или… – Чинанда вдруг замолк и стал слушать. Позади него Баггиш крепче сжал автомат в руках, с опаской поглядывая на Еву.
– Чего они там?
– Говорят, Гудрун вниз не пойдет, – ответил Чинанда, – хотят чтоб мы сами пошли наверх.
– Еще чего! Это ловушка, там полиция. Знаю я их.
Чинанда убрал руку, которой зажимал трубку.
– Наверх никто не пойдет, пусть Гудрун сама спускается. Даем вам пять минут, а потом…
– Я пойду наверх! – крикнула Ева. – Там не полиция, там мой муж. Я приведу обоих сюда.
Террористы уставились на нее.
– Твой муж? – разом спросили они. Близняшки тоже изумились.
– Папочка, правда, наверху? Ой, мамочка, приведи его сюда? Он так рассердится на миссис Де Фракас. Ведь она выпила столько папиного пи-пи.
– Ох, и не говорите, – простонала старушка. Но Ева не обратила внимания на это удивительное сообщение. Она пристально смотрела на террористов: только бы пустили наверх.
– Обещаю вам…
– Врешь! Хочешь оттуда рассказать о нас полиции.
– Я хочу пойти туда, чтоб спасти своих детей, – пояснила Ева. – Не верите, скажите инспектору Флинту, пусть Генри спустится сюда немедленно.
Террористы побрели на кухню, попутно обсуждая предложение.
– Если сможем освободить Гудрун и избавиться от этой бабы с ее маленькими поганками – это хорошо, – сказал Баггиш. – Тогда у нас останутся мужик и старуха.
Чинанда не соглашался:
– Лучше детей придержим, тогда баба не выкинет никаких глупостей.
Он вернулся к телефону и передал Флинту предложение Евы.
– Даем вам только пять минут. Уилт спускается вниз…
– Голый, – подсказала Ева. Она твердо вознамерилась выставить Уилта в таком же дурацком виде.
– Да, голый! – повторил Чинанда. – Со связанными руками…
– Он не может сам себя связать, – вполне справедливо заметил Флинт.
– Гудрун может связать, – ответил Чинанда. – Вот наши условия! – Он повесил трубку, сел и озадаченно уставился на Еву. Странные все-таки эти англичане. С такими бабами и прошляпили целую империю. Из задумчивости его вывела миссис Де Фракас.. Ей наконец удалось встать на ноги.
– Сядь! – крикнул он, но старушка не села.
Выделывая кренделя, она направилась к раковине на кухню.
– Ну почему я ее до сих пор не пристрелил? –
Налитые кровью глаза миссис Де Фракас полусонно уставились на Баггиша.
– Сделайте одолжение, молодой человек. – сказала она, – пристрелите, а то так голова болит. Только не промахнитесь, – и в подтверждение своих слов миссис Де Фракас повернулась, открыла кран и сунула голову под холодную струю.
21
На узле связи тоже царила неразбериха. Флинт с радостью передал Уилту требование террористов и теперь с удовольствием слушал Уилтовы возражения: незачем, мол, рисковать жизнью, вдруг террористы выстрелят, и зачем надо раздеваться, ведь можно схватить двустороннее воспаление легких, и нет ни малейшего представления о том, как самому себе связать руки. Вскоре вмешался новый начальник отдела по борьбе с терроризмом.
– Отставить все! – сказал он Флинту. – Наши психопаты только что дали политико-психологический портрет Уилта. Тяжелый случай…
– Через три минуты станет, черт побери, еще тяжелее, если этот ублюдок не спустится вниз, – ответил Флинт. – И кстати, что это еще за политико-психологический портрет?
– Сейчас не важно. Главное, разговаривая с террористами, нагнетайте у них чувство успокоения, – велел начальник и удалился в конференц-зал.
Флинт вдруг почувствовал себя авиадиспетчером, который пытается спасти двух свихнувшихся пилотов, летящих навстречу друг другу.
– Ладно! – сказал он. – Всем, кто с оружием, я приказал залечь, пусть террористы немного успокоятся. Дальше как быть? Пусть все идет своим чередом?
– Нет, – без тени сомнения сказал доктор Фелден. – На основании имеющихся у нас данных я утверждаю: Уилт скрытый психопат с весьма опасной склонностью к убийству. И давать ему свободу действий…
– Не могу с вами согласиться, – возразил профессор Маерлис. – Записи его бесед с Шауц свидетельствуют о его приверженности идеологии постмаркузианского анархизма, отличающегося очень и очень высокой упорядоченностью и последовательностью. Более того…
– Профессор, времени у нас в обрез. Точнее, ровно две минуты. Скажите одно: менять заложников или не менять?
– Однозначно не менять, – заявил психиатр. – Если такой тип, как Уилт, да еще Гудрун Шауц окажутся вместе с остальными террористами, последствия могут быть самыми непредсказуемыми.
– Это обнадеживает, – сказал начальник отдела. – Итак, мы сидим на бочке с порохом… Да, майор?
– Думаю, если их всех собрать на одном этаже, можно убить двух зайцев одним выстрелом, – предположил майор и получил осуждающий взгляд начальника. Тот вообще никогда не понимал, зачем в подобных случаях присылать военных, а сейчас отсутствие элементарной логики в рассуждениях майора просто ставило его в тупик.