Угрюмый
Шрифт:
В свою очередь, Олег Анатольевич Угрюмов принимает в собственность вышеуказанное имущество и может распоряжаться им на свое усмотрение. Вступает в должность Управляющего Художественной галереи на срок 10 лет, с окладом 200 000 руб. в месяц, что подтверждается Трудовым договором.
Также Андрей Сергеевич Модей единоразово выплачивает Олегу Анатольевичу Угрюмову 5 000 000 руб. , на приобретение земельного участка и дома в Подмосковье.
Ниже стояла подпись – «А.С.Модей» и дата.. Далее было написано следующее:
Я, Олег Анатольевич Угрюмов, согласен
В случае, если я нарушу обязательство, я согласен с тем, чтобы А.С. Модей забрал у меня что-нибудь одно самое ценное, на его усмотрение.
….
– Где мне подписать?– закончив читать, спросил Угрюмый.
Модей показал и протянул ему ручку. Угрюмый снял полотенце с правой руки и, стараясь не испачкать перо и бумагу, поставил дату и подпись.
–Отлииично!– сказал Андрей Сергеевич. Забирая бумагу и ручку из рук Угрюмого.
–Ой..я там кажется испачкал бумагу…– с досадой сказал Угрюмый, смотря на свои порезанные пальцы из которых слегка сочилась кровь.
–Все нормально, Олег Анатольевич! Все отлично! Не волнуйтесь! – сказал Модей, убирая бумагу в портфель.– Это пока, джентльменское соглашение, так сказать, для нашего внутреннего пользования…! Все юридические документы, мы оформим позже. Приходите завтра в Галерею. Завтра все и оформим. Заодно можете захватить картины. В галерее все надежней…
–Хорошо.
Она открывалась его жарким поцелуям, которыми он покрывал ее лицо и шею, спускаясь ниже. Стон вырвался из груди, когда его губы коснулись сосков.
–Олееег! Мииилый!…– шептала она.
Нежные быстрые движения языка по соскам, покусывание. Она выгибала спину и часто дышала. Он медленно двигался к низу ее живота. Легкой приятной дрожью отзывалось тело от каждого прикосновения его языка. Томление внизу живота становилось невыносимым.
–Да…милый! Оооох! – она погрузила пальцы в его волосы и начала плавно двигать тазом навстречу его ласкам.
–Возьми меня…возьми…милый…ооо..!!!
Они плыли на волнах наслаждения. Ничего вокруг не существовало.
–Да…ах….да…да..дадада!!! Оооооо…!!! – тело задергалась, заметалось в пытке наслаждением. Она с силой сжала ноги, которыми обхватывала его и очередная волна наслаждения пробежала дрожью… Расслабление. На лице усталая счастливая улыбка. Глаза закрыты.
–Милый…любимый мой!– она потянулась к нему, чтобы отблагодарить поцелуем, приоткрыла глаза и застыла в ужасе! На нее смотрела оскалившаяся конская морда. Из конского рта вырывалось смрадное дыхание и текла густая желтая слюна. Глаза монстра светились желтым светом.
Её вопль смешался с диким хохотом монстра.
***
Вера вскочила в кровати, тяжело дыша. Ее била дрожь, а по лицу струился пот. Она обвела комнату глазами. Напротив сопела ее двоюродная десятилетняя сестренка. Было тихо, только маленькие ходики тикали на стене.
–Фууух….И приснится же такое! Интересно как там мой Угрюмый? – мелькнула мысль. – Надо ехать домой!
Она прошла на кухню, попила воды. И еще долго не могла уснуть.
Утром она позвонила Олегу.
– Любимый, привет!– сказала она, с облегчением услышав родной голос в трубке.
– Веруня, приезжай скорей! Нас ждут великие
Она не помнила, чтобы он хоть раз был в таком радостном настроении. Обычно он был хмурым и неразговорчивым, и она часто шутила, что его фамилия, как нельзя больше ему подходит.
–А что случилось?
–Приезжай, малыш! Ты мне очень нужнаааа! – почти пропел Олег.
–Еду, мой хороший! Я соскучилась! Жди!– она изобразила звук поцелуя и повесила трубку. На душе стало хорошо и приятно.
Вера посмотрела на часы, она успевала на девятичасовой поезд, и поспешила на автобус до вокзала.
В Москве ее встречал Олег. Таким она его никогда не видела! Гладковыбритый причесанный, с букетиком роз он весь светился изнутри. Она вышла из поезда, они обнялись.
–Любимый мой! – уткнувшись в шею, она вдыхала его запах, такой приятный и такой родной.
– Веруня, я приглашаю тебя в рррэсторан! Нам надо кое-что отметить! Но вначале, давай поедем в торговый центр и прикупим нам шмотья.
–Олежек, ты кого-то обокрал?– улыбаясь, но слегка напугано, спросила она.
–Ага! И в землю закопал и надпись написал…! – смеясь, сказал Угрюмый. – Пошли, потом расскажу всё…
***
(часть 2)
Угрюмов стоял у окна и зачаровано смотрел, как крупные белые пушистые хлопья, кружась, медленно падают с неба. Картина зимнего леса завораживала. Все было покрыто снегом, словно белой ватой. Полная тишина. Лишь изредка то тут, то там с огромных еловых веток падал налипший снег. Окна в доме на втором этаже были практически во всю стену от пола до потолка, поэтому панорама открывалась бесподобная.
Из оцепенения его вывел звонок мобильного телефона.
–Привет, любимый! Я уже почти дома. Снегу то навалило! У нас почищено?
–Привет, Верунь! Не почищено еще, но ты проедешь, у тебя же полный привод, а снегу не так много. Если вдруг что, звони…
–Хорошо, мой сладкий!– чмокнула губами и повесила трубку. Он еще некоторое время постоял у окна, затем вернулся в кресло у камина, закурил сигарету, взял ноутбук и продолжил читать электронную почту.
***
Жизнь Угрюмого снова круто изменилась после встречи с Модеем, и он был ему за это благодарен. Теперь у него было все. И большая квартира-студия над галереей, собственно сама галерея и этот довольно большой загородный дом. Олег больше любил находиться здесь и без особой необходимости в город не выезжал. Веруня, наоборот, окунулась с головой в светскую жизнь. Она полностью контролировала работу галереи. Фактически именно Вера являлась Управляющей галереи. Участвовала во всех светских мероприятиях, летала организовывать выставки в Европу. Поначалу, она очень обижалась на Олега за то, что он всеми правдами и неправдами старался пропускать все мероприятия, которые, по мнению Веры, просто необходимо было посещать. В итоге, она от него отстала и брала с собой только на протокольные мероприятия, где без супруга было появляться нельзя. Угрюмый дал ей практически полную свободу. Он ей полностью доверял и полностью на нее полагался. Вера открывалась для него с новой, неизвестной стороны. Из робкой чувственной девушки, она превратилась в уверенную бизнес-леди и светскую даму. Она тряслась над галереей, как над своим детищем. С помощью Ивана Николаевича, она познакомилась с рядом его коллег, которые информировали ее о новых талантах, появляющихся в стенах их заведений, и с удовольствием помогали ей пополнять коллекцию. Веруня проводила и благотворительные выставки, средства от которых, шли на помощь больным.