Угрозы любви
Шрифт:
— Ммм…
Возможно, этот англичанин и был тем, кем казался — избалованным сынком богатого родителя, шатающимся по миру в полной уверенности, что ему удастся выбраться из любой передряги. Остину уже доводилось встречать таких людей.
— А почему вы оказались в Гаване?
Лорд Рудольф пожал плечами:
— Просто подумал, что мне стоит ее увидеть.
— Вы так подумали, когда уже были на Карибах?
— Вы очень настойчивы, капитан. Ну хорошо… У меня были тут дела.
— Большинство англичан ведут свои коммерческие
— Мои дела немного шире.
— И большинство англичан не говорят бегло по-испански, — заметил Остин.
— Тут нет никакой тайны. Когда я был мальчиком, у меня был наставник, который большую часть жизни прожил в Испании. Он и обучил меня этому языку.
Черт бы побрал этого лорда с его невозмутимым лицом и языком без костей! Он что, издевается?.. Или скрывает что-то очень важное? Кто он, этот человек, — безобидный болтун… или кто-то весьма опасный?
— Когда прибудем в Бостон, я поищу корабль, который возвращается в Англию, и посажу вас на него. Без сомнения, вы хотите вернуться домой как можно скорее.
Самодовольная улыбка исчезла с лица англичанина.
— Я не спешу. Высадите меня на берег в Бостоне и забудьте обо мне, капитан.
— Почему?
— Я хотел бы осмотреть достопримечательности.
— Там нечего осматривать.
— Ах, оставьте… Бостон стал знаменитым. Колыбель восстания.
— Бостон никак не сравнится с великолепием Лондона.
Лорд Рудольф рассмеялся:
— Мне кажется, капитан, вы ревностно ограждаете от меня ваш город.
Какое-то время Остин молча разглядывал собеседника. Потом проговорил:
— Вам не очень удается роль безмозглого идиота, Уиттингтон. Предлагаю вам сбросить эту маску.
Единственный глаз англичанина посмотрел на капитана удивленно, а улыбка его стала циничной.
— Зато вы отлично ведете свою игру. Отдаю вам должное. — Лорд Рудольф отпил из своего бокала и добавил: — Не задавайте мне больше глупых вопросов, и мне не придется отвечать на них еще более глупой ложью. Мои дела ни в коей мере не вредят вам, вашему грузу, вашей команде и вашим пассажирам, Обещаю не причинять вам неприятностей.
— Обещать не значит быть безобидным.
— Я вовсе не безобидный. Но ведь и вы тоже.
Остин понял, что ему больше ничего не вытянуть из гостя. А тот вдруг спросил:
— Капитан, а кто вам мисс Клеменс?
«Она — ответ на мои мечты», — промелькнуло у Остина. Эта мысль ошеломила его, но он понимал, что так и было. Ее серые глаза и лукавая улыбка пленили его, очаровали…
— Она пассажирка. Направляется в Новую Англию.
— Вы ее любовник?
Остин выпрямился, разгневанный.
Уиттингтон поднял руку:
— Погодите, не прерывайте меня. Я не собираюсь оскорблять ее. Я просто хочу знать, как обстоят дела.
— Никак не обстоят. А если вы надумаете соблазнить ее, то я выброшу вас за борт.
— Остыньте,
— На моем судне ей не грозят никакие неприятности. Не грозят, даже если ему придется запереть ее в каюте и самому стать на страже у двери. Она пробудила в нем такие страсти, о существовании которых он и не подозревал. Именно поэтому он и держался от нее на расстоянии.
— Но ее ведь однажды уже заставили помогать бунтовщикам, а потом увезли на другой корабль. И вернули вам всю в порохе. Думаю, вы плохо заботились о ней.
— Виновница всех этих неприятностей сейчас далеко отсюда.
— Ах да… Великолепная Анна Адамс. Я встречался с ней. У меня кровь застыла в жилах. По словам мисс Клеменс, ей ничего не стоит обвести мужчину вокруг пальца. Восхищен вами. Вы не поддались ей. — Уиттингтон поднял свой бокал, насмешливо салютуя капитану.
— С ней все ясно.
— Для проницательного человека — да. Но я хотел бы поговорить о мисс Клеменс. Что будет с ней?
Остин снова откинулся на спинку кресла.
— У нее есть кузина в Бостоне. Очевидно, эта кузина нашла для нее место гувернантки в богатом доме.
Уиттингтон побелел.
— Гувернантка?.. Моя спасительница?.. Я ни за что не допущу такой ужасной судьбы для нее.
— Мы в Америке не считаем работу ради заработка на жизнь ужасной судьбой.
— Вот поэтому мы и считаем вас варварами. Мисс Клеменс не американка. Она англичанка по рождению и воспитанию. И будь я проклят, если позволю ей стать гувернанткой. Она стала бы тогда немногим лучше прислуги.
— Вас это не касается.
— Конечно, касается. Ведь я ее соотечественник. Однажды я встречался с ее сводным братом в Лондоне. Он редкостный идиот, и он не годится на роль ее защитника. Когда мы прибудем в Бостон, я организую для нее возвращение в Англию и буду сам ее сопровождать.
Остин стиснул в руке бокал. Ему хотелось вскочить с кресла и выбежать из каюты. И пусть Уиттингтон забирает Эванджелину куда захочет.
— Семья обручила ее с дураком-волокитой, а потом рассердилась на нее, когда она с ним порвала. Они не захотят принять ее назад. И мне не очень хочется, чтобы она вернулась к ним.
— Согласен, ее семья поступила с ней нехорошо. Она рассказала мне историю с отвратительным Харли. Если мне доведется встретиться с ним, я, конечно, вызову его, — холодно, как и полагалось надменному английскому аристократу, проговорил лорд Рудольф.
— И вы отвезете ее к людям, которые так унизили ее?
— Вы не поняли меня, капитан. Я возьму ее к себе домой.
Остин стиснул зубы.
— Нет, вы этого не сделаете.
Глава 12