Угроза галактике
Шрифт:
Директор ФБР была ранена. Ее задело осколком стекла во время одной из атак. Директор ЦРУ, сообщивший по телефону, что он заболел, продлил таким образом отпуск, который проводил в своем втором доме в Истоне, штат Мэриленд, и больше о нем не было слышно.
Два аналитика ЦРУ, Киммелс и Бликс, сосредоточенно изучали отчеты на своих портативных компьютерах, периодически бросая нервные взгляды на президента. Он смотрел на них с подозрением. Они должны быть надежны, эти аналитики, раз быстро продвинулись по карьерной лестнице, но в данный момент президентом владела паранойя. Окружающие
К тому же разговоры с лидерами других держав оказались не полезнее болтовни с телефонистками налоговой службы. Русские, китайцы и руководители НАТО сказали только, что их постигла та же участь. Все они соглашались с тем, что нужно твердо сопротивляться агрессии и не отступать ни на дюйм. Бесполезные заявления.
Президент посмотрел направо.
– Мне нужно выйти в эфир и выступить с обращением. Надо их успокоить… Если мы переживем все это, если нас всех не зажарят, люди отвернутся и поджарят меня на избирательных участках в следующем ноябре.
Его бледный спичрайтер кивнул и уставился в пустой блокнот. Три телевизионных экрана, висевших на стене, показывали мигающие картинки - бесконечные сообщения о большом количестве малых разрушений по всем континентам. На одном из каналов брали интервью у горожан. Какая-то женщина говорила:
– Все как-то очень несправедливо. Мы никому ничего не сделали, а они нас бомбят. Может, нам надо как-то… спрятаться или что-нибудь типа того? Я бы здорово разозлилась, если бы не была настолько растеряна. Что мне делать?
Остальные знали не больше.
– Я не вижу в этом никакого смысла, сэр, - раздался голос из-за стола. Бернард Суик, помощник президента по вопросам национальной безопасности, заметно дрожал.
– Их технологии настолько превосходят наши, что мы не можем даже определить, как это работает, и не имеем ни малейшего понятия о том, что это. Нет никакого обнаруживаемого луча или передачи энергии. К данному моменту они уже давно могли бы нас уничтожить. Но их атаки абсолютно случайны. Они направлены не по нашей основной инфраструктуре, системе обороны или высоким технологиям. В основном по гражданским. Абсолютно хаотически. Полная бессмыслица!
– Если только они не хотят посеять страх перед тем, как уничтожить нас. Если только у них нет каких-то других мотивов. Если, если, если… Вы с министром обороны должны определить, что они делают и как они это делают. Немедленно. Найдите любой их просчет, который можно использовать. Каков бы ни был их план, я хочу, чтобы вы им помешали. Понятно?
– Да, сэр.
– Суик встал, собираясь уйти, но службист не открывал дверь, пока президент не обернулся и не рявкнул на него.
Харрисон погрузился в вихрь беспорядочных мыслей, пытаясь поймать хоть одну из них. По крайней мере, его жена Британи и двое детей в безопасности. Во всяком случае, сейчас. Они находились в другом бункере - пещере дяди Сэма [1], со всеми удобствами. Но что же означало это отсутствие логики? Что означали эти атаки?
Он сел напротив одного из аналитиков.
– Что связывает все эти атаки? Что-то же должно их объединять! Киммелс наморщил
– Ну, мистер президент, я не могу сказать, что в выборе целей есть какая-то логика, но мы все же смогли сделать парочку выводов.
– Которые, скорее всего, не относятся к делу, - заметил Бликс.
– Да, но не совсем, - парировал Киммелс.
– Это точно, - согласился Бликс. Киммелс посмотрел налево.
– Перестань перебивать. Ты меня отвлекаешь. Бликс закрыл рот и вызывающе уставился на стену.
– Видите ли, мистер президент, большая часть атак происходит на поверхности. Дома, машины, парки, жилые дома. Зона поражения всегда сферическая. И обычно составляет восемь футов в диаметре или около того.
– Но не всегда, - заметил Бликс.
Киммелс бросил на него злобный взгляд. Бликс вернулся к своему компьютеру.
– Некоторые из этих сферических зон больше. Очень немногие. А под землей они всегда больше. Во всех отчетах о нападениях на подвалы, погреба и всякое такое упоминается зона поражения от двадцати футов и более. И, похоже, дело здесь в глубине. Вот, например, нападение на одно офисное здание. На минус первом подземном этаже - зона поражения двадцать футов в диаметре. А несколько минут спустя с другой стороны того же здания на минус втором этаже - уже двадцать восемь футов. Печальный факт - погиб полицейский вместе со своим псом, множеством наград и орденов, он расследовал…
– Полицейский, не пес, - вмешался Бликс.
– Что?
– Киммелс остановился.
– Полицейский имел множество наград. Просто уточняю.
– Конечно, полицейский! Бликс, ты мне мешаешь!
– Киммелс вновь повернулся к Харрисону.
– Моя гипотеза, господин президент, если только мне дозволено будет договорить, заключается в том, что чем глубже под землей находится помещение, тем больше сфера, - он сделал глубокий вдох.
– Это может означать, что они каким-то образом тестируют свое оружие.
– Но мы считаем это маловероятным, - вставил Бликс.
– Верно. Они могли тестировать его где угодно. Не здесь и не сейчас, атакуя нас. Тогда это может означать, что активация их оружия требует большей мощности, когда цель со всех сторон окружена почвой и камнями.
– Но мы и это считаем маловероятным, - заметил Бликс. Киммелс вздохнул.
– Да.
Харрисон подался вперед.
– Переходите к делу. Каково наиболее вероятное заключение?
– Ну, это может означать, что их технология обнаружения и/или прицеливания использует данные, собираемые со всех сторон - в трех измерениях, - и поэтому менее эффективна под землей.
– Я не понимаю. Почему это приводит к взрывам большего размера?
Киммелс выставил свои указательные пальцы и уставился в пространство между ними, как будто ответ находился там, и его можно было волшебным образом извлечь именно оттуда.
– Ну, если у них возникают трудности со считыванием признаков жизни или получением точного прицела на чье-то местонахождение, они могут просто увеличить количество используемой энергии и уничтожить большую область… теоретически.
Трудности со считыванием признаков жизни.