Угол смерти
Шрифт:
Элегантная Метлицкая бросила на Шеину уничтожающий взгляд.
– Можно применить к Министерству экономического развития тактику «Выжженная земля».
– Или включить психологическую атаку «Корзина с крабами», – Красотка Зубова мило улыбнулась. Она была монументальней Гали. Но от новенькой исходило теплое энергетическое сияние. Она вся светилась юной, притягательной для мужчин, сумасшедшей сексуальностью.
– Всё это как-то отразится на работе МЭР? – спросил Ваулин. Он с трудом оторвал взор от нежной 23-летней девушки за столом.
– Очень негативно? –
– В общем, да.
– Полкоманды сядет на антидепрессанты.
– У меня тоже есть идея. – Коротич поднял руку в фашистском приветствии.
– Так, дорогие мои, – Ваулин посмотрел на часы, – давайте-ка отформулируйте все мысли красиво и киньте нам на ящик.
– О-кэ.
– Галина, пенаты вам выделит Олег Семенович. – Барышева показала сигаретой на Марголина. – Поделитесь с новенькой мебелью.
– У нас скоро совещание у Руфа. Поэтому все свободны, – подвел черту Тимур Георгиевич.
Коллектив потянулся к выходу. Коротич сразу оказался рядом с Шеиной.
– А ты изменилась, Гала. Я еле узнал!
– Александр Павлович, извините, мне надо быстро тут все закончить и бежать, – Галина Юрьевна холодно ответила и обратилась к Марголину: – Нам куда?
– На третий этаж.
Сразу, как только закрылась дверь, Людмила Александровна затушила окурок и сказала пафосно:
– Посмотришь, Тима, эта бомбочка нам еще аукнется!
– Ну, Люся, ты же знаешь, надавил Молочков, – отбился Ваулин, натягивая плащ на теплой подкладке.
– Секси через край! – Барышева посетовала, вдевая руки в рукава дубленки. – Саша бросит Наташу. Та начнет мстить. «Корзина с крабами» будет у нас, понял?
– Ладно, поехали. – Тимур Георгиевич достал ключи из кармана. – Во-первых, её бойфренд – известный рокер. Во-вторых, Руф тоже абсолютно очарован.
– А что написал Чехов?
– Что?
– Нет ли тут змеи под цветами?!
Барышева выскочила из кабинета с назидательной репликой. Дуумвират в темпе пересек холл, загрузился в белый «мерседес» и выехал со двора.
7. Монпелье, Франция
Ночное небо в клочковатых облаках с полукругом желтой луны обдавало старинный город легкой прохладой. Жан Буало притаился за стволом раскидистого дуба в монастырском дворе и смотрел вверх, собираясь на рисковое дело. Впрочем, ничего особо трудного не ожидалось. Просто вор-рецидивист слушал далекое пение ночной птицы в тишине. Через несколько минут ему могло повезти, и тогда перед ним замаячат новые блестящие перспективы. Тогда, возможно, на целый год он будет обеспечен красивой беззаботной житухой…
Жан Буало плюнул, вздохнул поглубже и перевел взгляд маленьких злобных глазок на темное окно в стене напротив. Он знал, что в одноэтажной пристройке к нефу собора Сен-Пьер сигнализация отсутствует. В ней располагался просторный туалет, который охрана закрывала изнутри на замок.
Сумрак монастырского двора давил на психику. Вор для храбрости втянул носом щепотку кокса с тыльной стороны кисти. Подождал, пока в голове запульсировала задорная мелодия песенки: «Я вновь
Секрет проникновения в туалет был прост. Роста в Буало было всего 162 сантиметра, миниатюрность телосложения позволяла ему проникать в любую щель чуть шире черепа. До открытой форточки в верхней части окна он вскарабкался по голой стене, как человек-паук. Прислушался. Где-то внизу попискивала крыса или мышь.
Влезть в форточку сбоку мешала открытая створка. Жан поднялся выше по кирпичной кладке, уцепился за жестяной водосток, проверил конструкцию на прочность. Металлический желоб не дрогнул под тяжестью тщедушного тела. Тогда Буало повис на руках, затем встал ногами на фрамугу окна. Выровнял свое положение в вертикальной плоскости. Теперь ему предстояло спуститься вперед ногами в черный квадрат форточки. Потеряв на мгновение равновесие, он мог упасть прямо шальной головкой на древние валуны внизу, поросшие зеленой травой.
Но вору опять повезло – ниже водостока он обнаружил глубокую щербину в кирпичной кладке. Вонзив в неё крепкие пальцы обеих рук, Жан храбро бросил тонкие ножки в кроссовках во внутреннюю пустоту сортира. Чуть не сорвавшись, альпинист-любитель снова повис на руках… И тут левая нога в лихорадочном желании остаться не сломанной нащупала оконную ручку. Часто дыша и покрываясь потом от невиданных физических перегрузок, Буало исхитрился сунуть конечность в скобу. Но падение все же грозило. В крайнем случае – перелом позвоночника. Правой рукой он наткнулся на щербину пониже. И вовремя. Левая клешня бессильно царапнула ногтями по стене. Костлявое тельце кинуло вниз, но недалеко. Жан приземлился узким тазом на фрамугу и оперся на раму форточки. Она предательски закряхтела, но не отвалилась. Всё. Можно было немного отдышаться. Однако рассиживаться долго было опасно – в любой момент в сортир мог зайти храмовый страж.
Жан, тихо ругаясь, крутнулся в форточке и повис на животе. Стал извиваться змеёй, пока не нащупал подошвами обуви подоконник.
Наконец ловкий парень смог выдохнуть с облегчением. Он стоял на мраморном подоконнике церковного туалета и с жадностью вдыхал вонючий воздух. Жив, цел и невредим…
Жан легко спрыгнул на пол. Здоровенная крыса ударилась острой мордой в кроссовку и юркнула под белую дверь кабинки.
– И мне туда же, – зловеще ухмыльнулся Жан, вошел в отсек из деревянных перегородок, по-хозяйски уселся на холодный унитаз.
Дыхание почти восстановилось. Он снова насыпал на мелко дрожащее запястье немного белого порошка из пластиковой баночки. Всосал носом кокаин. Передернулся всем телом. Расслабленно отвалился спиной к стене.
– Отхвачу свои двадцать кусков и смоюсь в Алжир, – мечтательно прошептал малорослый джентльмен. Он растянул чувственные губы в широкой улыбке. – Там такие умелые попки у черных телок…
За туалетной дверью явственно раздались грузные шаги охранника. Жан мгновенно встал, вынул из наплечной кобуры пистолет, прикрутил к дулу глушитель.