Угадай кто
Шрифт:
И все же взгляд его сам собой устремился мимо блестящих ботинок к краю кровати: оттуда что-то высунулось. Кажется, палец. Потом еще два. А потом и вся рука, сжимающая пуховое одеяло.
Душа его ушла в пятки. Что-то зашаркало со всех сторон, заерзало, звуки становились все громче, дыхание тоже. И теперь…
Они пробуждались.
4
И вдруг – чье-то лицо. На другом конце кровати. Блондинка. Девушка лет двадцати, может, больше. Такая же, как и он,
– Привет, – промямлил он.
Хриплый голос его надломился, дал петуха, и приветствие прозвучало скорее как угроза. Он попробовал еще раз.
– Привет!
На этот раз получилось чуть лучше.
Девушка снова возникла из-под кровати, правда, теперь он видел одни только глаза. Взгляд метнулся к наручникам. Замешательство в глазах усилилось. Но, с другой стороны, он ведь прикован и не сдвинется с места; возможно, именно поэтому она снова высунула голову.
– Что… Что тут происходит? Где я? – Голос ее был тих и испуган. – Что вы со мной сделали?
Он ошарашенно посмотрел на нее:
– Да я сам недавно очнулся здесь, как и ты.
В подкрепление слов он звякнул наручниками. Кажется, помогло. В ее глазах мелькнуло понимание. Мгновение они не отрываясь смотрели друг на друга, словно делились страхом.
На полу послышалось шевеление, и девушка опустила взгляд. Он ничего не видел, но девчушка вдруг вскочила и отпрыгнула в сторону. Бедром стукнулась о письменный стол, и меню услуг по обслуживанию номера повалилось. Она коротко взвизгнула.
Теперь он разглядел ее внимательнее. Джинсы. Бледно-желтая рубаха с капюшоном. Обычная девчонка, ничего особенного. Рассматривая ее, он заметил с левой стороны груди… что это? Похоже на этикетку.
– Тут люди, – сказала она, тяжело дыша. – Тут еще какие-то люди.
– Знаю, – отозвался он.
Говорить, кажется, стало легче; это как с машиной: крутанешь ручку – и мотор заработает.
– Сколько их? – спросил он.
– Я не… не знаю…
– Мне надо знать сколько.
Зачем? Почему это для него так важно? Возможно, потому, что чем больше людей, тем хуже ситуация.
Она услышала его голос – его обычный повседневный голос, – и у нее в глазах мелькнуло узнавание. Она ошарашенно смотрела на него. Впрочем, он чуть ли не каждый день видел такой взгляд.
– Погодите, – сказала она. – А вы кто… Вы, случайно, не…
Она хотела сказать: «Вы, случайно, не Шеппард?» Но это только все усложнит, а время сейчас дорого. Он всегда существовал на грани – с первого взгляда узнать его было непросто, но со второго – наверняка.
– Так вы…
– Да, да.
В обычной ситуации этот обмен репликами ему бы очень понравился.
– Так сколько там их?
– Господи… Тут их четверо. Девочка. Двое
– Дышат?
– Кажется, да. И шевелятся – женщина и девочка точно шевелятся. Остальных не хочу проверять.
– Нет-нет, иди к двери, все в порядке.
Он то и дело терял девушку из вида – ее шатало. Истерика – враг движения вперед. Он глубоко вздохнул.
– Ты просто выйди отсюда. Пойди и найди кого-нибудь… нам нужна помощь. Тебе надо пойти и найти, кто может помочь, поняла?
– Что это? – проговорила она, а взгляд ее метался по полу.
Слава богу, он не видел, что там такое.
– Не знаю… но прошу тебя – иди к двери, слышишь?
Он почти умолял ее. Господи, как он дошел до жизни такой?
«Очень интересно, что вы будете делать дальше».
Девушка встряхнулась, на пол уже не смотрела. Прошла в сторону ниши, где должна быть дверь, скрылась из вида. Похоже, увидела дверь. Он оказался прав: дверь именно там. Конечно. Пока шла, девушка два раза резко вильнула в сторону. Обходила лежащих. Он их, конечно, не видел, но догадался. Потом зашла в нишу и пропала из поля зрения.
Опираясь на наручники, он подался вперед и, как мог, повернул голову, но так ничего и не увидел. Зато услышал, как она пытается открыть дверь, дергает ручку. Поворачивает то вверх, то вниз. Но – ни звука, говорящего о том, что дверь открывается. Почему?
– Наверное, электронный замок, – услышал он голос. – Тут красная лампочка горит. Никак…
Новый звук. Скрип, еще раз. Она пробует открыть замок, на этот раз обычный, не электронный.
– Не открывается. Заперто.
Почему?
– Ты видишь там электронный замок? Типа щели в стене, чтобы ключ-карту вставлять?
– Нет, тут нет ничего. Тут…
– Посмотри в глазок на двери, – сказал он, – может, кто-то пройдет мимо. Должен же быть…
«Хоть кто-то. Все равно кто».
Удар. Потом ее голос.
– Вижу коридор.
Серия ударов. Она колотит в дверь. Бам, бам, бам. Продолжает стучать, все громче, – кажется, будто она хочет пробить в ней дырку.
– Эй! Кто-нибудь! Нас здесь закрыли! Мы не можем выйти!
За грохотом ударов он услышал и почувствовал кое-что еще. Кто-то был совсем рядом. И что-то бормотал. Словно нашептывал ему в правое ухо. Он повернулся и встретился взглядом со старухой, чью голову увенчивала копна длинных черных волос. Секунду они смотрели друг на друга, и вдруг она заорала пронзительно, и он пожалел о том, что не может заткнуть уши.
5
Барабанные перепонки его едва не лопнули – старуха испустила такой пронзительный, такой животный вопль, что казалось, он переполошит всех в этом здании. Она вскочила на ноги и забилась в угол; ему теперь трудно было ее видеть, она оказалась вне зоны его обзора.