Удержать!

Нетт Евгений

— Доступ к складу будет перекрыт сразу же, как это станет возможным. Можешь сосредоточиться на иных задачах.

— Принято, коммодор. Спасибо.

И связь отключилась, вернув мысли Хирако в десантный отсек челнока, где и был развёрнут небольшой командный пункт. Смешно, но коммодор приносил максимальную пользу именно отсюда, крайне изящным образом выйдя из области, можно сказать, сетецентрической войны, из-за которой командование прямо из штаба усложнялось в разы. Каюррианцы, конечно, справлялись, и даже доминировали над противником, но проблемы всё равно испытывали…

— Сорок седьмой, мне нужно твоё заключение. У тебя есть

доступ ко всей тактико-стратегической информации? — Хирако ничего не стоило выйти на связь с любимым юнитом Аполло, который к тому же находился совсем рядом. Никакого смысла присутствовать в челноке лично для него, в отличии от Хирако, не было, так что этот своенравный, истинно Каюррианский дроид обретался на последнем этаже занимаемой ими высотки.

— Верно, коммодор. — Упомянутый коммодор поморщился от того, что сорок седьмой решил вместо систем скафа задействовать внутреннюю связь челнока. — Я внимательно вас слушаю.

— С какой вероятностью мы… — Хирако замолчал на долю секунды, будто бы выискивая в себе решимость продолжить. — … сражаемся сами с собой?

Установилась довольно продолжительная тишина, которую мужчина списал на то, что даже такой нафаршированный вычислительными блоками бочонок, как Ю-47, не может дать ответ на сложный вопрос моментально. И, покуда сорок седьмой молчал, Хирако раз за разом возвращался к своим мыслям и искал ошибку в логической цепочке, выстраиваемой со всем тщанием. Найдись такая, и коммодор бы выдохнул, вот только своими силами сделать это никак не получалось.

— Такая вероятность весьма высока, коммодор.

— Но ты в этом не уверен?

— Уверенность — слишком абстрактное понятие, коммодор. — Хирако открыл было рот, но машина продолжила. — На ваш вопрос сможет ответить командующий Аполло. Он пришёл в себя, а его шасси приведено к его изначальному состоянию.

— В смысле к изначальному состоянию? — Коммодор едва не выронил из рук персональный терминал, на котором очень удобно было вести заметки. Ведь когда он в последний раз видел своего невезучего товарища, тот выглядел лучше, чем могло бы быть, но всё равно весьма паршиво. Корпус уцелел, благодаря чему Аполло и выжил, но вот его манипуляторам, в частности ногам, повезло значительно меньше. А восстановление весьма сложных устройств, позволяющих киборгам быть киборгами, а не мозгами в банках с полубесполезными механическими протезами, было процессом не менее трудоёмким и сложным, чем их создание “с нуля”. Это настолько очевидно каждому разумному галактики, что у Хирако даже не было мысли о возвращении Аполло в строй до завершения операции и прибытия домой. — Сорок седьмой, сколько, напомни, к тебе подключено баз данных?

— Сорок семь тысяч двести одиннадцать. — Спокойно отчитался остающийся всё таким же безучастным дроид.

— И можно ли, по твоему мнению, восстановить хотя бы один палец киборга, если тот был отделён от тела? — Хирако знал ответ на этот вопрос, ведь он сам не раз интересовался самим процессом перемещения мозга в механическое тело и проблемами, с этим связанными. Лишь идиоты считали, что деньги — единственное препятствие на пути кибернетизации, и лишь подошедшие к вопросу со всем тщанием разумные понимали, сколь неприятен и сложен этот путь.

— В том случае, если имитация нервных тканей и синтетических мышц не повреждена или повреждена незначительно, восстановление возможно. Тем не менее, это не практикуется из-за опасности

побочных эффектов, будь до фантомные боли или проблемы с использованием восстановленной части тела. В случае с командующим Аполло, имела место быть именно такая ситуация, и я действовал в соответствии с имеющимися инструкциями.

— Игнорируя негативные последствия привести Аполло в сознание? — Хирако тяжело выдохнул. Перед глазами стояла картина, которую он же лично и лицезрел — вынутый из-под завалов Аполло, ноги которого придавило таким образом, что что-то сложное, тем более настолько, уцелеть никак не могло. А перебитая синтетическая мышца, как и нерв, восстановлению не подлежала. — Говоришь, он уже очнулся?

— Верно, коммодор.

— Тогда я туда. Если будет что-то серьёзное — сообщишь. — Иных срочных и не терпящих отлагательства дел у Хирако не было, а до прибытия первых МЛА к любимому складу Галла оставалось что-то около четверти часа. До этого момента коммодор дёргаться не собирался, оставляя рутину и микроменеджмент сил дроидам-тактикам и их аналогам.

На то, чтобы спуститься к одному из самых безопасных, и одновременно с тем близких к выходу на крышу помещений у коммодора много времени не ушло. Ему не надо было ничего опасаться, так как штурмовые отряды давно устранили солдат, которые посчитали “Керр-Тоа” виновным в смерти своего командира-майора, в отличии от Аполло взрыва не пережившей. Условились они так, что если женщина пропадёт с радаров, то на приступ пойдут её элитные бойцы, которым пиратское отребье должно было быть на один зубок.

Никто ведь не предполагал, что за оборону высотки возьмутся такие боевые дроиды, а после к ним ещё и подкрепление прибудет.

Единственное, о чём можно было теперь сожалеть — потеря Керр-Тоа, личину которого после вмешательства штурмовиков миротворцев использовать было слишком опасно. Да, имперский спецназ остался в коридорах здания в полном составе, но были и сторонние наблюдатели, зафиксировавшие каждую деталь этой стычки с, пожалуй, самого её начала. И если от обвинений в нападении Хирако ещё мог отбрехаться хотя бы тем, что его дроиды пришли за пиратами, которые повсеместно использовали реквизированное у имперцев добро, то вот появление Керр-Тоа где-либо кроме расстрельного полигона вызовет слишком много вопросов. Так что четырёхрукий киборг официально мёртв — да здравствует киборг двурукий!..

— Признаться, я вообще не ждал того, что ты очнёшься до возвращения на Каюрри. — Натянуто улыбнулся Хирако, едва ступив в… ну, палатой эту комнату назвать было сложно хотя бы потому, что офис на палату никак не тянул. Да и Аполло не лежал, а вполне себе стоял перед мобильным терминалом — вникал в курс дела. — Как ноги?

— Превосходно. Особенно на фоне того, чего можно было ожидать. — Хирако странно улыбнулся и покивал в такт своим мыслям. — А ты, я вижу, решил подключить к делу всех, до кого дотянулся?

— Скорее тех, кому можно доверить столь непростую задачу, как командование. — Хирако подошёл к Аполло практически вплотную, начав внимательно того рассматривать. “Киборг” в ответ на это обернулся, удостоив коммодора ответной любезности. — Знаешь, о чём я спрашивал сорок седьмого?

— Я не подначивал отребье устраивать теракты, если ты об этом.

На скулах коммодора заиграли желваки, а он сам отступил на полшага назад и даже присел на корточки, опустив лицо прямо к “чудом восстановленным ногам киборга”.