Удар
Шрифт:
– Очень бы хотел знать, зачем и кто за этим стоит.
– Что вы намерены делать сейчас?
– Хочу попытаться вернуться к своим друзьям, – ответил Тайгер.
– Они далеко? Я могу провести вас под землей.
Тайгер назвал район.
Дэйв потер подбородок:
– Далековато! Это уже пригород. Канализация вряд ли туда подходит. Может быть, новая система, но, даже если и так, по ней не пройти. Она слишком узкая. Но вы можете пока оставаться у меня. Столько, сколько вам будет нужно. Надеюсь, вы не верите в тот бред, что у Михеля Дэйва отсырели мозги.
– Знаете, так считали многие. Особенно когда вы замахнулись на Монте-Карло.
В глазах Дэйва блеснул гнев.
–
– И каким же образом ему это удалось?
– Связи! Плюс восемь миллионов на взятки должностным лицам, на подкуп ученых авторитетов и распространение слухов, которые подкреплялись учеными статьями во многих газетах мира.
– И что же это были за статьи? – поинтересовался Тайгер.
– Об открытии нового сверхдешевого и экологически чистого топлива, – ответил Дэйв. – Еще три миллиона отец потратил на постройку первого завода для производства новых двигателей. Еще пятьсот тысяч для постройки первого демонстрационного образца автомобиля, работающего на новом топливе.
– И что, действительно существовало такое топливо?
Дэйв, улыбаясь, посмотрел на Тайгера:
– Ну вот, вы тут же и поверили, а представляете, как всполошились арабы. Сначала только слухи, потом научные статьи. Два миллиона ушло на разработку псевдонаучной теории, которая стала основой для изобретения. Потом появился первый завод для изготовления двигателей, работающих на новом топливе, и, наконец, первая машина с таким двигателем. Серьезный человек тратит серьезные деньги. Это убеждает. Еще до постройки завода акции нефтяных компаний на бирже стали падать. После постройки завода они стремительно пошли вниз.
Арабы попытались выкупить изобретение, а потом и украсть. Но как можно украсть то, чего на самом деле нет.
– А как же двигатель?
– Двигатель действительно был чудо-изобретением, поскольку работал сам на себе. Его построили два голландца. Час его работы стоил тысячу долларов, так что все было, так сказать, почти материально. Но отец все равно не смог переплюнуть славы деда, который, чтобы скупить огромные земли, десять лет готовил свою акцию. Но это уже отдельная история. Без соответствующей подготовки вы вряд ли что в ней поймете. Результат этих двух акций, деда и отца, явился основой того, что я вхожу в двадцатку богатейших людей мира. Так что по части скупки Дэйвы мастера. Это у нас фамильное. Кстати, вы стоите на первом месте в двадцатке!
– Стоял! – заметил Тайгер.
– Да, к сожалению, –
– Ну а что за всем этим стоит? Должна же быть какая-то идея. Нельзя же так просто с бухты-барахты встать утром, пойти скупить все игорные и питейные заведения и закрыть их, как вы сделали в Оттаве.
– У моих компаньонов был замысел заменить игровой бизнес на чисто развлекательный. Ведь существует такое святое место, как Диснейленд, например. Они хотели сделать такое же для взрослых. А у меня, что ж, у меня была идея… Давайте кофе пить. – Дэйв неожиданно прекратил рассказ и поднялся из кресла. Пройдя к навесному шкафчику, он достал из него термос и чашки.
– У вас бывают гости? – спросил Тайгер, заметив в шкафу еще пару таких же чашек.
– Бывают, но, к сожалению, редко. Последний раз около года назад. Многие не прочь погостить у Безумного Михеля месяц-другой, наслаждаясь покоем и безопасностью…
– Многие?! – перебил его Тайгер.
– А вы думали! – взглянул на него Дэйв. – Когда находишься на верхних ступенях общества, даже не подозреваешь, сколько народа находится в бегах, сколько выпало из социальной системы, сколько не желает жить так, как живет общество. Они селятся в заброшенных домах, не всегда досыта питаются, но при этом они свободны. Да! – Дэйв с задумчивым видом отхлебнул кофе. – Многим бы по душе пришлось жилище Безумного Михеля, но их часто ловят, знаете ли. А человек может проболтаться. Потому я очень осторожен в выборе гостей.
– Почему же вы пригласили меня? – спросил Тайгер.
– Вас? – Дэйв на миг поднял на Тайгера прозрачные глаза, которые выглядели гораздо моложе своего владельца. – Вы уже не один месяц в бегах, и, несмотря на то что ищут вас очень тщательно, вы не попались. Значит, вы человек нелегкомысленный. На вас можно положиться. Тем более, у нас с вами очень схожие ситуации.
– Гораздо более схожие, чем вы предполагаете, – заметил Тайгер. – Кстати, вы так и не объяснили мне, что побудило вас скупить все питейные и игорные заведения Чикаго.
– Это не так просто объяснить, – произнес Дэйв глуховатым голосом, придерживая двумя руками чашку с кофе. – Отчасти я хотел сделать людей равными, невзирая на разную толщину их кошельков, пусть хотя бы в некоторых аспектах жизни. Чтобы богатым осталось меньше мест, где они могли демонстрировать свое богатство. Ах, какая это порочная и заразная страсть – демонстрировать, как ты богат. Уж я-то знаю. Человеку необходимо жилище, в котором не холодно и не течет крыша. Машина, которая не ломается, и деньги, чтобы пригласить друзей, провести отпуск, сводить женщину в ресторан. Остальные деньги для чего? Чтобы с каменной рожей подъехать на шикарном лимузине к немыслимо дорогому отелю, снять на два дня номер из четырех комнат, в две из которых вообще не зайдешь. С невозмутимым лицом выпить стакан чая за сто долларов и так далее. Как много придумано к услугам того, кто хочет показать, как он богат! Вдобавок это так тонко сделано, что порой ты и не подозреваешь, что демонстрируешь. Тебе кажется, что это просто образ жизни богатого человека. А на самом деле это демонстрация достатка.