Удар змеи
Шрифт:
Пару раз Андрей замечал в удалении группки всадников по пять-десять человек и даже приказывал холопам разобрать с саней пищали - но каждый раз чужаки предпочитали исчезнуть, не приближаясь на расстояние выстрела. Похоже, вступать в схватку с отрядом вооруженных воинов татям показалось слишком рискованно. При таком раскладе коли и разживешься чем - но несколько жизней положить придется. А умирать разбойники отчего-то никогда не любили. Только убивать.
Еще три дня - и у самого горизонта путники заметили обширное темное, шевелящееся пятно. То ли табун, то ли стадо. Это означало, что они наконец-то выбрались из Дикого
Однако теперь, чем дальше обоз полз к Перекопской крепости, тем чаще Андрей вспоминал предупреждение о том, что в мусульманской стране христианам носить оружие запрещено. И когда тракт прошел между глубоко вдающимся в сушу лиманом Сюттень и небольшим городком из самых настоящих двухэтажных домов, пусть и окруженных многочисленными юртами, он приказал спрятать пищали в санях, под мешковиной и тряпьем. И только вечером сообразил, что в селении можно было попытаться купить сено для лошадей.
Дорога тем временем становилась все оживленнее. Навстречу путникам стали попадаться не только всадники или небольшие отряды, но и обозы в десятьпятнадцать телег. Татары поглядывали на русских недобро, но вслух никаких претензий не высказывали. Во избежание конфликта Андрей приказал править не по самому шляху, а немного в стороне, благо снега на побережье Черного моря было немного, чуть выше, чем по щиколотку, и сани в сугробах не вязли. Что хорошо в степи - так это равнина во все стороны, куда ни глянь. Где хочешь, там и поезжай. Ни тебе лесов и буреломов, ни тебе оврагов, ни тебе рек с крутыми берегами… Пока вокруг зима - без рек в степи даже удобнее.
На второй день возле шляха впервые встретился постоялый двор: глинобитный забор в полтора роста, способный защитить обитателей от дикого зверя или одинокого татя, навесы для лошадей, длинный дом с узкими окнами и единственной печной трубой. Заворачивать во двор Андрей не рискнул - послал на разведку Никиту, велев оставить на телеге пояс с ножами и сумкой и поменять добротный стеганый тегиляй на старый тулуп, который был подстелен для тепла на облучке. Уже через минуту тот, довольный, прибежал за серебром:
– Невольник на дворе сказал, за две полушки нагрузит, сколько увезти сможем. Дозволишь, княже?
– Коли так, - усмехнулся Зверев, развязывая кошель, - грузи все три.
Вскоре пищали, сундук и все походные припасы утонули под охапками колючего и почему-то совсем не пахнущего сена. Престарелый невольник, в валенках на голые ноги и в таком же, как у Никиты, драном халате, с покрытым мелкими шрамами лицом, перекрестил путников и, проводив сани за ворота, долго кланялся вслед.
Лошади, вечером вдосталь наевшись нормального корма вместо ледяной квелой травы, с утра пошли куда веселее и около полудня даже обогнали длинную колонну рабов. Невольники, связанные за шею одной общей веревкой, брели не глядя по сторонам, с опущенными головами. Одеты кое-как - кто в старой шубейке, кто в душегрейке стеганой, а кто и вовсе в рубахе. На ногах - обмотки. Одни мужики, ни женщин, ни детей. Руки не связаны, охрана - всего пятеро верховых на две сотни. Но…
Путники, сознавая бессилие, тоже отвели глаза и поторопили лошадей, уезжая вперед от режущего душу зрелища.
Постоялые дворы стали попадаться все чаще и чаще, по три-четыре за день. А когда шлях, обогнув Сиваш, повернул на юг, к Перекопской стене - они стояли уже чуть ли не через каждую версту. Один из таких дворов бросился в глаза благодаря неожиданному украшению - остроконечному шатру с позолоченным крылатым львом вместо флюгера. И Зверев, порядком уставший за полный месяц пути от Тулы до Крыма, решил сделать остановку.
– Никита!
– натягивая поводья, позвал он холопа.
– Загляни, узнай, баня у них тут есть?
– Сей минут, княже… - бодро отозвался слуга. Расстегнув пояс, уронил его поверх тулупа и бодро побежал к запертым воротам. Постучал.
– А коли языка они нашего не понимают, княже, тогда как?
– спросил Мефодий с задних саней.
– Коли не понимают, зачем нам тут ночевать?
– пожал плечами Зверев.
– В другой поедем.
И тут Никита махнул рукой от приоткрытых ворот:
– Мыльня есть, княже! Бани нет…
Андрей покрутил головой:
– Э-эх, степь да степь кругом. Нет леса - нет дров. Нет дров - нет бани. Ладно, заворачивай. Пусть будет «мыльня».
Дворик постоялого двора оказался чистым и уютным - вдоль одной стены шли навесы для лошадей, причем стойла разгораживали плетеные перегородки, и в каждом имелись свои ясли, уже забитые сеном. Напротив тянулся низкий глинобитный барак с узкими дверцами и маленькими окошками. Если бы не окошки, Андрей подумал бы, что хлев. Навстречу тут же выбежали служки, сразу трое. Причем все - в сапогах и кафтанах. Пусть не новых - но вполне опрятных.
– Милости просим, гости дорогие, - принимая поводья, поклонился самый старший из них, лет пятидесяти на вид, с редкими седыми волосами.
– Милости просим, - на таком же чистом русском языке поздоровались остальные.
– Невольники, что ли?
– сообразил Зверев.
– Бог милостив, - перекрестился старший и опасливо оглянулся на дом.
– У фряга еще ничего. Чай, не сарацин. Дозволь покои лучшие тебе показать, боярин. Самые достойные, что токмо в доме есть.
Раб передал повод своим товарищам, сам с поклоном указал в сторону барака.
– Что это такое?!
– повысил голос Андрей.
– Ты куда родовитого князя упечь намерен?!
– Не сомневайся, княже, - вскинул руки служка, опять нервно глянув в сторону дома, - здесь все покои самые ни на есть наилучшие! А что неказисты с виду, так это дабы сарацины не просились. Откель у степняков здешних немытых серебро за палаты дорогие платить? Хозяин и христиан честных, и купцов заморских, и сородичей своих завсегда сюда селит. Дом же для утехи татар здешних стоит. Магометяне, они внешним лоском прельщаются, достойными себя мнят. А что светелки в доме плошее, так то им невдомек. И угощение любое тебе принесем, княже. Хочешь, сарацинское, а хочешь и ветчину, али вино пряное, что законы сарацинские запрещают, принесем? Они пусть давятся кониной своей под шатром, вам же любую снедь приготовить можем…