Удар в спину
Шрифт:
Он попробовал наддать, но все равно не поспевал за сержантом. Тот обогнул два сгоревших танка, почти что взбежал по стене, завертелся там волчком, разбрасывая людей. Все умерли, не успев долететь до земли, а Романа словно хлестнуло тросиком, едва не разрубив на бегу. Он начал карабкаться, ощущая, как медленно все делает, силясь избавиться от ощущения, что трос сейчас взрежет ему руки.
Снова раздались выстрелы и тут же вокруг начали рваться снаряды.
— Быстрей! — сержант рванул его за воротник,
За спиной все тряслось и дрожало, стены вокруг тряслись и дрожали, сержант тащил Романа одной рукой, душа на ходу. Автомат в его руке стрелял, люди впереди падали, Роман хрипел и силился избавиться от хватки или хотя бы расстегнуть пуговицу.
— Бегом-бегом-бегом! — раздался возглас и Романа отпустило.
Он извернулся, рванул из позиции низкого старта, прямо по коврам здания, сейчас густо усеянным пылью и залитым кровью. Кто-то еще пытался реагировать на появление сержанта, но тот то ли озверел, то ли торопился, двигался еще быстрее, вообще не воспринимался глазом. Только и слышно было щелчки выстрелов, удары в тела, хрип умирающих.
— Командир! Не стреляйте!
— Дюша, ты что ли?! — могучий выкрик.
— Кто ж еще вас спасет?
Дальше он выпалил какую-то тарабарщину, смесь названий, слов, щелчков и хрипов, в которой Роман вообще ничего не понял. Он стоял и озирался, ощущая, как вокруг уже стягиваются враги, бегут затыкать прорыв.
— Чего не сообщил?
Что-то свистнуло и стукнуло, затем заскрипело.
— И вызвать арэлгов? Кстати, вы сами чего их не вызвали?
— Так их здесь и не было!
— Осторожные твари, — зло выдохнул сержант. — Роман, давай, не спи!
Роман побежал, за спиной выстрелило, но он уже вбегал в могучую дверь, толщиной в несколько метров и та закрылась за его спиной. Собеседник сержанта — могучий двухметровый богатырь, не только выше Романа, но и шире в плечах чуть ли не вдвое — спросил:
— А это кто?
— Младший лейтенант Роман Калашников, начальство мое, а затем и напарник по забегу.
Это странное объяснение, как ни странно, устроило богатыря, он кивнул и словно потерял интерес к Роману. Стены снова задрожали и загудели.
— Опять лезут, бродяги! — выкрик откуда-то сверху. — Командир, пожалуйся Дюше, пусть им марш-бросок назначит, в качестве наказания!
И хохот на два голоса.
— Ты хотел увидеть Льва? — неожиданно спросил сержант, глядя на Романа. — Где он?
— Вон там, в штабной комнате, — дернул головой богатырь. — Так и не очнулся.
— Иди, — сказал сержант и Роман пошел.
Ступил в комнату, внутренне обмирая, и увидел живого генерала Льва Слуцкого, дважды Спасителя Федерации.
Глава 4
Затем Роман увидел, что Лев, хоть и живой, но не шевелится. Лежит без сознания и движения, и в целом росточком-то
Почтенного возраста, чего уж там, в которой уже не воюют.
— Я, — Роман сделал шаг ближе.
Теперь он увидел, что Лев лежит не просто так, на какой-то специальной каталке, поблескивающей и попискивающей огоньками. Что-то моргало и пиликало вокруг, но он не увидел всей этой машинерии, так как смотрел только на Льва.
Сердце сжималось, внутри что-то кололо, Роман ощутил, что задыхается.
— Так это правда, — выдохнул он через силу. — Они и правда ваши ученики, а вы… вы…
Повязки, едва ли не кокон из бинтов, кровь и запах гноя.
— Я…, — повторил беспомощно Роман, не зная, что тут сказать.
Ему хотелось упасть на колени, отдать свою жизнь взамен, потому что, ну просто потому, что это было неправильно! Роман растерял все слова, бекал и мемекал позорно, тянул паузы, но вот внутри все бушевало и ярилось. Как вообще могли люди пойти на такое?
— Как это случилось? — спросил он, словно Лев мог ему ответить.
— Очень быстро и яростно, — раздался голос сзади.
В дверях стоял тот же богатырь, что их встречал у входа.
— Полковник Андрей Майтиев, командир группы «Буревестник», — представился он спокойно.
— Младший лейтенант Роман Калашников, — Роман начал было восклицать, как положено по уставу, на середине подумал о Льве, растерялся, увидел, что полковник не отдавал воинского приветствия и растерялся окончательно, снова опозорился.
— Не замечал за Дюшей склонности к сентиментальности и взятию учеников, — задумчиво произнес полковник, опять оглядывая Романа.
— Все вышло случайно, я просто оказался рядом, когда майор Мумашев сказал, что нас будут убивать.
— А сам поди курил в этот момент, — искривил губы полковник.
Прошел к каталке со Львом, что-то проверил, начал нажимать кнопки.
— Он, — произнес Роман и осекся. — Генерал Слуцкий будет жить?
— Не знаю. Здесь точно не выживет. Эта реанимационная штука поддерживает в нем жизнь, не более.
— Чего не прорвались сразу? — сердито спросил появившийся сержант.
— Если ты такой умный, то, чего бегал по джунглям с голой задницей? — сердито отозвался Андрей, который богатырь.
Роман моргнул, отступил в сторону, опять бросив взгляд на Льва. Тот лежал неподвижно, выпятив челюсть, даже не думал вскакивать и командовать. Все это было настолько сюрреалистично, что у Романа снова закружилась голова, грудь сдавило, словно от нехватки воздуха. Конечно, воздуха вокруг хватало, местами даже свежего, несмотря на такой мощный обстрел, но Роман все равно задыхался.