Удар судьбы
Шрифт:
— Ну, так что? — нетерпеливо выспрашивал Лешка. — Чего узнал-то?
А узнал Владос много чего. Приют Галаиды оказался женским, и часть старших девочек по вечерам танцевала и ублажала клиентов в ближайших тавернах, и наверняка налог на занятие проституцией никем не платился. Получали ли при этом девушки какие-то деньги с клиентов или у них все забирали — это нужно было еще уточнять, как и то — в курсе ли всего этого попечительница приюта госпожа Харистина Карос, или приютские работники завели свой небольшой, но доходный бизнес в обход нее? Так сказать — левак. Если Харистина
— Хорошо, что тебе, Алексей, в отличие от судебных чиновников, ничего доказывать не надо — поверь мне, не доказал бы никогда, еще б и проблемы обрел! — усмехнулся на ходу Владос. — Как я понял, главное — просто установить истину.
— Угу, — кивнул Лешка. — Может, стоит вечером пойти в какую-нибудь таверну да расспросить девок?
— Может, и стоит, — задумчиво отозвался грек. — А, может, и нет — можем спугнуть. Лучше уж потерпеть до завтра.
На том покуда и порешили.
Яркое солнце, поднимаясь из-за бухты Золотой Рог, весело било в глаза прохожим. У ворот Святого Романа менялась стража, вооруженные кирками и мастерками рабочие под руководством толстяка подрядчика, крича и размахивая руками, столпились у акведука Валента — видно, определяли предстоящий объем работ и ругались из-за оплаты.
Свернув в переулок, начинающийся недалеко от крепостных ворот, одетые в темно-серые туники приятели — Владос и Лешка — подошли к запертой двери приюта. Владос важно держал в руках большую деревянную линейку, а Лешка — отвес и моток тонкой проволоки.
— Эй! — переглянувшись, парни изо всех сил забарабанили кулаками в дверь. — Открывай! Спите там, что ли?!
— Открывайте, мать вашу!
Лешка повернулся спиной и заколотил ногами.
— Вы кто? — в середине двери приоткрылась небольшая форточка, в которой замаячила чья-то смуглая бородатая рожа.
— Хрен в пальто! — нагло закричал Лешка. — Водопроводчики, не видишь, что ли? Тьфу ты, эти… техниты!
— Техниты?! А мы вас сегодня не вызывали.
— А нам плевать, что не вызывали! Открывай, борода — в квартале утечка!
— Но… я должен сперва посоветоваться…
— Иди, советуйся, — парни разом сплюнули. — Только мы ждать не будем — некогда. А приют ваш в черный список занесем. Никола, доставай список.
Ухмыльнувшись, Лешка положил на крыльцо проволоку с отвесом и полез в котомку.
— Сейчас, запишем. Какой это переулок?
— Галаиды.
— Ага, значит, приют Галаиды отказался допустить на важный объект технитов и…
— Эй, эй, погодите, парни! — явно испугавшийся бородач загремел засовом.
Заскрипев давно несмазанными петлями, отворилась дверь.
— Входите.
Друзья не заставили себя упрашивать дважды.
Пройдя по длинному полутемному коридору, ведомые неусыпным стражем приятели оказались на просторном дворе, разбитом на грядки и палисадники. У грядок, под присмотром тощей и длинной, словно оглобля, женщины с искаженным злобой лицом, напоминавшей Лешке одну злющую ведьму-воспитательницу из далекого детства, копошились бледные
— Акватруба где проходит? — деловито осведомился Владос.
— Идемте, покажу…
Громко насвистывая, «работники коммунального хозяйства» вслед за своим провожатым направились через весь двор куда-то в дальний угол, к сараям.
— Кто это, Варис?
— Техниты. Говорят, протечка у нас.
— Нет у нас никаких протечек! — надсмотрщица злобно оскалилась, но тут же махнула рукой. — Впрочем, раз уж пришли, так пусть смотрят.
Остановившись у сараев, «техниты» обступили керамическую трубу.
— Ну, что там? — нетерпеливо осведомился сторож.
— Не мешай, — строго взглянул на него Владос. — Сейчас, поглядим… О, да тут трещина! Придется замазывать. Хозяин, песок у тебя найдется?
— Песок? — сторож обернулся к надсмотрщице — или воспитательнице, черт ее знает, кем она тут была?
— Феофана, техниты песок спрашивают!
— А зачем им наш песок? Почему со своим песком не пришли? А ну, отвечайте!
Бросив девчонок без присмотра, Феофана подошла к лжеремонтникам:
— Как это так получается, что у вас ничего нет, а?
— А ну-ка, помолчи, дамочка! — разозлился Лешка. — Сейчас у меня сама будешь трубу заделывать, поняла?! Это ж надо! Довести до такого состояния важнейший объект! Что, раньше на трубу посмотреть трудно было? А?!
Не ожидавшая подобного натиска Феофана лишь беззвучно раззевала рот, словно вытащенная из воды рыба.
— Тысяча амфор воды через трещину испарилось! — поддержал приятеля Владос. — Думаю, уж никак не меньше!
— Да куда там меньше — больше! И кто-то за это ответит! Ну, что стойте?! Живо несите песок!
— И известку не забудьте!
— Мхх! — Лешка возмущенно махнул рукой. — Стоят тут, как эти… Это ж надо — до такого состояния ака… акра… акватрубу довели! Полквартала без воды оставили, сволочи! А мы-то думаем — где утечка?!
— Будем составлять акт!
— Может, не надо акта? — льстиво попросил бородатый Варис.
— Ты еще здесь?! — грозно посмотрел на него Владос. — А ну, живо тащи песок, не то сами ремонтировать будете!
— Да я… да я… враз…
— Известку не забудь! — крикнул Лешка в спину убегающему сторожу и повернулся к надсмотрщице: — А ты что встала? Заняться нечем? Стоит тут, смотрит, работать мешает.
Худое лицо воспитательницы пошло красными пятнами — на что и рассчитывал Лешка. Он хорошо — еще по прошлой своей детдомовской жизни — знал такой тип женщин, вернее сказать, старых дев, получавших несказанное удовольствие от помыкания какими-нибудь беззащитными существами, вот, вроде этих девчонок, что обрабатывали сейчас грядки. Начальство обычно таких мегер ценило — в группах всегда был идеальный порядок, ну а какими средствами он достигался, да и нужен ли был — никого не волновало. Сейчас, главное, было вывести надсмотрщицу из себя, унизить, громко, на глазах у подопечных девчонок. А Феофана не уходила, лишь чуть отошла в сторону — типа, не очень-то интересуют меня ваши дела,