Удар новичка
Шрифт:
— Немедленно отнеси это письмо мисс Шелли, — сказал я ему.
— Хорошо, сэр.
Наступила гнетущая тишина. Я закурил, подошел к окну и стал смотреть в сад. Внешне я держался спокойно, чего нельзя было сказать о моем внутреннем состоянии. Время тянулось очень медленно. Я посматривал на часы и думал: «Неужели моя уловка потерпит крах?».
В этот момент кто-то постучал в дверь и она открылась. Возле меня послышался деликатный кашель. Я повернулся и увидел посыльного.
— Мисс Шелли просит вас к себе, сэр. Следуйте за мной, пожалуйста.
Я направился за
Вестал Шелли лежала на тахте. Она была так мала, что я не сразу заметил ее. Копна рыжих волос окружала ее маленькую головку огненным нимбом. Она была какого-то болезненного вида. Ее костлявый нос был похож на клюв ястреба. Яркие красные губы подчеркивали большой рот. Ее огромные, глубоко посаженные глаза излучали необычайный блеск.
Мы смотрели друг на друга.
— Вы — Чад Винтерз? — у нее был удивительно глубокий голос, который странно контрастировал с ее ростом и худобой.
— Да, мисс Шелли. Я принял дела от Литбита. Не сомневаюсь, что мистер Стенвуд...
Я замолчал, так как заметил, что она намеревается перебить меня.
— Это вы написали? — В руке у нее была моя записка.
— Да.
В ее глазах промелькнули удивление и интерес.
— Продолжайте.
— До настоящего времени, мисс Шелли, вас не удовлетворяло ведение ваших дел моим банком. Как мне известно, банк давал советы, которые вы не могли принять. Одним словом, банк и вы находились на разных берегах реки. Я осмеливаюсь перейти реку и стать на вашей стороне.
Она продолжала изучать меня взглядом. Затем, после некоторой паузы, она произнесла:
— Вы меня заинтересовали, мистер Винтерз. Что же вы можете мне сказать о моей норковой шубке?
— Вы хотели, чтобы ее стоимость была включена в возмещение налогов. С точки зрения банка и налоговых властей, это безумное предложение.
Ее лицо ничего не выражало.
— Не следует обращать внимания на банк.
— Да, но вам нельзя с ним не считаться. Банковские счета принимаются налоговыми властями безоговорочно. Конечно, банк должен выдавать расписки, подтверждающие эти счета, но, насколько мне известно, они предоставляются достаточно редко.
— Продолжайте, мистер Винтерз.
— Единственное, что можно сделать для исполнения вашего желания... — Я сделал паузу, а потом закончил: — это совершить мошенничество.
Наступила довольно долгая тишина. Многое сейчас зависело от реакции мисс Шелли. Лицо ее по-прежнему ничего не выражало, а огромные глаза продолжали сверлить меня. На какое-то мгновение я потерял свою решимость и подумал, что я сам влезаю в петлю. Неужели она сейчас вызовет Стенвуда?
— Но ведь это может быть раскрыто.
Я с облегчением вздохнул. Она сказала именно то, что мне было нужно. Остальное ерунда! Если бы она не решилась на обман, то я бы пропал, но в ее голосе не было никакого колебания. Единственное, что ее интересовало, это смогут или
— Если учесть то, как именно я собираюсь обставить это дело, то риск может быть сведен к минимуму.
— Что вы собираетесь делать?
— В 1936 году ваш отец произвел ремонт на нескольких фермах. Этот ремонт был законным расходом и ему тогда удалось вытребовать возмещение расходов. Налоговые власти не потребовали расписок, а поверили на слово, что ремонт был сделан. У меня есть расписки, на которых я могу изменить даты. Эти расписки касаются ремонта трех ферм на сумму 30 тысяч долларов. Замечу, что этих расписок налоговое управление никогда не видело. Я думаю, что эта сумма покроит стоимость вашей шубки, мисс Шелли.
— Но, предположим, что чиновники захотят проверить сделанный ремонт...
— Но это очень маленькая вероятность и, конечно, если они проверят, то мы провалились. Однако должен вам сказать, что у них очень много дел и они считаются с «Пасифик». Обычно они верят нам на слово. За это я могу вам ручаться.
Мисс Шелли улыбнулась и кивнула. У нее были мелкие белые зубы.
— Я думаю, что за это стоит выпить бутылку шампанского. Вы, кажется, довольно умны, молодой человек.
Она дотянулась до звонка у своего изголовья.
— Надеюсь, что мы с вами поработаем достаточно долго.
Начало было великолепным. Перед мной открылись двери мира, в который я так стремился проникнуть. Теперь я должен был продвигаться вперед...
Харитс принес бутылку шампанского в серебряном ведерке со льдом. Он поставил ведерко на стол и открыл бутылку легким движением пальцев. Только время могло выработать такую сноровку. Он разлил шампанское в бокалы, один из которых подал Вестал, другой — мне, и удалился.
— За долгое, плодотворное сотрудничество! — сказала Вестал, подняв свой бокал.
Мы выпили. Это было самое отвратительное шампанское, какое мне когда-либо приходилось пить. Я едва сдержал гримасу, поднял глаза и увидел, что Вестал внимательно наблюдает за мной.
— Кажется, Харитс выжил из ума, — сказала она, поставив свой бокал. — Обычно такую дрянь я даю слугам по праздникам.
От злости меня бросило в жар.
— Может быть, он считает, что и это слишком хорошо для меня? — раздраженно спросил я.
— Может быть, мистер Винтерз, — ответила она, улыбаясь. — С этими старыми слугами иногда приходится нелегко. Не обращайте внимания. Он оценит вас, как только узнает поближе. Теперь, когда мы покончили с норковой шубкой, что вы мне можете сказать по поводу повышения платы за квартиру?
Не думайте, что я смотрел на все это так, как будто принимал ее улыбки за чистую монету. Она была снисходительна и приветлива лишь потому, что я согласился на то, что Литбит отказывался выполнять. Я был уверен в том, что она будет снисходительна лишь до тех пор, пока я буду ей нужен. Ей необходимо было получить возмещение за норковую шубку. Она также хочет повысить плату за квартиру и стремится продать дом на Западной авеню.
— Повышение квартирной платы? — спросил я удивленно. — Это легко устроить, если вы хотите.