Удар из прошлого

Троицкий Андрей Борисович

* * * *

В воскресенье, лежа в кровати, Тимонин смотрел в не зашторенное окно. Солнце, как вчера, как неделю назад, нещадно палило, а на небе не маячило ни единого облачка. Громким хриплым голосом он трижды позвал жену, но не услышал ответа. Тогда Тимонин встал, накинул на себя шелковый халат, расписанный цветными драконами, и глянул на часы. Уже полдень.

Тут он вспомнил, что жена Ирина Павловна ещё вчера в первой половине дня уехала к подруге на крестины годовалого сына. А повара и прислугу сам Тимонин отпустил к полудню, чтобы никто не видели, как он

напивается до поросячьего визга. Тимонин вышел из комнаты, прошелся по коридору второго этажа, заглянул в спальню жены, может, вернулась. Никого. Кровать застелена.

Жена могла бы и позвонить, – решил Тимонин, уже готовый обидеться. Ах, да, он отключил телефоны вчера вечером. Прогулявшись по второму этажу, Тимонин завернул в ванную комнату, сполоснул лицо холодной водой. Спустился вниз, вставил в розетку телефонный шнур. Он прошел в каминный зал, повернул за стойку бара, достал из холодильника и поставил на круглый поднос пару пива и литровую бутылку водки. Потом вспомнил о закуске, вытащил завернутые в фольгу бутерброды с белой рыбой и плошку креветочного салата.

Неся перед собой поднос, вышел на середину комнаты, к низкому стеклянному столику, упал в кресло. Он опрокинул в себя первую утреннюю дозу и уставился в темное чрево камина, облицованного голубой в белых прожилках керамической плиткой. Бездумное созерцание потухшего очага продолжалось долго, может, четверть часа или того дольше, но было прервано телефонным звонком.

Незнакомый мужчина спросил: «Это фирма „Юнион – Плей“? Вместо ответа Тимонин бросил трубку.

Еще месяц назад ему стало известно, то номер его дачного телефона почти полностью, с разницей в одну цифру, совпадает с телефоном диспетчерской службы фирмы «Юнион – Плей». Эта недавно открывшаяся контора, скрашивает мужской досуг, выписывая своим клиентам девочек на дом. Тимонин ещё тогда решил, что следует срочно поменять номер дачного телефона, но все откладывал это мелкое дело в долгий ящик. И вот теперь паршивые озабоченные кобели портят его досуг своими звоночками.

Тимонин съел пару ложек острого креветочного салата, не почувствовав его вкуса. Затем проглотил бутерброд. Тут телефон снова зазвонил. Тимонин, готовый разразиться матерной бранью, поднял трубку, но красноречия не потребовалось. Звонила жена.

– А, это ты, – сказал Тимонин.

– Здравствуй, милый, чем занимаешься? – спросила Ирина Павловна.

Тимонин плеснул в высокий стакан водки и пива.

– Работаю. Составляю договор о намерениях.

Он размешал водку и пиво пальцем, затем сунул палец в рот и обсосал его.

– Как ты себя чувствуешь?

– Нормально. А как прошли именины?

– Только не именины, а крестины. Все было на уровне. Я скоро приеду.

– Вот этого не надо. Не надо приезжать.

Тимонин помотал головой. Сейчас он испытал приступ головокружения. На пару секунд пол и потолок поменялись местами. Он запустил ладонь в карман халата, нащупал на его дне таблетки разной величины. Элениум, тизерцин, пиразидол…

– Сегодня я хочу побыть один, – сказал он. – Хочу поработать с документами. За неделю столько важных бумаг накопилось. Лопатой не раскидаешь. Бульдозером не разгребешь. Увидимся завтра, в понедельник. Целую. Люблю.

Разумеется, Тимонин соврал про дела и документы, потому что сейчас не хотелось никого

видеть, тем более жену. Кажется, супруга обиделась, её голос зазвучал тускло.

– Хорошо, тогда увидимся завтра, – Ирина Павловна положила трубку.

* * * *

Тимонин посмотрел в угол, где стояли напольные часы в деревянном корпусе. Пять вечера, как быстро летит время. До назначенной смерти, до развязки трагедии оставалось рукой подать. Ничего не подозревающий Тимонин вытащил из кармана халата пригоршню транквилизаторов, без разбора ссыпал их в рот и запил лекарство забористым ершом.

– О-ля-ля, – сказал он самому себе.

Внезапно он ощутил странный приступ слабости, не удержал стакан, который выпал из вялой руки, покатился по полу. Ковер быстро впитал в себя остатки ерша. Минуту Тимонин неподвижно сидел в кресле, обхватив голову руками. Но силы вернулись так же быстро, как ушли. Тимонин поднял стакан, налил в него пива и водки.

…Тимонин запил неделю назад. В прошлую субботу, когда хоронили его близкого друга и компаньона, совладельца фирмы «Эскорт» Окаемова, сорока трех полных лет, умершего от острой лейкемии. Тимонин хорошо держался во время тягостной процедуры погребения и не менее тягостных поминок. Вернувшись домой, он заперся в спальне, сел на кровать и горько разрыдался. Отплакавшись, вытер слезы, прошел в комнату и проглотил стакан водки. Душу, словно вдоль и поперек прошитую грубой дратвой, немного отпустило.

Но Тимонин уже не мог остановиться, он сорвался с нарезки.

Телефон, кажется, не собирался молчать.

– Слушаю, – сказал Тимонин.

– Это фирма «Юнион – Плей»? – тонкий мужской голос, кажется, принадлежал человеку, которому минуту назад дверью прищемили половой член. – Я не ошибся?

Снова звонят в это проклятое агентство по выписке блядей на дом. На этот раз Тимонин сдержался без всякого усилия, не выдал матерную тираду и не бросил трубку. Даже улыбнулся. Сдобренные водкой транквилизаторы действовали быстро.

– Не ошиблись, – ответил он. – «Юнион – Плей» – это мы.

– А вы диспетчер?

– Совершенно верно, я и есть диспетчер, – подтвердил Тимонин.

– Понимаете ли, лично я уже обращался в ваше агентство, – владелец прищемленного члена подбирал слова осторожно, словно боялся сказать что-то грубое, не так выразиться. – И остался вполне доволен. Так сказать, вашим обслуживанием, контингентом. Ну, и вообще…

– Очень приятно, что вы довольны, – отозвался Тимонин.

– Сегодня у меня просьба деликатная. Я бы хотел вызвать женщину на сегодняшнюю ночь. Но не для себя, для друга. Но есть одна заминка… Мой друг инвалид.

– Ничего, – успокоил Тимонин. – Девочки обслуживают всех, даже инвалидов.

– А надо доплачивать? Ну, за то, что он инвалид?

– Не надо. Обычная такса.

– Но у моего друга есть и ещё один, так сказать, минус. У него проблемы с потенцией.

– Не беда, – ободрил Тимонин. – Наши девочки ему на домкрате поднимут. Все будет хорошо.

– Но у моего друга серьезные проблемы с потенцией. Очень серьезные.

– Послушай, – в голосе Тимонина появилась человеческая заинтересованность. – Если твой друг инвалид и импотент, зачем ему вообще нужна девочка? Ну, для какой цели? Чего без толку деньги тратить?