Удача леди Лайзы
Шрифт:
— А как же! Если мы только на что-либо сгодимся. Думаю, это не будет противозаконным. Вы не хотите, чтобы удавили кого-нибудь полотенцем в постели, да, хозяин?
— Нет, ничего похожего — и я хорошо заплачу. Все, что нужно сделать вам или вашим приятелям, — это просто понаблюдать за одним моим знакомым джентльменом. Его зовут Джайлз Дэвентри.
При этом имени что-то странное промелькнуло на лице Джема. Он отвернулся и встал, чтобы повесить отвергнутый жилет в шкаф.
— Этот малый Дэвентри строит вам козни, хозяин? — спросил он, все еще смотря на злополучный жилет.
— Я не
Бронзовокожий великан встал и улыбнулся Джему утвердительной улыбкой. Новый лакей хихикнул:
— Ты слишком «незаметный», чтобы следить, но пригодишься, если придется туго.
Он проводил взглядом Рави Чанда, который уже величаво покидал комнату, а потом отправился к шкафу, чтобы достать другой жилет и представить его на суд Чада. Получив утвердительный кивок, он надел его на плечи хозяина. Покончив с одеванием, он отошел в сторону и взглянул с восхищением на то, что у него получилось.
— Здорово, сэр! Комар носа не подточит.
Чад скромно улыбнулся своему отражению в зеркале и, взяв перчатки и шляпу, вышел из комнаты.
Через несколько дней после разговора с Джемом Дженуари Чад стоял вместе с леди Чарити Рашлейк в центре знаменитого Египетского зала на Пиккадилли, глядя на мерцавший в мягком свете древний саркофаг у стены.
— Как я позволил вам уговорить себя? — сердито спросил он.
— Но мне так хотелось посмотреть выставку, — ответила безмятежно Чарити. — Никто ни о чем другом просто не говорит, вы знаете, — и я подумала... вы ведь так интересуетесь искусством, и, может, вам тоже будет интересно взглянуть. — Она взяла его под руку и повела к ступенькам, которые поднимались из центра первого этажа. — Я знаю, вы будете просто в восторге.
Чад остановился, подозрительно глядя на нее.
— С каких это пор вы так любите искусство древности, миледи?
— Ну как же, с тех самых пор, как это стало модно, — ответила она с вызывающим смехом и дернула его за рукав, потянув наверх. — Пожалуйста, пойдемте.
За ними устало шла Пегги, ее горничная, и, когда они поднялись наверх, Пегги с облегчением опустилась на ближайшую скамейку, неподалеку от своей неугомонной хозяйки.
— Вон там, — воскликнула Чарити, указывая на маленькие глиняные таблички, выставленные на ближайшей полке. — Видите на них картуш? В каталоге написано, что это именные таблички фараонов.
Чад заметил, что, пока Чарити говорила, глаза ее обегали зал, словно она кого-то искала.
Вдруг она перестала озираться по сторонам, и щеки ее залила розовая краска.
— О-о! — вскричала Чарити искренне. — Вон Джон Вэстон. Интересно, что он тут делает?
Отпустив рукав Чада, она быстро ускользнула через зал на противоположную сторону, где стоял молодой человек.
Чад подавил понимающий смешок. Вон оно что! Все задумано как нельзя лучше. Очевидно, на сегодня ему была отведена роль дуэньи — сопровождать для приличия влюбленных. Вздохнув, он пошел вслед за ней, а когда приблизился к молодым людям, Чарити
— Чад, вы знакомы с мистером Вэстоном? Мистер Вэстон экспериментирует с культурными растениями. Он провел со мной уже несколько захватывающих просветительных бесед на эту тему.
Она бросила полный надежды взгляд на Чада, и тот улыбнулся и выразил ей благодарность за то, что с ее помощью имеет возможность познакомиться с мистером Вэстоном.
Джон Вэстон покраснел и пробормотал нечто нечленораздельное, после чего наступило всеобщее неловкое молчание.
— Если вы хотите поподробнее осмотреть выставку, Чад, — сказала Чарити со смущенной улыбкой, — вам нет необходимости ждать нас. Я чувствую, что немного устала, и хотела бы ненадолго присесть. Я уверена, Дж... мистер Вэстон составит мне компанию.
Румянец Джона стал еще гуще.
— О да. Я... с огромным удовольствием, леди Чарити.
— В этом нет необходимости, — ответил любезно Чад. — Я заметил тут неподалеку скамейку, которая вместит нас всех.
Жаркий румянец полностью залил щеки Чарити, и глаза ее сверкнули.
— Полагаю, вы подумали, что я привела вас сюда специально, — выпалила она Чаду. — Вы думаете, что у нас с Джоном здесь свидание.
Джон протестующе поднял руку:
— Послушайте, Чарити. По-моему, не следует так говорить с мистером Локриджем.
— В самом деле, — ответил Чад, не реагируя на его слова. — Как мне кажется, вы назначили здесь встречу, не подумав о чувствах мистера Вэстона на этот счет. — Он обернулся к Джону. — На вашем месте я бы хорошенько подумал — продолжать ли в дальнейшем знакомство с юной мисс Маккиавелли. Она может навлечь на вас немало неприятностей.
— Ну знаете! — почти задохнулась Чарити и уже было открыла — рот, чтобы произнести резкую отповедь, но быстро закрыла его, потому что Чад одарил ее таким взглядом, от которого обычно младшие клерки прилипали к своему месту.
— И если вы думаете, юная леди, что я позволю послушно вовлечь себя в ваши планы, то сильно ошибаетесь. Я дам вам пять минут на ваши любимые сельскохозяйственные разговоры с мистером Вэстоном, а потом отвезу вас домой.
— Чад!
Это вырвалось как крик мольбы, и стоявший рядом с ней Джон сделал неловкое движение, казалось, он не знал, должен ли он ободряюще взять Чарити за руку или обидеться, а может, то и другое вместе.
— Мы вовсе не хотим вести себя нечестным и недостойным образом, — проговорил наконец он, и на Чада произвели впечатление юношеское достоинство и прямота молодого человека. — Но нам так трудно видеться друг с другом. Леди Бернселл и сестра Чарити, леди Элизабет, хотя и не выставили меня впрямую из дома, но...
— Но они так не одобряют и даже смотрят косо. Просто потому, что Джон — не виконт и не богат. Это несправедливо. Это неправильно! — почти закричала Чарити.
Против своей воли Чад улыбнулся.
— Я понимаю, — мягко сказал он. — Я сам был в вашем возрасте — и влюблен, и у меня отличная память. И я, — добавил он, — был бы рад вашей помолвке. Но я тем не менее не могу участвовать в том, что, согласитесь, можно назвать явным обманом вашей сестры и вашей матери.
— Да, но... — воскликнула Чарити.