Удача для Евы

Минаева Анна

Перепад настроения Олана был настолько неожиданным, что я почувствовала, как у меня отпадает челюсть.

– А я-то тут при чём?
– наконец мне удалось выдавить из себя звуки, похожие на слова.

– Так по легенде Шакхарда...

– Легенды больше не существует, - обрубила я, уже жалея о своих словах.
– А если кто что у тебя спросит, можешь сказать, что мне нездоровится. Да и отпразднуй хорошенько в окружении светских львиц.

– Это сейчас была нотка ревности?
– усмехнулся этот остроухий индюк.

– Ты, кажется, забыл об артефакте, -

голос прозвучал настолько холодно, что у меня самой мурашки на коже проступили.

– Да, ты права, - его тон оказался не намного теплее.

Мужчина взял амулет в руки, сжал в кулаке и проговорил длинное заковыристое ругательство. Украшение засияло белым светом, на его фоне стали видны пылинки, танцующие в воздухе.

А потом Олан открыл глаза, устало вздохнул и положил потухший артефакт на стол.

– Ну что?
– держать себя в руках не представлялось возможным, ведь сейчас все встанет на свои места. Именно сейчас я смогу понять, почему я оказалась тут, а браслет одной из дриад в моем мире.

– Пусто, - через мгновение ответил колдун.
– Видимо, я что-то сделал неправильно.

– Тогда попробуй ещё раз!
– я вскочила со своего места, мне не хотелось верить, что отпустить ответы придётся так легко.

– Сегодня не могу, - посерьёзнел маг, - у меня закончился один из ингредиентов для проявления скрытых свойств.
– Завтра на балу смогу позаимствовать из запасов, хранящихся в башне.

– А сегодня никак, да?
– фыркнула я, понимая, что он специально отказывает мне.

– Увы, мне ещё для одной дриады рецепт косметического порошка составлять, - пожал плечами этот несносный субъект и повернулся ко мне спиной.

– 22 –

После нашего последнего разговора с Оланом прошло больше суток. Сейчас все слуги были задействованы в сборе их хозяина на бал в королевском замке. Я же сидела в своей комнате и мечтала о том, чтобы это все поскорее закончилось. Мечтала о том, чтобы чародей поскорее ушёл и поскорее вернулся с ингредиентом для пробуждения сил артефакта, мечтала, чтобы заткнулся Заг, который облаивал все, что двигалось. А двигалось сейчас в поместье практически все, разве что кроме меня, потому что, забравшись на кровать с ногами, я перекладывала из руки в руку свой выключенный мобильник и до последнего надеялась, что с моей отдохнувшей удачей его удастся включить.

Зачем мне это? Даже не знаю. Просто проверить то, что сохранились фотографии, сообщения, контакты. Что весь тот мир, который я считаю домом, существовал и существует.

В дверь аккуратно постучали и, не дожидаясь моего ответа, открыли.

На пороге стоял Олан в темно-бордовом сюртуке и узких чёрных штанах. Высокие сапоги, которые тут были в обиходе, он заменил на мягкие коричневые ботинки, доходящие до середины щиколотки.

– Ты не передумала?
– не церемонясь, уточнил мужчина.
– Платье твоего размера прибыло ещё вчера вечером.

– Нет, - голос слегка хрипел, я отвернулась к окну, прищурилась

от ярких солнечных лучей.
– Я не хочу никуда идти, ни с кем знакомиться и поддерживать видимость легенды, выдуманной Шакхардом.

– Ты так сильно расстроилась из-за неудавшегося поиска дриады?

– Нет. Не расстроилась, - соврала я магу.
– Ты ведь все равно сегодня вернёшься с необходимым ингредиентом, и тогда мы повторим попытку.

Олан что-то нечленораздельно пробормотал, но переспрашивать мне совершенно не хотелось. Мне не хотелось слышать его голос, потому что он доставлял мне какое-то странное и пугающее удовольствие.

– Я отбываю ближе к ночи, - голос резко похолодел, довёл меня до мурашек.
– Если передумаешь, знаешь где меня найти.

Дверь с хлопком закрылась.

И зачем ему брать меня с собой на «смотрины»? Разумных ответов моя логика мне не предоставляла, потому я постаралась задвинуть этот вопрос как можно подальше.

Из комнаты я так и не вышла, к еде, принесённой Абелью, не притронулась. Поднос с остывшим супом так и остался стоять на комоде. А потом у поместья остановилась большая тёмно-красная карета, запряжённая четвёркой смоляных лошадей.

Подойдя к окну и заняв такую позицию, чтобы с улицы меня видно не было, наблюдала за тем, как Олану помогли забраться в «кабину», как кучер стегнул лошадей по спинам кнутом и как тарахтели колеса, унося карету в сторону виднеющегося на горизонте замка.

Стоило хозяину покинуть поместье, как оно показалось мне мёртвым. Слуги разошлись по домам, лишь иногда тяжёлую тишину разрывал лай Зага, который занимался какими-то своими собачьими делами на втором этаже.

Только тогда я позволила себе встать с кровати и выйти из комнаты.

Поместье погрузилось в полумрак, лишь кое-где горели небольшие магические светляки и свечи в люстрах. Солэ нырнуло за горизонт, сообщая о том, что наступила ночь, вошла во власть большая фиолетовая луна. Свет от неё шёл настолько магический, что я поняла: по этому явлению я тоже буду скучать.

Казалось, что кто-то невидимый следит за мной из тёмных углов поместья. Потому, захватив несколько свечей, я вернулась в комнату и плотно закрыла за собой двери. Разместив горящие свечи на подносе рядом с тарелкой остывшего супа, закрыла окно, завесила его плотными шторами и разделась.

Почему-то именно сейчас мне до безумия хотелось наведаться домой. Хотелось обнять маму и папу, поругаться с Женькой, отругать его за Роберта. И именно сейчас у меня была возможность хотя бы краем глаза взглянуть на свою семью.

Накинув на тело длинную спальную рубашку, которую мне принесла Абель, посетовав на то, что скоро ночи станут холодными, а у меня ни одежды, ни камина в комнате, забралась под плед и легла.

Щелчок расстёгнутого браслета показался мне оглушительным. Словно выстрел из пистолета или ружья. Стоило положить артефакт под подушку, как нехорошее предчувствие коснулось меня мягкой ладонью, погладило по руке. Я отогнала дурные мысли и решила, что хочу знать правду, какой бы она ни была.