Учиться, влюбиться... убиться?

Гончарова Галина Дмитриевна

Я сверкнула глазами.

— Только рискни! Пусть Вирт подлец! Я ему уподобляться не буду!

— Ты не понимаешь? Ты завтра умрешь! Он настроен тебя убить!

Я фыркнула.

— Лучше умереть стоя, чем жить на коленях!

А как звучит… И кстати говоря — можно и на колени встать. Иногда. Чтобы когда не ждут броситься и вцепиться туда, куда побольнее! Ниже пояса.

Я смогу.

Я смогу разыграть из себя героическую дуру. Сегодня. А завтра — выиграю!

— Ребята, вы не могли бы все пойти погулять? —

попросила я. — Мне завтра вставать в четыре утра. И еще в пять вашего героя пинать… И уроки я пока еще не делала… вот где кошмар-то!

— Ты что — не понимаешь?! — возмутился Эвин.

Я посмотрела ему прямо в глаза. И чуть заметно покачала головой.

Оборотни отлично разбираются в запахах людей. А от меня не пахло страхом. Возбуждением перед дракой. Усталостью. Весельем. Но — не безнадежностью! Никак не безнадежностью.

Я справлюсь.

А вот делиться планом ни с кем не буду.

Во-первых, не хочу подставлять магистра Истрона.

Во-вторых, не факт, что здесь нет друзей Вирта. Наверняка ведь донесут.

А значит — никакой информации! Фиг им! И с кисточкой!

Оборотень чуть опустил веки. А потом поднялся с кровати и ухватил за локти соседей.

— Так ребята, выметаемся! Рысью!

Ребята захлопали глазами. Но Эвин был неумолим.

— Ёлка права. Решить мы ничего уже не сможем. А вот измотать ей нервы и не дать выспаться — запросто! И обещаю, что к Ведуну никто не пойдет. А кто попробует — сам порву! Всем все ясно?

Всем было ясно.

Я завела часы на четыре утра, плюхнулась в кровать — и тут же отключилась, крепко сжимая в кулачке амулет. Совсем крохотный. Как пятирублевая монетка из темного металла.

* * *

Магистр Истрон лениво перебирал книги. В его возрасте (скажем так, немножечко за сто лет) спать уже не так сильно хочется. И трех часов сна ему вполне достаточно. Можно еще немного почитать, а потом отдохнуть — и ждать с утра эту смешную девочку.

— Развлекаешься?

Антел Герлей появился словно из пустоты. Только что никого не было — и вот он стоит перед конторкой.

— И что? Тебе жалко Хелмстрона?

— Ни капельки. Не убьет его?

— Нет. Походит дней десять без магии — поумнеет.

— Думаешь, стоит так жестоко?

— А ты что предлагаешь? — магистр Истрон удивленно посмотрел на Ведуна. — Чтобы она пришла к тебе и пожаловалась? Тогда девочке учиться не дадут.

— Никто бы не узнал…

— Ты сам-то веришь?

В сохранение секретности в Универе Ведун не верил. В принципе. Потому и протест получился неубедительный.

— ладно. Но девочка точно вне опасности?

— Вполне. Я ей дал хорошую игрушку, эльфийскую. Еще чуть ли не времен создания Кариема. Ауру не затронет, каналы не порвет, и заметить ее никто не заметит.

— а глотать-то зачем?

— Ты же

знаешь, по правилам они должны быть в одних рубашках и штанах, босые… я побоялся, что она не сумеет ее замаскировать.

— Может быть.

Мужчины переглянулись, пряча искорки в лукавых глазах. И первым не выдержал директор.

— Ох, доиграешься, Ист…

— На себя посмотри, уж сколько лет со своей игрушкой расстаться не можешь…

Директор пожал плечами. Действительно, Универ был для него игрушкой, любимым домом, родным местом… всего не перечислить и за сутки. Спорить было глупо.

— Разве плохо получается? Кто-то играет в старые книжки, кто-то в учеников… мне интересно, тебе тоже… но блокатор… ты уверен, что его не распознают?

— А я ей дал и не блокатор. У тех слишком простое действие.

— а что?

— Негатор.

— Ист, ты рехнулся?! — Директор едва не подскочил на два метра. — Негатор!? Сопливой девчонке!? Ты хоть представляешь, что с ней будет!?

— плохо ей будет. Но по-другому Вирта не пробить. Он же ко мне заходит, я смотрел. А ты?

Директор сдвинул брови.

— Ну, смотрел.

— На нем всегда несколько защит. Блокатор может просто не сработать.

— На дуэли защиты обязаны снимать.

— Очень смешно.

Библиотекарь скривился так выразительно, что Директор понял — в честность Вирта НЕ ВЕРЯТ! И все тут.

— Но негатор, это все равно перебор. Вирта не жалко, но девочка!? Она там в конвульсиях не упадет?

Истрон пожал плечами.

— Я смотрел и ее ауру. Силовые каналы развиваются нормально. Но пока у нее еще нет никакой силы. Так, по мелочи. В худшем случае для нее это окажется очень болезненно. Но и только.

— Если с ней что-то случится — это будет на твоей совести.

— Не случится. Я знаю.

Магистр Истрон не был настолько уверен, как показывал, но и признаваться? Еще не хватало!

Разница между блокатором и негатором была принципиальная. Блокатор ограничивал доступ к магическим потокам на определенном пространстве. У всех, кто там присутствовал.

Негатор был направлен на одного человека. И жестко отсекал несчастного от магии на определенное время. Остальные ничего не видели, не чувствовали и не понимали.

Только заклинатель — и тот, на кого была направлена блокировка.

Беда в том, что негатор давал направленный поток магии. Если его держать перед собой и направлять на нужного человека.

А если нет…

Зацепить должно было и Вирта, и Ёлку.

Но если у парня были хорошо развиты силовые каналы, магия давно стала для него почти что частью тела, он привык к ней и не мог представить себе жизни без магии, то Ёлка… Она пока еще живет без магии. Ее почти не зацепит.

Директор еще раз посмотрел в невинные глаза старого друга — и махнул рукой.