Учитель драмы
Шрифт:
В качестве дополнительного бонуса Рэнди был по-своему милый с этим его аляповатым стилем: при выборе рубашки он каждый раз шел на авантюру. Его подержанный «Ягуар» намекал на свободу и приключения. Плюс довольно несложно было понять, что я действительно произвела на него впечатление: «Я был на яхте миллионера из Форбс прошлым вечером и без конца всем рассказывал о бесподобной женщине, которую встретил онлайн…» Его американская откровенность хорошо сочеталась с моей британской загадочностью.
– Удивительно, но мы с Фитцем тем вечером должны были улетать из Испании, но у него начался насморк, и я решила отложить вылет. Интересно,
– О-о-о, если бы ты улетела, ты бы не влюбилась!
– Да, но еще я никогда бы не получила вот это.
Я потянулась за сумкой и вытащила оттуда письмо о конфискации имущества. Это было рискованно, но зато неожиданно. Правильный градус радикальности, который должен был удержать Мелани на крючке. Как будто бы пряча от нее текст письма, я начала читать глухим шепотом: «БАНК АМЕРИКИ, Истец, дает РЭНДАЛЛУ МЮЛЛЕРУ, Ответчику, двадцать календарных дней на то, чтобы прислать письменный ответ на жалобу, изложенную в тексте приложения…»
– О, Трейси, – произнесла она срывающимся голосом. – Дай мне взглянуть.
Я обернулась на Фитца и запихнула письмо обратно в сумку.
– Извини. Я не должна была доставать его при сама-знаешь-ком.
– Что доставать? – спросил, как по команде, Фитц.
На девственно-белой кухне Мелани наблюдала, как их домохозяйка, Джаниса, подает детям безглютеновые равиоли и пюре из капусты кейл, гордо названное смузи. Китти и Фитц, давно пристрастившиеся к магазинным полуфабрикатам, смотрели с немым вопросом: это нужно съесть или можно кинуть обратно в компостную кучу?
Я сыграла роль благодарной гостьи, вымыв детские тарелки. Проверяя поочередно все ящики, чтобы куда-то поставить посуду, нашла десяток штопоров, а потом Джаниса выгнала меня с кухни.
Несколько пристыженная, я вошла в идеально обставленную гостиную, где Мелани вставляла в видеопроигрыватель диск с китайским детским фильмом под названием «Мэй Мэй».
– Звучит как психоз, знаю, – сказала она, – но я даю Габи смотреть телевизор только на китайском или испанском.
На восьмидесятидюймовом экране появилась панда в комбинезоне и начала заразительно хлопать в ладоши.
– Хочешь экскурсию? – спросила Мелани, когда дети расселись.
– Безусловно.
Следующую четверть часа я восхищалась мебелью из искусственной кожи и истертыми конопляными коврами. Стиль был не выдержан, а некоторые комнаты смотрелись просто ужасно. Ее дом – дикая мешанина из классической американской мечты и позолоченного индийского ширпотреба, обожаемого местными хиппи. Но я была искренне впечатлена абсолютной новизной всего, что было вокруг. У Габи в комнате была плюшевая лошадь размером с настоящую и массивная фреска на стене с цитатой Майи Энджелоу [28] : «Будь радугой среди туч». Спальня Мелани была заставлена коробками из онлайн-магазинов, а под потолком висел гамак для йоги, который наверняка выполнял и функцию секс-качелей.
28
Майя Энджелоу – американская писательница и поэтесса, удостоенная Пулитцеровской премии. (Прим. ред.)
– Ты была в Индии? – спросила я, увидев секретер – этнический
– Нет, – она явно не понимала, с чего я решила спросить.
– О, тебе нужно съездить. Тебе понравится.
– А ты была?
– Да, лет в восемнадцать-девятнадцать. С рюкзаком и томиком «Сиддхартхи». Очередная юношеская попытка отыскать истину.
Эта книга до сих пор была для меня важной и значительной – особенно момент про ненадежность языка: то, что произнесено вслух, неизбежно становится ложью.
Вернувшись в гостиную, я осмотрела южную стену. Медленно ходила взад и вперед, делая вид, что не замечаю, как Мелани наблюдает за мной, крепко сжав губы. Со знающим видом покачала головой, постучала по стенке костяшками пальцев.
В конце концов, когда Мелани, казалось, готова была силой вытряхивать из меня хоть какие-то комментарии, я объявила, что стена не несущая. И сказала – да, конечно, с моей профессиональной точки зрения, стену можно «выносить» и расширить дом в сторону сада.
Она чуть ли не скакала на месте с девичьим задором.
– Ты уже думала о том, куда будут падать прямые солнечные лучи? – спросила я. – Нужно какое-то место для накапливания тепла, откуда вечером оно будет распространяться по всему дому.
– Что-то типа террасы? Да уж, стоило бы знать, как это называется…
– Мне не кажется, что нужно делать отдельное помещение. Представляются какие-нибудь большие окна со специальными стеклами, – я вставила несколько терминов, вроде «теплопотеря» и «зимнее время», которые вселяли ужас в сердца даже прожженных домовладельцев.
– Да. Конечно. Гармония с природой, – пробормотала она, но, кажется, ее голова уже была занята выбором «того самого» оттенка краски для стен.
– Пошли, – сказала мне Мелани, когда мы с детьми снова пришли в гости, – ребята с Эйр-би-эн-би [29] только уехали. Хочу показать тебе гостевой домик.
Она провела нас по засаженному деревьями склону. Дорожка была тенистой от лапистых елей и синеватой чемерицы.
– Здесь как в Понивилле! [30] – восторженно воскликнула Китти, когда мы подошли к домику.
29
Эйр-би-эн-би (англ. Airbnb) – онлайн-платформа для размещения и поиска объявлений о краткосрочной аренде частного жилья по всему миру. (Прим. пер.)
30
Понивилль (англ. Ponyville) – вымышленный город из вселенной сериала «Дружба – это чудо». (Прим. ред.)
Открыв дверь толчком, Мелани провела нас внутрь. Интерьер времен Маргарет Тэтчер немного выбил меня из колеи. Тот же цветочный узор на стенах был и у Маргейд дома. Зеленые лампы были один в один.
– Та-да!
Я почувствовала аромат «Шалимар» – но не от Мелани – и подумала, не пользовалась ли таким парфюмом ее покойная мать.
– Это была одна из причин, почему мы купили дом, – проговорила Мелани, когда дети вскарабкались по деревянной лестнице на чердак. – Моя мама в то время была уже совсем плоха. Нам не везло с домами престарелых. Теперь ее уже нет.