Ученик
Шрифт:
На моих работницах не было живого места. Синяки, кровоподтёки и содранная до крови кожа от верёвок, а в глазах мольба о пощаде.
Завидев меня в дверях эти сукины дети, что даже не остановились, продолжая насилие над женщинами, только улыбались.
В гневе я отпихнула одного из них к стене, и тогда сынок вельможи, слезая с кровати, заявил мне. Что если я недовольна происходящим и не хочу, чтобы они и дальше такое творили, то должна буду сама их обслуживать по очереди, когда они только захотят и как захотят.
Я была сильнее этих сволочей. Избив ублюдков, я вышвырнула уродов на
Такого мне, как видишь, не простили. На меня пытались спустить всех собак и обвинили во всех грехах, которые могли произойти в городе.
В общем, можно сказать, нас изгоняли из города. Вот только сынку вельможи было мало просто вышвырнуть нас из города. На нас напали и сожгли чайный дом в надежде, что мы сгорим там заживо. Предлог был банальный. Мол, я готовила покушение на его сынка в отместку за гонение из города.
Вот, в общем-то, и вся история.
Таэ, закончив свой рассказ, посмотрела на Яна, что сидел и смотрел, как и женщина минуту назад, в ночное небо. Но не прошло и пары мгновений, как парень поднялся на ноги, создавая волны на глади воды.
— Знаешь, — всё так же смотрел в ночное небо Ян, слегка покачиваясь при этом. — Я передумал. Я хочу плату за ваше спасение.
Таэ от слов парня словно ударило молнией и пробила дрожь. В голову тут же полезли скверные мысли и предательски защемило в груди. Неужели Ян просто искал удобный момент для полного понимания, что можно с них взять. Или подтвердив свои догадки по поводу женщин, решил показать натуру, которую тщательно скрывал.
— Что ты хочешь, — дрожащим и чуть предательски не сорвавшимся голосом протянула Таэ, смотря на лекаря, что сделал шаг в её сторону. — Я выполню всё, что ты пожелаешь, как и говорила ранее.
— Я хочу, чтобы вы больше никогда не возвращались к прошлому. Больше никаких элитных борделей и прочего. Начните жизнь с чистого листа. Я дам вам пару пилюль для культивации ступени учителя. Продав их, вам будет достаточно средств начать новую жизнь.
За какие-то пару минут Таэ второй раз испытала шок, от которого было трудно дышать. Женщина смотрела на Яна, что медленно шёл по грудь в воде, и её отпускал липкий страх, что защемил сердце и душу, загнав в голову ужасные мысли, от которых Таэ хотелось провалиться под землю.
— Я. Я не могу принять пилюли. — Прохрипела женщина и увидела, как Яна резко мотнуло в сторону, от чего парень чуть не нырнул в воду.
Таэ резко вскочила, а мокрое полотенце чуть не слетело с её груди.
— Ян, что с тобой? Тебе плохо?
Ян же, удержав равновесие, махнув рукой, поднимая брызги.
— Всё нормально. Ик. Нормально всё. Идём дальше. — Заплетающимся языком кое-как выговаривал слова Ян. — Р-рыч. Пошли, давай. Пора баинькать.
Из кустов у дальней стены сразу же выскочил пушистый зверёк и понёсся по краю бассейна.
Таэ же, широко распахнув глаза, смотрела на Яна, что был чуть ли не в стельку пьян с одной кружки спиртного.
— П-п-полотен-Ц-це подтяни, — икая, протянул Ян, смотря пьяным взглядом на Таэ, чьё полотенце действительно съехало слегка с груди вниз. — Только бы помучить меня. Ты же красивая.
От слов Яна девушка ещё больше удивлённо посмотрела на Яна, который уже ели стоял на ногах.
— Знаешь, что я с-С-кажу. Вы все только и делаете, что меня мучаете. Предлагаете все, что захочу. Знаешь, как трудно сдерживаться. Я ведь хочу. Но не буду, — замотал головой Ян и его повело в сторону, что парень чуть не ушёл подводу. — Потому что это неправильно. Я же не за что-то, а вопры. Не. Вепри. Тоже не то. Вопреки. Да, вот. Вопреки. И знаешь? Ик. Я не о чём не жалею. Не. Жалею. Жалею, что лечить не могу закрытыми глазами. Ох, как я с вами намучился. Одна другой краше. А ты вообще. Ну вот скажи мне. З-заче-м было меня так мучить? Но теперьЬ я спокоен как удав. Не как два удава. Слушай, Т-аэ. А если удавы встретятся. Они ведь могут. Они ведь могут чё не то не поделить там. Подраться. Значит, один удав спо-кой-ней, чем два? — Произнёс Ян и ушёл под воду.
Таэ в один момент была там, где исчез подводой Ян, и хотела было нырнуть следом, как прямо перед женщиной из воды вынырнул Ян и окатил Таэ водой.
— Ну что за дела, — простонал парень, стоя в десяти сантиметрах от Таэ. — Опять твоя грудь перед моим лицом. — Только и успел сказать Ян и как подкошенный навалился на Таэ, утыкаясь лицом в её грудь, начиная сползать по груди вниз, увлекая за собой полотенце.
Рыжеволосая женщина же схватила Яна руками и, прижимая к себе, поволокла из бассейна под невнятную болтовню парня.
Когда Таэ смогла вытащить Яна из воды, то женщина была обнажена, потеряв своё полотенце по пути из водоёма.
— Постой секунду. — Отстранилась Таэ и, быстро схватив халат парня, одела его, запахивая подолы.
Ян же вновь закренило, и он, словно сдуваемый ветром, подался назад и очутился рядом с бутылкой алкоголя. Секунда и парень, схватив тару, смачно глотнул из горла, начиная заваливаться назад.
Таэ только в последний момент успела схватить Яна, прежде чем он бы упал, и потащила к двери тамбура.
— Эй! Стой! Моё полотенчико. Упало, — хотел вырваться Ян, и вернутся за валяющимся сырым полотенцем.
— В раздевалке халат тебе дам, — чуть ли не волоком тащила Таэ Яна к двери. — И отдай бутылку. Тебе уже хватит пить.
— Не дам. — Замотал головой Ян, от чего их повело в стену.
Через пару минут Таэ всё же удалось затащить парня в раздевалку, где женщина помогла нацепить банный халат Яну.
— Таэ. А мне можно звать тебя Таэ? Ты же меня старше на десяток л-Л-ет. Может тебя тётушкой называть? — Еле волочился Ян по коридору.
— Что?! Какая я тебе тётя! Ты сопливый засранец! — Тряхнула парня Таэ, поудобней перехватываясь, таща тушку Яна. — Совсем охренел, что ли?
— Та-а-ээ, — протянул парень, вися на рыжеволосой женщине, что тащила его по коридору. — Мне. Мне грустно. Если б я мог. Я бы защитил тебя в твои шестнадцать лет. Но время не кисель. Нет. Не вода. Да, не вода. Повернуть вспять нельзя.
Таэ резко остановилась, смотря на пьяного в стельку лекаря, что еле ворочал языком, и в её груди словно взорвалась жаркая щемящая бомба, а глаза предательски слегка заблестели.