Ученик. Том 2
Шрифт:
— Что здесь… — раздался мужской голос, оборвавшийся на полуслове.
— Вот и виновник. Как удачно. — произнёс Архип. В казарму ворвался отец убитого первогодка.
— Хром! — тихо произнёс Витер, после чего бросился к распростёртому телу. — Кто тебя так? Скажи, не молчи!
— Алексис, встань ко мне за спину. — потребовал кон, после чего рявкнул: — Тан, что за поведение?
— Хром, ответь! — Витер встряхнул тело сына, полностью игнорируя старшего наставника. — Мальчик мой, почему… Убили. Кто?!
Поднявшись на ноги, тан обвёл казарму налитыми кровью глазами. Взгляд воина говорил лишь одно — найти и убить!
— Тан, успокойся, или следующим
— Ты-ы! — Витер опять проигнорировал старшего по званию. Вытянув в моём направлении руку, он произнёс: — Умри!
Сорвавшаяся с руки воина огненная стрела в доли секунды преодолела разделяющее нас расстояние, и разбилась о защиту артефакта. За ней полетела вторая, но её успел перехватить Архип. Тан собирался продолжить атаковать, но наставнику, похоже, надоело происходящее, и он ударил в ответ. Лишь благодаря своему улучшенному зрению я смог увидеть, как в грудь воина ударил кулак пурпурного пламени. Удар был столь сильным, что воина, обладающего защитным артефактом, сбило с ног, швырнув на первый ряд нар. Подняться Витер уже не смог, похоже потерял сознание.
— Конмэ, что здесь происходит? — в казарму ворвалась знакомая боевая звезда орденцев. Саша! Четвёрка танов быстро распределилась по помещению. Ко’тан, одним взглядом оценив произошедшее, повернулась к подчинённому: — Вита, перехвати лекаря, здесь он уже никому не поможет. Конмэ, я могу чем-то помочь?
— Вытащите тана Витера, и поселите его в карцер. Он жив, просто без сознания. Ну и похоронную команду тоже пригласите. Хрома пусть отволокут в пустошь, он не достоин быть похороненным согласно традициям ордена. И соберите всех первогодков, нечего им ночью по крепости шастать. Матэ, — кон повернулся ко мне. — Скажи своему зверю, чтобы он слушался меня, а сам ложись отдыхать. Завтра тебе придётся пропустить часть занятий, как и нескольким твоим сослуживцам. Не беспокойся, допрос буду проводить я, лично.
Несмотря шум возвращающихся в казарму парней и девушек, я всё же начал засыпать — слишком уж насыщенным на события оказался первый день в крепости. Уже на грани сна и бодрствования в голове промелькнула мысль — всё повторяется, только с небольшими изменениями. Похоже у меня получается делать одни и те же ошибки. Впрочем, как и у всех разумных, независимо от того, в каком из миров они родились…
— Первогодки — подъём! — раздался грозный голос ко’тана Александра, вырвав меня из сна. Не разбираясь, что произошло, я быстро обулся, прошёл к оружейной, и уже после, одним из первых встал на место построения. Через полторы минуты все построились в две шеренги, с любопытством глядя на старшего воина. Тот стоял у входа, облокотившись плечом о стену, и разглядывал нас спокойным, ничего не выражающим взглядом. Когда последний первогодок встал в строй, он сообщил: — Я — ваш новый наставник, и сегодня проведу первое занятие. Вам наверняка интересно, какую дисциплину я буду преподавать. Всё просто. Мы будем изучать руины древних городов. Вы узнаете, как определить правильные подходы, научитесь определять уровень возможной угрозы, исходящей от тех или иных развалин, и способы, как выжить в той или иной ситуации. Вам должно быть известно, что предыдущего наставника, водившего группы в пустошь, месяц назад убили твари, вместе с его звездой. Вопросы?
— Конмэ, мы прямо сейчас отправимся в пустошь? — спросил Криша, стоящий справа от меня.
— Ну, сначала вы сходите на завтрак, затем получите паёк на трое суток, а после вас ждёт развлечение —
— Прямо в пустошь, без ничего? — это уже Аная задала вопрос.
— Верно подмечено, без ничего. Только личное оружие и бутылка воды. Но сначала ритуал изгнания из ордена. Чтобы изгнанник не мог воспользоваться стоянками, или зайти в форт. Ещё вопросы имеются? — ко’тан обвёл строй столь грозным взглядом, что никто не посмел открыть рот. — Тогда все в столовую, живо! А ты, Алексис, останься. Тебя вызывает геркон.
Первогодки строем, один за другим, покинули казарму. Даже дежурного не оставили — незачем. И все равно Александр прошел до уборной, затем заглянул в мойку, и только после заговорил со мной:
— Ты знаешь, матэ, как тебя назвала комендант крепости? Активатор. Она считает, что послан самим хаосом, чтобы выявить все слабые места в ордене. Говорит, что ты весьма полезен, но любой командир пожелает держать тебя подальше от вверенных ему имущества и людей.
— Конмэ, о чём она хочет говорить со мной? — спросил я, наблюдая, как старший воин подошел к выходу и выглянул за дверь. Убедившись, что и там никого нет, он закрылся, и жестом указал мне на нары.
— Присаживайся. Геркон Азалина не собирается с тобой беседовать, слишком ты мелкий для беседы с начальством подобного уровня. Ей хватило общения с двумя конами, чтобы всё узнать о тебе. — ко’тан сел напротив меня, и посмотрел прямо в глаза. — Это я хотел поговорить с тобой. Скажи, про печать, и про срок жизни — это правда? Да, кон Левиан всё рассказал нам. И, если честно, я крайне удивлён. Зачем ты всё это скрывал от меня?
— Потому что не доверяю. — прозвучал мой ответ. Некоторое время мы играли в игру — кто кого пересмотрит.
— Ты странный. — наконец сказал Александр. — Рисковать жизнью, чтобы вытащить меня из руин, и при этом скрывать, что в любой момент можешь просто умереть. Ладно, не хочешь делиться своими проблемами, не надо, но знай — не все чужаки такие, как кон Левиан, ведь мы были жрецами разных богов. Некоторым из нас хорошо известно, что такое честь, и каково это — держать своё слово, даже если тебе не выгодно. Поверишь, или нет — твоё право, но запомни, мне и Харду можешь доверять, как самому себе. Все, что хотел, я сказал, а теперь пошли на малую площадь. У тебя появился шанс посмотреть на печать Либеро. Гер’кон будет её использовать на ритуале отречения.
Глава 26
Выбора нет…
— Кон Левиан говорил так же. — произнёс я, поднимаясь. — Рассказывал о доверии, а в следующую минуту попытался убить меня. А затем, когда у него ничего не вышло, прогнал своего питомца — чёрного охотника. Просто вышвырнул на улицу, не разобравшись.
— Про зверя знаю. — ко’тан остановился у запертой двери. — Левиан в прошлом служил богу алчности, и ради собственной выгоды предаст всех нас. К счастью, с нас нечего взять.
— А ты? Какому богу служил? — поинтересовался я.
— Богу ярости. — ответил Александр, и добавил: — Именно, что служил. А вот Левиан, похоже, до сих пор служит. Поручусь за Харда, он тоже отрёкся от своего бога севера, причём я уверен в нём, как в себе. Ладно, хватит болтать, нам следует поспешить.
Покинув казарму, мы направились в сторону тренировочной площади. Правда, не доходя пяти метров, свернули к неприметной двери, в которую ко’тан постучал трижды. Скрип несмазанных петель, и нас встретила ещё одна чужачка — Хельга. Встретившись с ней глазами, я вновь поразился её сходству с Сани.