Ученик Волхва
Шрифт:
Передняя пара зубов отсутствовала.
Где-то раздался надрывный девичий крик.
Глава 36
Звуки стихли, и Хэл молча смотрел, как голова беззубого катится по земле. Нет, не беззубого. У него ведь было имя. И была дочь, которую тот защищал…
Вспомнив об этом, Хэл нашёл в себе силы вернуться в битву. И вовремя — в следующий миг ему пришлось перекатом уходить одновременно от двух кочевников, вооружённых саблями.
Слева от него энергия вихрем закружилась вокруг лейтенанта, выставившего
В пылу битвы Хэл не расслышал, что тот прокричал, но в следующий миг столп бледно-голубой энергии вырвался из его меча, обращая всех, кого коснулся, в ледяные статуи. Если бы не бой, Хэл бы вдоволь насладился зрелищем. Словно в картинке, воины в набедренных повязках с причудливыми узорами, покрывающими всё тело, застыли прямо набегу, занося оружие для удара.
— Скорее! — покричал лейтенант, звук голоса которого на сей раз достиг ушей Хэла.
Лёд покрыл не такое широкое расстояние, образовав десятиметровый зазор из ледяных фигур, и остатки сорок шестого отряда тут же побежали по нему. Хэл и лейтенант прикрывали фланги, нещадно расходуя энергию и каждым взмахом мечей отправляя на тот свет несколько кочевников.
Вдруг Хэл заметил одинокую фигуру, склонившуюся над чьей-то головой. Чертыхнувшись, он тут же метнулся к ней, пользуясь замешательством кочевников. Схватив Карен, он резко развернул её на себя и увидел заплаканное лицо.
— Всё потом, — прокричал Хэл. А затем, увидев, что слова не достигли цели, хлёстко ударил её тыльной стороной ладони по лицу. — Беги, сейчас не время горевать!
С силой толкнув её в сторону ледяного коридора, он вновь потерял равновесие, приняв мощнейший удар на клинок. Атаковать в ответ не было времени, и он, вложив всю силу, оттолкнул его и побежал следом за девушкой.
— Сюда! — прокричал кто-то.
Далеко впереди из коридора ледяных фигур показался Барти, держащий свой массивный трезубец на плече.
Пропустив всех вперёд, Хэл и Розген устремились следом, отбиваясь от ударов сбоку. Они не пытались контратаковать, зная, что каждая секунда промедления может стоить им жизни.
Вдруг из-за спины Барти появилось трое воинов, замахнувшихся мечом.
Охрипшим голосом Хэл прокричал:
— Берегись!
Но вдруг из груди трёх воинов почти одновременно вырвались наконечники трёх копий, и за их упавшими телами показались смертники-новобранцы.
Все выдохнули с облегчением, когда остатки развед-отряда добрался до них.
Всеобщее ликование было прервано наступившей внезапно тишиной.
— Что происходит? — оглядывался вокруг Барти, почесав «ёжик».
Округа была подёрнута туманной дымкой, и на расстоянии десяти метров ничего не было видно.
— Мы победили? — спросил кто-то из новобранцев.
— Тишина! — приказал лейтенант, оборачиваясь.
А затем раздался звук, словно одиночный удар по барабану, стократно усиленный. Будто несколько тысяч человек одновременно ударили ногой о землю.
Звук повторился ещё раз.
И ещё.
С каждым разом его источник приближался,
Без спроса люди начали отступать назад.
— Стоять на месте, — бросил лейтенант, и смертники тут же остановились. Они знали, что последует за прямым нарушением приказа. Никто не хотел лишиться руки и истечь кровью.
Вообще — было немного странно, что у них получилось пробиться к отряду так… легко. Нет, конечно, были многочисленные потери, да и сам Хэл израсходовал уже четверть своей энергии, но всё же. Как же эти люди могли несколько дней подряд незаметно похищать (убивать?) людей из лагеря? Настолько хорошо скрывая свою энергию, что даже лейтенант, стоящий на верхних ступенях стадии Развития силы, не мог их почувствовать?
Вдруг из тумана впереди появилась тёмная фигура. За ней ещё и ещё, и вот уже десятки, а за ними — сотни человек бежали на них.
Хэл покрепче перехватил меч, стоя рядом с Барти и Розгеном. Их небольшая победа, если это вообще победа, была лишь началом. Настоящая битва всё ещё была впереди.
Но на сей раз что-то изменилось. Энергия, исходящая от воинов, была переменчива, вспыхивая с огромной силой в одном месте, а затем угасая без следа.
Что-то было не так, и Хэлу это сильно не нравилось.
Ряды кочевников и смертников Империи слились, и бой вновь закипел. Хэл, стоящий в первых рядах, очень скоро выбился вперёд и вновь бился в окружении противников.
Он использовал мягкий шаг, постоянно меняя своё положение и атакуя с разных сторон, пытаясь не дать себя зажать. Барти и Розген выкашивали кочевников целыми кучами, и, казалось, победа была близка, но…
Прямо перед лейтенантом из теней на земле соткалась тёмная фигура кочевника. Розген, едва завершивший очередную атаку, не успел среагировать, и клинок в руке кочевника, покрытый теми же странными узорами, что и его тело, на всю длину погрузился ему в грудь.
Лейтенант, казалось, не до конца осознал, что произошло, и непонимающе смотрел на стоящую перед ним фигуру. Та же, подняв ногу к груди, с силой толкнула Розгена, отчего тот пролетел по воздуху два метра, прежде чем безжизненно замереть.
Хэл тут же использовал мягкий шаг и пролетел между кочевников, нанося колющий удар в спину убийце лейтенанта. Да, бесчестно, но что он мог поделать? Этот человек смог одолеть Розгена, который и сам был намного сильнее самого Хэла. Вступать с ним в открытый бой было бы неразумно.
При ударе Хэл почему-то отметил, что татуировки на теле этого кочевника словно налились силой, издавая бескрасочное сияние.
Клинок вошёл по самую рукоять, но почему-то фигура никак не отреагировала на это. Вместо этого кочевник обернулся одной лишь головой, исказив лицо в страшном оскале. А в следующий миг он просто исчез в воздухе. Его тело словно провалилось под землю, и Хэл увидел неестественное теневое пятно, которое тут же устремилась в другую сторону. Что ж, теперь понятно, как они смогли изводить их отряд, оставаясь незамеченными.