Ученик пекаря
Шрифт:
Когда боль немного утихла, Баралис стал думать, что предпринять дальше. Мейбор, по всей вероятности, уже понял, что людей на поиски Меллиандры снарядил он, Баралис. И определенно будет мстить — ведь эти чертовы болваны хотели изнасиловать единственную дочь Мейбора! За ним надо будет внимательно следить: оскорбленный отец — опасный противник.
— Нет, Боджер, о том, насколько добротное у мужика хозяйство, нельзя судить по его коленкам.
— А старый мастер Песк говорит, что только по ним, Грифт.
— Потому что
— Они у него и впрямь здоровые, Грифт, тут я не спорю.
— Нет, Боджер, о том, справное ли у мужика хозяйство, можно сказать только по белкам его глаз.
— По белкам?
— Да, Боджер, по белкам. Чем они белее, тем больше пестик. Вернее не бывает.
Оба приятеля поразмыслили над этим, и Боджер втайне дал зарок как-нибудь приглядеться к собственным глазам. Они выпили еще эля, и разговор перешел на другое.
— Не пойму, что творится у нас, Грифт, — около замка ошиваются наемники, и кто-то с кем-то дрался в лесу. А нынче утром я встретил того, кого давненько уже не видал.
— Кого это, Боджер?
— Помнишь Скарла?
— Скарл! — ахнул Грифт. — Это не к добру, Боджер. Не хотел бы я перейти дорогу этому зловредному лису.
— Что верно, то верно, Грифт. Когда Скарл гостил в замке в последний раз, не один человек окончил жизнь с перерезанным горлом.
— Если я правильно помню, Боджер, так окончил тогда жизнь и лорд Глайвин.
— Это он отказывался продать свои грушевые сады Мейбору, верно?
— Да, Боджер. Но его вдова не возражала против сделки. После смерти мужа она мигом продала Мейбору эти сады — можно было подумать, на них тля напала, так она спешила от них избавиться.
Мейбор решил провести эту встречу на свежем воздухе, подальше от любопытных ушей двора. Он намеренно выбрал такое место, где никто не беспокоит: с подветренной стороны от ямы с нечистотами. Лицо он прикрыл платком, чтобы насколько возможно уберечься от смрада, — заодно платок скрывал и его черты.
Убийца шел ему навстречу — сухощавый, жилистый и подвижный. Он считался непревзойденным мастером ножа.
— Рад тебя видеть, приятель, — сказал Мейбор.
— Доброго вам дня, лорд Мейбор. Ну и местечко выбрали вы для встречи!
— Оно не сквернее дельца, которое нам предстоит.
— Кого вам на сей раз желательно убрать с этого света, ваша милость? — Убийца внимательно оглядывал окрестности, следя, чтобы к ним никто не приближался, — Мейбор не любил околичностей.
— Баралиса, королевского советника. — Их глаза встретились, и первым отвел взгляд убийца.
— Вы же знаете, лорд Мейбор, как могуществен Баралис. Он не простой человек: он мастер.
Мейбор не любил думать о подобных вещах и всегда убеждал себя, что слухи о тайной силе Баралиса — чистейший вздор но какая-то тень сомнения все же оставалась. Но оповещать об этом убийцу Мейбор не собирался — тот заломит цену, если поверит, что и впрямь имеет дело с колдуном.
— Полно, Скарл, он вовсе не так могуч и всеведущ, как о нем говорят. Он слаб, как всякий человек.
— Но его покои защищены от вторжения.
— А это уже дело не мое. Твоя задача — устранить любого, кто преградит тебе дорогу, — ответил Мейбор, намеренно неверно толкуя слова Скарла. Будь он проклят, если даст этому головорезу открыто говорить о колдовстве! Они оба подозревают правду, зачем же усугублять подозрения, высказывая их вслух? — И твоя работа — выбрать такое место и время, где он будет наиболее уязвим. Все, чего я требую, — это чтобы след не привел ко мне.
— Уж не хотите ли вы поучить меня моему делу, Мейбор? — с легким укором произнес убийца.
— Нет, нет. Главное, чтобы оно было сделано. Баралис чересчур долго удерживает власть при дворе. — Мейбор втянул в себя воздух, забыв, где находится, и закашлялся от густого смрада. Умное лицо Скарла приобрело неприязненное выражение.
— Что-то не по душе мне эта затея. Слишком опасно.
— Назови свою цену, — сказал Мейбор, торопясь уйти отсюда.
— Она будет высокой, — вскинул бровь убийца.
— Мне безразлично. Я заплачу столько, сколько ты скажешь.
— Денег мне не надо, Мейбор, сами знаете — мне хорошо платят за услуги. Но когда-нибудь я отойду от дел, и...
— Говори, я слушаю.
— Мне бы клочок земли, Мейбор. Хочу ухаживать за яблонями на старости лет.
Мейбору это не понравилось: земля для него была дороже всего на свете.
— Я дам тебе двести золотых.
— Нет, — сказал, отходя, убийца. — Мне нужна земля — или я предложу свои услуги другому.
Мейбор уступил:
— Хорошо, я дам тебе надел на севере — тридцать акров близ Джессона.
— Яблони лучше растут на востоке.
— Зачем тебе земля на востоке, если там все еще бушует война?
— Войны вспыхивают и гаснут, а земля остается.
— Будь по-твоему. Я выделю тебе двадцать акров в восточных садах.
— На севере вы давали мне тридцать, — заметил Скарл, отходя еще на шаг.
— Хорошо, пусть будет тридцать. Но ты их не увидишь, пока я не увижу результат твоего труда.
— Ладно — я думаю, мы заключили честную сделку. Я берусь за это дело.
— Договорились. Могу я чем-нибудь облегчить тебе задачу?
Скарл, как и надеялся Мейбор, ответил:
— Нет. Я сам изыщу способ. Хорошее убийство зачастую требует вдохновения. Предпочитаю работать в одиночку. — С этими словами убийца покинул Мейбора. Мейбор заставил себя выждать еще несколько минут и тоже устремился прочь, спеша избавиться от вони.
Мелли увидела голубя высоко на дереве, как только проснулась, и обрадовалась, сочтя это знаком надежды.
Ночь она провела на удивление уютно. Она нашла удобную полянку и хорошо закуталась в одеяла. Постелью ей служил мягкий упругий мох, и она проснулась бодрой и отдохнувшей, чувствуя здоровый голод. Лошадь уже нашла себе пропитание и щипала зеленую траву. Мелли пожалела, что у нее самой нет ничего, кроме свинины и сухарей.