Ученик 2
Шрифт:
Одной силой воли я толкнул в сжатый кулак объём энергии, ополовинив сердечное ядро. Лишь бы рука выдержала, не взорвалась. Выждав мгновение, чтобы в руке накопилось больше силы, вывернул кисть и крепко ухватил лезвие ножа пальцами.
– Ты что тво… – начал возмущаться Лин, но тут же умолк. Ещё бы, по его руке, закручиваясь спиралью, скользнули две змейки – бирюзовая и огненно-рыжая. Мгновение, и оба проявления стихии, нырнув под мышку лекарю, нанесли удар. Полыхнула и исчезла не выдержавшая натиска защита, после чего лицо тана исказила гримаса боли.
– Как? – только и смог прошептать он,
Какое-то время я лежал не двигаясь. Боль, распространяющаяся от кисти вверх, до локтя, была столь сильной, что разум отказывался на чём-то сосредотачиваться. Но так не могло длиться вечно. Да и моё новое тело уже сталкивалось с подобным. С трудом, но мне удалось отрешиться от горящих огнём предплечья и кисти и сосредоточиться на строках текста, что висели перед моими глазами с момента, как я убил чужака.
«Зафиксировано вмешательство в функционал Либеро. Источник вмешательства не обнаружен».
Надпись исчезла, и я наконец-то смог увидеть всё, что происходит в комнате. И тут же понял, что мои злоключения ещё не закончились. Справа – там, где упал Лин, разгорался пожар. Увидеть, что стало причиной, я не мог, но предположил, что это вспыхнули смешавшиеся лекарства. К тому же в комнате стало ощутимо вонять едким дымом. Да я же здесь задохнусь сейчас!
С трудом, но мне всё же удалось правой кистью ухватить лезвие ножа и подтянуть его. Перехватив за рукоять, я подсунул короткий клинок под удерживающий предплечье ремень и принялся его пилить. Повезло, лезвие было невероятно острым, и вскоре мне удалось высвободить руку.
Дышать стало тяжело – пламя не собиралось утихать, а к белому дыму присоединился черный, воняющий горящей плотью. А ведь я лежу на деревянной кушетке, и она скоро тоже загорится…
Не заботясь о целостности своей кожи, я сначала перехватил ремень, удерживающий мою грудь, затем освободил левую руку. Собравшись с силами, поднял себя в сидячее положение и потянулся к щиколоткам, тоже прихваченным ремнями. Заодно осмотрелся.
Тело лекаря по пояс было охвачено синим пламенем. Сверху его придавило тяжёлым металлическим стеллажом. Вокруг расплывалась огненная лужа, и часть её уже затекла под мою кушетку, а точнее операционный стол.
Шум, стук в дверь, затем ещё один. Чьи-то голоса. Следом мощный удар, грохот об пол сорванной с петель тяжёлой двери и басс Варха:
– Ученик, Лин, забери вас хаос, вы где?
– Здесь я! – вырвался из моего горла хрип.
– Какого здесь происходит?! – Следом за Верхом внутрь ворвался ещё один воин из пятёрки Александра – Сеон. – Алексис, почему ты привязан?
– Я не знаю, – вновь прохрипел я. – Только очнулся, из-за дыма. Ладонь порезана, рядом с рукой нож. Только начал освобождаться, а тут вы. Думал – испытание.
– Пошли отсюда, пока не задохнулся! – Варх забрал из моих рук нож и разрезал последний хомут. Затем бесцеремонно взвалил меня на плечо, словно мешок с корнеплодами, и двинулся на выход, коротко бросив Сеону: – Брат, неси песок, иначе тут
Через несколько минут я лежал в палате госпиталя. Справа, через одну кровать, забывшись глубоким сном, спал Александр. Рох, которого я также ожидал здесь увидеть, отсутствовал, к моей радости. Ещё одним посетителем был Хард, который сейчас стоял у выхода на улицу, и разговаривал с другими воинами звезды. Речь, разумеется, шла обо мне.
– Парня надо перевести в крепость. Здесь уже все знают, кто он такой, – произнес тан Лунь, у которого вооружение состояло из двух мечей. Обоерукий – редкое умение даже в моём мире. Даже я, будучи главой рода Тай Фун, пользовался только одним длинным клинком, иногда добавляя к нему в пару кинжал.
– Рано ему, – пробасил Варх. – Ещё минимум две недели адаптации. Но я согласен, хаос в ученике столь силён, что вокруг все мрут, словно детёныши острохвоста, оставшиеся без матери.
– Заметь, гибнут те, кого хаос считает недостойным, – взял слово Сеон. – Вон ко'тан, наоборот, из безвыходной ситуации выбрался. А погибшие – или трусы, или думают только о своём положении в ордене и личном возвышении. Сколько раз тан Лин жаловался, что хочет вернуться в крепость? А ко'тан Вайс? Да он за стену выходил, скрипя зубами. Смотритель Сильвес вообще хотел нарушить устав. Или ты, брат. Согласись, что в той вылазке, к зараженному, выжить было фактически невозможно.
– Да я уже распрощался с жизнью, – усмехнулся Хард. – Видели бы вы мои глаза, когда дикий драго не убил ученика, а лишь толкнул его, после чего ушёл. Говорю же, сам хаос покровительствует Алексису.
– Хватит болтать, – раздался с кровати раздражённый голос Александра. – Вы отдали трофеи отшельнику? Что он сказал?
– Броню сразу приказал выкинуть, без теники такая не работает, – ответил Лунь. – А мечи взял, да. Сказал, что придется перековывать, но он постарается сделать из них хорошее оружие. Запросил четыре ядра третьего ранга. Я из наших запасов выдал.
– Хорошо. Что с лекарем произошло?
– Да как нам узнать, там несколько литров чего-то горючего с водой смешалось. Мы вроде локализовали возгорание, но потушить пока не можем. Даже песок горит. От тана Лина, скорее всего, одни угольки останутся.
– Матэ, что ты видел? – Александр повернулся ко мне.
– Смутно всё, – ответил я практически чистую правду. Ведь я действительно из-за боли в руке не мог сосредоточиться на чем-то, всё кругом шло волнами, расплываясь. – Грохот был, а потом я начал задыхаться…
– Понятно, – оборвал меня ко'тан. – Как себя чувствуешь?
– Рука правая болит, – ответил я и тут же, на ходу, придумал историю: – У меня после убийства иносов в правом локте сформировалась лакуна, и тан Лин дал мне ядро первого ранга. Сказал, что нужно быстро провести инициацию.
– Правильно сказал, – подтвердил ко'тан мою ложь. – Значит, у тебя уже два усвоенных ядра? И при этом всё ещё ученик. Опасно это. Хаос в тебе слишком силён и бесконтролен. Сейчас его сдерживает только твоя воля. А значит, ты несёшь угрозу для братьев и сестёр. Ладно, что-нибудь придумаем. Варх, позаботься, чтобы нам принесли ужин, а то сегодня и крошки во рту не было. Да, кон Артемил уже предупреждён о происшествии? Как к этому отнёсся?