Уцелевший
Шрифт:
— Видишь ли, — продолжил герцог, — у этого будущего чемпиона по велогонкам и гольфу... ах, виноват, еще и по лаун-теннису, — достало глупости заняться черной магией.
Карие глаза Ричарда сузились.
— Послушайте, я слишком хорошо к вам отношусь, чтобы намеренно дерзить или грубить. Но поверьте, шутка зашла чересчур далеко.
— Мы не шутим.
— Боги бессмертные! Да вы что, серьезно городите галиматью насчет черной магии?
— Хорошо, давай говорить о малоизвестной области естественных наук, — обреченно сказал де Ришло, предчувствуя, что придется выступать с новой подробной лекцией перед новой аудиторией
— Магия, mon ami Ричард, есть наука вызывать изменения в соответствии с волей...
— Или произвольно приводить в действие стихийные силы и начала, — ко всеобщему изумлению вставила Мари-Лу.
— Безусловно, — кивнул де Ришло. — Кстати, этой разновидностью магии Ричард и сам пользовался.
— Когда? — зловеще вопросил проголодавшийся Итон.
— Помнишь, прошлым летом началась ужасная засуха, и ты вызывал из Лондона специалиста-лозоходца, поискать источник в саду?
— Ну и что? Кстати, смеха ради отобрав у парня рогульку, я тотчас наткнулся на подземный ключ безо всякой магии! Это же чистые электромагнитные поля, ничего более!
— Ежели скажешь «вибрации» — окажешься ближе к истине, — спокойно ответил герцог. — Малопонятный резонанс между вибрациями подземных вод и твоими собственными, — резонанс, благодаря которому ореховый прут, зажатый в кулаках, непроизвольно поворачивается и указывает вниз, туда, где струится никому не видимый поток. Наглядный пример простейшей — наипростейшей — оперативной магии.
— Примерно так же пророк Моисей исторг воду из утеса в пустыне, — вставил Саймон.
Мари-Лу внимала рассказу герцога с живейшим любопытством.
— Ричард просто-напросто развращенный материализмом британский сухарь, — сказала она, чуть надув губы. — У нас, в России, — в прежней России, разумеется, — особых сомнений насчет магии не было. Даже просвещеннейшие люди, литераторы, художники, ученые часто забавлялись ею. А в сибирском селе, куда меня выслали, довелось насмотреться на такое... Ведьмовство, чистейшее ведьмовство! Крестьяне, к примеру, десятой дорогой обходили дом деревенской колдуньи. Стояла избенка на отшибе, и страху-то нагоняла!.. Но что вы понимаете под оперативной магией?
— У нее две главных разновидности — низшая и высшая. Низшей именуют определенные действия, которые приносят желаемый результат независимо от личного умения либо неумения. Берем обычную курицу. Как это по-русски?.. — да, хохлатку. Прижимаем ее клювом к полу, затем кусочком обычного мела проводим черту по этому самому клюву и протягиваем линию дальше, по доскам пола. Несколько секунд продолжаем удерживать курицу в нужном положении, а после спокойно отпускаем. Хохлатка застывает не шевелясь. Расхожее мнение гласит: курица — не птица, глупа до безобразия, и просто считает, будто меловая черта — веревка, а, стало быть, и рваться с привязи незачем. Только вот беда, курицу-то никто и никогда об этом не спрашивал. Точная причина явления остается загадкой. Но само явление существует и происходит неукоснительно. Это — еще один пример низшей оперативной магии.
Де Ришло улыбнулся и взглянул на американца:
— Как ездит водитель-дилетант в благословенной стране, где бензоколонки да ремонтные мастерские плодятся словно грибы; где даже наимельчайшую починку выполняют профессиональные механики, а обладатель машины зачастую вообще не знает, что такое свеча или магнето?
Рекс неодобрительно
— Да так и ездит. Сцепление слева, акселератор справа, тормоз посередине, права в кармане — пошел вертеть баранкой.
— Вот именно, mon ami, благодарю! Большинство мелких колдунов и колдуний понятия не имеют, как действуют произносимые заклинания, — они просто затвердили слова, переданные наставниками, и выполняют определенные действия в заданной последовательности, зная лишь о конечном итоге, которого хотят добиться. И, доложу вам, обычно добиваются...
* * *
— Высшей же оперативной магией могут заниматься лишь ученые, опытные адепты, прошедшие долгую, упорную подготовку и обряд посвящения; люди, не только предвидящие исход своих заклинаний и действий, но постигшие все соответственные законы причин и следствий. Эти люди столь же могущественны, сколь и опасны. Именно в такие лапы угодил наш добрый друг Саймон.
Ричард кивнул, начиная чувствовать, что герцог и впрямь не дурачится, а говорит всерьез.
— Н-да, — протянул он, — дивные дела... Что ж, излагайте по порядку, с самого начала.
— Превосходно. Только давайте присядем, а то нас уже ноги носить отказываются. Предупреждаю: почти каждое утверждение покажется тебе чистейшим безумием, но Рекс, еще вчера настроенный не менее насмешливо, чем ты сегодня, подтвердит любое произнесенное слово и поручится за здравость моего рассудка.
— Заранее подтверждаю все, — угрюмо осклабился ван Рин.
Повторять, или даже вкратце пересказывать уже известную читателю повесть о последних сорока восьми часах из жизни Бертрана де Ришло, Рекса ван Рина и Саймона Аарона едва ли необходимо. А восклицания и вопросы Мари-Лу и Ричарда так напоминали давешние восклицания и вопросы американца, что и о них упоминать незачем. Когда герцог умолк, солнце стояло почти в зените.
— Оставайтесь на сколько потребуется, — не раздумывая сказала миссис Итон. — Никто и никуда вас не отпустит. Пока не минует опасность, — прибавила Мари-Лу с очаровательной улыбкой.
Ричард, окончательно убедившийся, что столкнулся с несомненным и прискорбным случаем массового психоза, был достаточно верным другом, и согласно закивал.
— Разумеется, об уходе и речи быть не может. И, — он криво усмехнулся, — поясните, как лучше помочь вам.
— Все-таки я боюсь навлечь беду на этот дом... — начал Саймон.
— Прекрати, — сказала Мари-Лу.
— Не бойся, — сказал Ричард.
— Заткнись, — сказал Рекс.
— Не будем спорить сызнова, — сказал де Ришло.
Четыре голоса прозвучали одновременно, разлаженным квартетом. Пять невольных улыбок мгновенно разрядили обстановку.
— При соблюдении требуемых предосторожностей риск отнюдь не велик, — объявил герцог. — Но ваше содействие, mes amis, окажется бесценным. Видите ли, Саймон долго пробыл под влиянием Мокаты, и его собственное сопротивление, по сути, равняется нулю. Что до Рекса и меня, после ночных приключений мы весьма смахиваем на два добросовестно выжатых лимона. Всякая лишняя капля жизненной силы изрядно поможет в противостоянии. Вступите в битву — и наша чашка весов перетянет куда быстрее. Кроме вас, — прибавил де Ришло, — взывать не к кому — любой иной покрутит пальцем у виска, выставит вон всех троих и захлопнет дверь.