Уборщик

Демченко Антон Витальевич

дыхание. Спустя секунду, по залу пронеслось гулкое эхо пощечины. Немой,

коснувшись своей, горящей после удара, щеки, недоуменно приподнял бровь и

хмыкнув, вышел за дверь.

И ЭТО УБОРЩИК?! Бабушке вашей скажите! Эль, до которой моментально

дошел весь нехитрый смысл разыгранной Немым пантомимы, только что не

дымилась от клокочущей в высокой груди, ярости. Этот... обозвал ее дурой! Хам!

Мужик! Быдло! Смертник! Да как он посмел?! В порошок, в костную

муку

мерзавца! Жабой на болоте будет двести лет... молчать. Нет, ну каков а? Принял

благодарность, и тут же оскорбил!

– Деточка, незачем пыхтеть, как закипающий чайник.
– Голос наслаждавшегося

зрелищем буквоеда, заставил Эль подпрыгнуть на месте. Взглядом сузившихся от

злости глаз, она смерила библиотекаря с ног до головы, но тот ничуть не смутился.

Старичок снял пенсне, аккуратно протерев его огромным даже по людским меркам

платком, водрузил стекла на нос и откашлявшись, заговорил, - поверьте, милая

барышня, он вовсе не хотел вас обидеть.

– Вот как?
– Сарказм прозвучавший в этом вопросе, Эль тоже унаследовала от

отца. Она вообще была "папина дочка".

– Именно.
– Невозмутимо кивнул буквоед и, покинув кресло-качалку, принялся

расхаживать по стойке, заложив руки за спину. Лектор, да и только!
– Но прежде

чем я начну объяснять вам что-либо, извольте ответить на один простой вопрос.

Библиотекарь застыл перед девушкой, по-птичьи склонив голову набок. Эль,

постепенно успокаиваясь, кивнула, и буквоед продолжил.

– Итак, милая барышня. Будьте добры перечислить все изученные вами языки.

– Общий, светлоэльфийский, подгорный, островной... и темное наречие, чуть-

чуть.
– Смутившись, закончила Эль.

– Замечательно. Все эти языки необходимы чародею как важный, незаменимый

инструмент.
– Кивнул библиотекарь, не обратив ни малейшего внимания на

смущение ученицы.
– Но есть еще один язык, который вы почему-то упустили...

– Это какой?
– Возмутилась Эль. Ну как же, она тут призналась, что знает даже

темное наречие, вообще-то запрещенное к изучению в большинстве стран, а ей

заявляют такое!

– Рукоречь, барышня... речь немых. А знак, за который вы так экспрессивно

отблагодарили нашего уборщика, означает, дословно следующее: "Прочтешь, верни

на полку". Запомните, настоящий чародей, обязан знать все языки мира!

Пригодится... поверьте старому библиотекарю.
– Буквоед вздохнул, и неожиданно

весело блеснув стеклами пенсне, выудил из воздуха небольшую брошюру.
– Вот,

изучите на досуге, неплохой учебник по рукоречи. Здесь все

очень доступно

изложено.

У Эль запылали уши, а буквоед, усмехнувшись, проделал уже знакомый ей жест.

Кажется, еще немного и девушка от стыда просто провалится сквозь землю. Эль

тихо поблагодарила буквоеда (чего Мила так его боится?) и, скомкано

попрощавшись, вылетела вон из библиотеки.

Нет, извиняться перед Немым она не намерена, но учебник при случае

продемонстрирует. Если он не дурак, то поймет... и простит. Поймав себя на этой

мысли, Эль застыла прямо в центре школьного холла. Ее так беспокоит мнение

какого-то уборщика?! Впрочем, она же решила для себя, что не верит в эту чушь...

А-а! Вот Эль и вернулась к началу своей эпопеи. Именно закравшееся еще в

прошлом году подозрение, что Немой не тот за кого себя выдает, и сподвигло ее на

слежку. Но, по крайней мере теперь, эта легенда провалена Немым наверняка, а

значит есть прогресс. Осталось только узнать, кто он и что он такое. Задачка!

Кстати, а куда он подевался, слиняв из библиотеки?

Маячок, успешно подсаженный Немому, прикосновением к его рукаву, послушно

сообщил, что "объект" находится в старом спортивном зале. Если папочка узнает, что его любимая дочь вовсю пользуется секретными разработками чародеев его

службы, одной поркой Эль не отделается...

Ну, в этот заброшенный и разваленный уголок Школы, Элька точно не пойдет...

одна. Так, когда Ядвига перерыв делать будет? Ведьма, ей и колокол не указ. Когда

захочет, тогда и отпустит учеников на перемену.

Ага! Началось. Двери аудитории открылись и в коридор высыпал пятый лесной.

Класс Эль.

Девушка отыскала среди толпы одноклассников друзей и выцепила их из общего

потока. Радомир - боярский сын, высокий крепкий парень с вечной полуулыбкой на

устах и задором в сердце, Турн - морской бродяга, коренастый северный тролль, с

неожиданным для их народа даром понимания Леса, флегматичный и неимоверно

сильный, ну и конечно Мила, лесная дева по матушке... а посему установить кто ее

отец, не представляется возможным. Впрочем, если судить по чуть вытянутым

ушкам, и огромным цвета морской волны глазам, в обрамлении пушистых ресниц,

можно предположить, что папочка Милы был из закатных или островных дивных...

А вот изящная тонкая фигура, скорее всего мамино наследство.

Узнав, куда их собирается затащить Эль, парни переглянулись и молча кивнули.

Даже Мила не стала засыпать подругу лавиной вопросов. Правда, пришлось